Достойны ли мы отцов и дедов - Станислав Сергеевич Сергеев Страница 105

переодеться в форму, более подходящую к этому моменту времени. Единственное, что я позволил себе использовать из нашего времени, это бритву. Ну не могу я и не умею бриться опасными бритвами. Я к "Жилетту" привык, который со многими лезвиями, тем более перед вылетом поставил себе один из последних новых станков. Строгов и Павлов, увидев у меня такое новшество, удивились, пришлось пояснить, что штучка заграничная, трофейная и очень удобная. Они, попробовав, согласились. В общем, время провели с пользой и некоторым удовольствием. Ребят по моей просьбе обеспечили бельем, а у меня, как запасливого человека, все было с собой, в свертке с формой капитана НКВД, которую я и надел перед вылетом в Москву.

Зоя, наша спутница, мылась отдельно и стеснялась завести разговор о чистом белье, пришлось мне, как более продвинутому, наехать на сопровождающих и решить вопрос. Тут на аэродроме женщин хватало, поэтому, кого они там раскулачили, мне было не интересно, но вот то, что молодая девушка, с которой мне предстояло еще и лететь вместе, перестала дичиться из-за вопроса личной гигиены, это было приятно. Тем более и девушка симпатичная, не был бы женат, приударил бы.

В общем, когда я, облаченный в чистую и выглаженную форму с орденом, вышел к своим спутникам, фурора не произвел, но вот удивление точно было. Привыкли меня видеть с измазанной тактической краской физиономией и в маскировочном костюме, а тут, как все, да еще выглаженный и чистенький.

Наши сопровождающие демонстративно не разговаривали и старались свести контакты к минимуму. Строгова и Павлова это напрягало, и они все чаще бросали настороженные взгляды в мою сторону.

Вот в таком, немного нервозном, состоянии мы наконец-то загрузились в специально пригнанный для моей персоны "дуглас".

Полет даже в самолете американского производства тоже не сильно впечатлил. Тряска, сквозняки, гул двигателей, жесткие сиденья. Пара часов такого лета и мы сели на одном из подмосковных аэродромов, где нас уже встречали по-серьезному.

Судоплатова я узнал сразу, рядом с ним были еще несколько чинов НКВД, и все пространство вокруг самолета было оцеплено бойцами того же ведомства, что и наши встречающие. Поэтому, кратко поздоровавшись, моих спутников отвели в автобус, а мы с Судоплатовым и с комиссаром 3-го ранга Морошко сели в легковую машину, мой груз, в виде большого свертка, забрали с собой.

Уже тут смогли нормально пообщаться.

— Ну, Сергей Иванович, заставили вы нас понервничать. Ваши друзья отказались с нами общаться, до выяснения судьбы курьера, обвиняя нас в вашем исчезновении. Я смотрю, приключения за вами ходят прямо по пятам. У меня иногда возникает мысль, что вы не боевой командир, а мальчишка, начитавшийся книг про пиратов.

— Вы знаете, если честно, то у меня такие приключения не вызывают особого удовольствия, я и так наигрался в войну. А вот к вам у меня есть пара вопросов по этой поездке. У вас утечка, причем серьезная. Но разговор будет не в этом месте.

Дождавшись кивка Судоплатова, продолжил:

— Кстати, что будет с моими спутниками? Они вообще не в курсе, с кем именно они находились столько времени. Разве что могут быть вопросы по технике связи и приборам ночного видения. Но тут можно отделаться простыми подписками.

— Давайте поговорим об этом позже, когда приедем. Им никто не причинит вреда.

— Хорошо. Я вам доверяю, но так или иначе буду отслеживать судьбу моих спутников, тем более лейтенант весьма заслуживает внимания. Перспективный парнишка.

Судоплатов удивленно на меня посмотрел.

— Нет, просто толковый командир, инициативный и труса не празднует. Технически грамотный. Может пригодиться.

На этом разговор затих, оставив некоторую горечь недоговоренности. Я сидел и смотрел, как за окнами автомобиля проносится ночная Москва 1941 года. Интересное зрелище. Никаких бигбордов, неоновых реклам и большущих цветастых витрин. Несколько раз видел проходящие патрули. Интересно было бы пройтись по улицам днем и посмотреть на людей. Но поездка все не заканчивалась, по виду мы выезжали из города, значит, меня везут в какую-то очередную загородную резиденцию, где со мной будут работать специалисты. В принципе верно, город уже подвергается бомбардировкам, и погибнуть от простой авиационной бомбы в Москве было бы верхом глупости.

По прошествии часа мы выехали из города и двигались по шоссе, с которого свернули и немного потряслись по грунтовке и остановились перед глухими воротами. По гудку створки ворот открыли два бойца, вооруженные автоматами, пропустили машины и так же быстро закрыли за въехавшими машинами. Я оглянулся, автобуса, на котором ехали Строгов, Павлов и девушка, не было. Морошко понял правильно мой интерес и сразу пояснил:

— Они будут размещены в другом месте. Это необходимо.

— Да, я понимаю.

Мы вышли из машины, один из сопровождающих нес за мной тюк с грузом. Поднявшись по широкой лестнице, оказались в просторном зале, из которого вели несколько дверей. Но мои спутники повернули направо, и мы вошли в столовую, где стоял накрытый белой скатертью стол.

— Сергей Иванович, по моим данным, вы давно не ели, не против, если мы с вами позавтракаем?

— Да вообще-то вы тут хозяева, а я гость, хотя согласен, что перекусить было бы неплохо.

— Ну и хорошо.

Мы расселись за столом, неслышно открылась еще одна дверь и зашла девушка в форме сержанта НКВД и быстро стала сервировать стол на три персоны.

Дождавшись, когда девушка уйдет, Морошко, который был, видимо, на этот момент ведущим в этой компании, взял графин с водкой и разлил по рюмкам.

Я не стал кочевряжиться, тем более снять стресс не помешало бы, и поднял рюмку.

— Ну, за встречу.

Мы выпили, и в течение нескольких минут был слышен только стук ложек о тарелки. Когда первый голод был утолен, выпили еще и уже могли приступить к разговору. По себе знаю, что именно в такие моменты или чуть позже обсуждается много серьезных вопросов.

— Хорошо. Первый голод утолили, теперь можем поговорить. Если не ошибаюсь, Александр Александрович, вы командир подразделения, которое занимается Странником? — обратился я к Морошко.

— Да, вам не откажешь в проницательности. Поэтому нам бы хотелось выяснить правду о вас и вашей организации.

— Надеюсь, что наше иновременное происхождение не вызывает сомнений?

— Ну, сомнения всегда есть, но ваш ход с генералом Романовым заслуживает уважения. Да и ваши цели вы высказали достаточно прозрачно, но понимаете, выходить на высшее руководство страны надо с определенными предложениями, а мы их пока не слышали.

— Что ж, я вас понял. Вас интересует, что мы можем вам предложить, чтоб это же не попало в другие руки, правильно?

Дождавшись кивка, продолжил:

— Мы