Учебник вымогателя, или Искусство владения навахой, ножом и цыганскими ножницами - Денис Леонидович Черевичник Страница 53

До недавнего времени подобной классификации навах не существовало. Не было и какого-либо определённого и узнаваемого типа бандитской навахи — это миф. В чём любой может убедиться лично, посетив Музей бандитизма в андалусском городе Ронда или музеи в Альбасете и Лиеторе. Глазам посетителя предстанут десятки навах, принадлежавших испанским бандитам. Все эти ножи невозможно даже условно объединить в группу по каким-то уникальным специфическим критериям — размерам, форме клинка, системе фиксации или материалам. Из аутентичных же названий, ещё в конце XIX века бытовавших в регионах производства навах, таких, например, как Альбасете, можно упомянуть «de listas», «de lengua de vaca», «de teja», «de muelle lisas» и «de virola rodada».

А для обозначения типов кинжалов в зависимости от формы клинка существовали такие термины, как «lisos» и «calados»6.

Ещё один популярный, тиражируемый и крайне живучий миф, кочующий из книги в книгу, — это боевая наваха с двумя клинками. Я долго и тщетно занимался поисками свидетельств существования этого загадочного оружия, пока не пришёл к выводу, что скорее всего за этой химерой (как это часто бывает) стоит самое заурядное недоразумение, и предположил, что в основе его лежат неверный перевод и вольное толкование испанского выражения «double filo». Дословно это словосочетание переводится как «двойное лезвие» или «двойной клинок», но используется оно именно в значении «обоюдоострый».

Рис. 75. Мадридская наваха. Длина клинка 61 см. Общая длина — 121 см. 1837 г.

Рис. 76. Ф. Ортего Вереда. Мадридский грабитель с навахой. Испанская карикатура, 1871 г.

Правда, в этой в общем-то стройной версии меня смущал тот факт, что практически все упоминания об этом в высшей степени удивительном оружии почему-то встречались исключительно в русскоязычных работах. Вскоре поиски привели меня к первоисточнику — и тут я понял секрет популярности и живучести мифа. Это был учебник по сценическому фехтованию известного советского театрального педагога Ивана Эдмундовича Коха, одного из главных создателей этого направления. Так, автор пособия ничтоже сумняшеся сообщает нам, что «наваха — испанский нож, иногда имеющий два клинка, выходящих из рукояти в разные стороны»7. Откуда он почерпнул столь удивительную информацию, сие есть тайна великая. Возможно, кто-то рассказал мэтру байку в стиле историй Марко Поло, а он принял её за чистую монету. Или изначально Иван Эдмундович имел в виду какой-нибудь многопредметный швейцарский складной ножик. Этого мы уже не узнаем. Но тем не менее ящик Пандоры был открыт и фундамент для мифотворчества заложен.

Рис. 77. А. Хантингтон. Дуэльные ножи Испании? 1898 г.

А в 2008 году вышла новая редакция этой работы. Как утверждали её редактор и составитель, в основу учебника легла исправленная и доработанная рукопись Коха 1974 года. Но что в этой новой редакции в самом деле принадлежит перу автора рукописи, а что является современными «находками», сказать трудно. Однако двухклинковая наваха, лишь кратко затронутая Иваном Эдмундовичем в 1948 году, в новой версии приобретает глубину и эпохальный размах — техника работы этой жуткой химерой кропотливо расписана на целых двух страницах. Правда, после глав под названием «Особенности боя на двухклинковой навахе» и «Типичная композиция боя на двухклинковых навахах» составитель или редактор, видимо, решает успокоить потрясённого и раздавленного этими откровениями читателя следующей ремаркой: «Может возникнуть ситуация, когда у одного бойца наваха простая, а у второго — двухклинковая. Бой на двухклинковом оружии технически сложнее и длится дольше.

1 Наваха — испанский нож, иногда имеющий два клинка, выходящие из рукоятки стороны.

Рис. 78. И. Э. Кох. «Сценическое фехтование», 1948 г.

Это оружие не дает реальных преимуществ в бою»8. Я полагаю, что если бы подобное мифическое оружие и существовало, то наибольшую опасность в первую очередь оно представляло бы для своего владельца.

Рис. 79. «Клинки». Иллюстрация из испанской азбуки, 1885 г.

Пераль Фортон во многих своих трудах неоднократно отмечал, что, хотя все эти многопредметные ножики с кучей лезвий, штопорами, отвёртками и ножничками вещь, несомненно, любопытная и полезная, но у традиционных испанских навах всегда был только один клинок9.

Согласно наиболее распространённой в испанском оружиеведении версии, слово «наваха» произошло от латинского «novacula» — «бритва», пройдя через мосарабское «nabali» и «nabalya». Таким образом, «novacula» трансформировалось в «navacula», затем в «navalia» и наконец в «navaja»10. Архаичные формы и сегодня сохранились в Испании в некоторых языках и диалектах. Так, например, одно из названий ножа в баскском языке — «nabala»11. Любопытно, что латинское название бритвы — «новакула» произошло от глагола «новаре» — «обновлять», так как римляне считали, что бритьё обновляет лицо12.

Клинки навах часто украшались красными полосами, имитировавшими запёкшуюся кровь, и, разумеется, пафосными и патетичными девизами, многие из которых были заимствованы у старинных толедских шпаг. Так, Фортон приводит следующие мотто, скопированные со старинных навах: «Да здравствует мой господин!» («Слава моему господину!»); «Да здравствует (славься) честь моего господина!»; «Славься, доблесть моего господина и хозяина!»; «Да здравствуют мои отважные хозяева! Кто осмелится взглянуть на них, почувствует мои ядовитые клыки!»; «Да здравствует свобода!»; «Да здравствует Фигерас (город в Каталонии)!»; «Славься, любовь!»; «Я принадлежу лишь одному»; «Я принадлежу моему владельцу и господину»; «Защищаю своего господина»; «Я защищаю своего господина»; «Я защищаю честь своего господина»; «Я защищаю своего владельца и господина»; «Я принадлежу моему владельцу и служу ему»; «Я защитница своего хозяина»; «Принадлежу только владельцу»; «Если эта змея ужалит, припарки не помогут»; «Если эта змея ужалит, аптека уже не понадобится»; «Если эта змея ужалит, аптечные припарки не помогут»; «Если вдруг эта змея ужалит, не найдёшь противоядие в аптеке»; «Я служу даме»; «Затаилась за подвязкой и защищаю свою госпожу»; «Не раскрывай меня без повода, не складывай без чести»; «Когда меня достанут и пустят в ход, готовь завещание и могилу — мой клинок не знает пощады»; «Человек предполагает, а Бог располагает»; «Я только для пореза»13.

Рис. 80. Девиз на севильской навахе: «Если эта змея ужалит, вам не найти противоядие в аптеке». XIX в.

Рис. 81. Девиз на клинке навахи: «Да здравствует мой хозяин! Он не какой-то там прощелыга, а настоящий