Битва за Гималаи. Безумная гонка империй за крышу мира - Скотт Эллсворт Страница 17

Идея, несомненно, интересная, но довольно рискованная: покушение на британское «господство» на Эвересте могло иметь серьезные дипломатические последствия. В то же время происходящее отражало растущую уверенность молодых американских альпинистов в своих силах. «Многие верят, что я смогу взойти на Эверест, – писал Террис Мур, один из участников обсуждения, своей невесте. – Но сам я не знаю». Тем не менее он был готов попробовать. Вскоре, однако, идею с Эверестом отложили и переключились на не менее интригующий и, очевидно, более осуществимый проект.

Осенью 1929 года два старших сына Тедди Рузвельта, Кермит и Теодор, опубликовали книгу под названием «По следам большой панды». Это захватывающий рассказ о научной экспедиции в Западный Китай, в котором описывались редко посещаемые в то время иностранцами отдаленные районы провинций Сычуань, Юньнань и Синьцзян. Братья Рузвельт не только собрали коллекцию из тысяч птиц и животных для Музея естественной истории в Чикаго, но и попали в регион, по сути, неизвестный европейцам. По пути они сделали несколько удивительных открытий. «Ранним утром мы впервые увидели вдалеке огромную таинственную гору Конка, – писали братья, наблюдавшие пик с расстояния более чем в сто пятьдесят километров. – Высота этого гиганта неизвестна, но есть предположения, что он более девяти километров и является высочайшим в мире». Один китайский геолог из Чэнду организовал специальную экспедицию, чтобы установить высоту Конки, провел серию наблюдений, но потом по непонятной причине отказался разглашать результаты. На карте, прилагающейся к первому изданию книги «По следам большой панды», высота загадочной горы указана в 9140 метров. Если это правда, то Конка должна быть выше Эвереста.

На этом странности не закончились. Четыре месяца спустя в февральском номере журнала National Geographic за 1930 год появилась статья под названием «В поисках таинственных гор». Автором ее был легендарный ботаник Джозеф Рок[10]. В статье он описывал те же места, где побывали братья Рузвельт. «8500 метров, почти как Эверест», – писал он о величественных вершинах хребта Амнье-Мачен. Но Рок также не исключал, что самая высокая гора, которую он видел и которую он называл Минья Конка, может «оказаться выше Эвереста».

На самом деле он уже тогда в это верил. Весной 1928 года Рок впервые увидел снежную пирамиду Минья Конки, которую до него мало кто из европейцев наблюдал. Ученый не только сфотографировал гору, но и трижды измерил ее высоту с трех разных высот, используя анероид, клинометр-высотометр и призменную буссоль. Результаты ошеломляли. Рок едва дождался окончания экспедиции и отъезда из Китая. Опасаясь утечки информации, он 27 февраля 1930 года отправил телеграмму из индокитайского Хайфона (ныне Вьетнам) в редакцию National Geographic: «Минья Конка – высочайшая вершина планеты, 9220 метров».

Если Рок прав, то это сенсация. Однако в штаб-квартире Национального географического общества в Вашингтоне к депеше Рока отнеслись с определенной долей скептицизма. Во-первых, он не использовал ни теодолит, ни ртутный барометр – стандартные приборы для измерения высоты в то время. Во-вторых, будучи прекрасным исследователем неизведанных районов Западного Китая и Тибета, Рок слыл чудаком в мире науки и действительно был весьма экстравагантен. Он всегда путешествовал со свитой из полутора десятков вооруженных охранников и штата слуг и наотрез отказывался есть блюда местной кухни. Ежевечерне личный повар готовил ему венский шницель, картофельно-луковые клецки, блинчики и другие блюда родной Австрии. И каждое утро, прежде чем облачиться в один из шелковых халатов, специально сшитых по мерке, Рок принимал горячую ванну, для чего всегда возил с собой большую складную холщовую емкость.

Руководство Национального географического общества отказалось публиковать сенсационную новость без независимой проверки, прекрасно зная о чудачествах Рока. А еще он плохо переносил критику. Когда в октябрьском номере National Geographic за 1930 год появилась вторая статья Рока вместе с великолепными снимками Минья Конки, редакторы на свой страх и риск «снизили» высоту горы до 7800 метров.

Тем не менее новость о том, что почти неизвестная вершина в Китае может оказаться выше Эвереста, стала муссироваться в обществе. И для небольшой группы альпинистов, собравшихся в Клубе исследователей в Нью-Йорке через десять месяцев после выхода второй статьи Рока, загадка Минья Конки оказалась слишком соблазнительной. «Мы, конечно же, рассуждали, что это, должно быть, очень высокая гора!» – писал один из присутствующих.

Словом, вскоре возник план альпинистской экспедиции на Минья Конку. Таким образом, американские восходители, сами того не зная, включились в гонку на Крыше мира. Однако, в отличие от своих британских и немецких коллег, которые шли в Гималаи с огромными караванами припасов и нанимали армии носильщиков, участники американской экспедиции могли с комфортом уместиться в одном нью-йоркском такси.

Три месяца спустя, 24 ноября 1931 года, грузовое судно «Тайпин Ян» отошло от причала в Бруклине, прошло пролив Баттермилк, и, оставив за кормой Манхэттен, начало путешествие на другой конец света длиной почти 20 тысяч километров. На борту в числе пассажиров находились девять человек – восемь мужчин и одна женщина – участники Тибетской экспедиции Лэма. Эта научная экспедиция планировала собрать семена тибетских растений, а также провести медицинские исследования населения Северного Тибета. Руководитель группы Джин Лэм рассказал журналистам, что они также надеются устранить некоторые неточности на карте региона. Но четыре альпиниста, вошедшие в состав экспедиции, среди которых был и Террис Мур, наметили несколько иные цели. Они намеревались не только точно измерить высоту Минья Конки, но и взойти на нее.

Террис Мур был прямым потомком тех, то приплыл в Америку на «Мейфлауэре»[11]. Он рос в богатой семье, лето проводил в семейном коттедже в штате Мэн, а День благодарения и Рождество встречал перед камином в высоком каменном особняке его бабушки и дедушки недалеко от Филадельфии. В Европу Мур впервые попал еще до того, как ему исполнилось десять, а первой горой, на которую он поднялся, стал гранитный утес высотой 580 метров на земле, принадлежавшей его семье. Но у Мура имелась авантюрная жилка, которая толкала его на приключения. В шестнадцать лет он в одиночку отправился в недельный поход по диким местам на севере штата Мэн, прятался от непогоды и черных медведей, питался бычками, форелью и стряпал себе нечто вроде оладий из блинной муки. «Лучше брать легкую непромокаемую штормовку вместо шерстяного пончо, – записал он себе на память после этого похода. – Ни