Окрик памяти. Книга вторая - Виктор Ефимович Копылов Страница 65

Конструкторы знали, что взять керн на поверхности Луны можно будет только единственным рейсом бурового устройства, и никакие «перебурки», то есть повторные эксперименты, невозможны. Отсюда, надежность грунтоноса должна быть абсолютной. Прямо скажем, такую задачу геологи не решаются ставить буровикам даже в земных условиях. К счастью, трудности были преодолены, успех превзошел все ожидания. Создание автоматического устройства для отбора проб лунного реголита бурением стало одним из высших достижений космонавтики 70-х гг.

С инженерной точки зрения наибольший интерес вызывает конструкция грунтоноса и устройств, с ним связанных.

Сохранность керна и природной последовательности залегания слоев лунного грунта обеспечивалась в грунтоносе гибкими продольными лентами и эластичной оболочкой внутри трубы.

Столбик керна длиной более двух метров помещался в короткую капсулу аппарата, возвращаемого на Землю. Остроумное решение конструкторов: поместить двухметровый столбик горной породы в капсуле длиной не более полуметра – «изюминка» установки, поражающая неожиданностью инженерного исполнения (илл. 298).

Буровой станок имел механизм подачи – систему тросов; механизм автоматического перехода на ударный режим бурения в зависимости от буримости горной породы; устройство для управления бурением с автономной программой, предусматривающей, кроме всего прочего, предупреждение аварийного режима (илл. 299).

Скважина на Луне была наклонной: ось скважины отклонялась на некоторый угол от вертикали, хотя особой необходимости в наклонном бурении не было. Компоновка узлов межпланетной станции была такова, что конструкторы оказались вынужденными остановиться на несколько необычном – наклонном – положении бурового станка. Наклонное положение бурового инструмента снижало глубину проникновения в грунт Луны по вертикали. Однако с таким недостатком конструкции пришлось смириться.

Столбик керна по протяженности почти полностью соответствовал длине грунтоноса. Вследствие разницы в поперечных размерах внутренних отверстий буровой коронки и грунтоноса при заполнении последнего реголитом происходило равномерное расширение сыпучего керна. Отдельные его мелкодисперсные фрагменты просыпались из верхней части грунтоноса в нижнюю – явление весьма нежелательное для оценки распределения слоев лунного реголита.

Отмеченные недоработки второстепенного характера не изменили в целом очень высокую оценку работы бурового устройства «Луна-24». Буровая установка межпланетной станции заслуженно считается не только качественно новым этапом разработки автоматических устройств для исследования природных космических тел, но и служит прообразом автомата, пригодного для применения в геологических исследованиях земных недр, особенно в труднодоступных местах.

ПАМЯТИ КОСМОНАВТА

Печальная весть пришла из Москвы: в середине декабря 1998 года после тяжелой продолжительной болезни на 73-м году жизни скончался и похоронен в Звездном городке летчик-космонавт, Герой Советского Союза, инженер-полковник, кандидат технических наук Лев Степанович Демин (1926–1998 гг.). Меня связывала с ним многолетняя дружба, а после нашей первой встречи в Тюмени в феврале 1981 года мы обменивались письмами, пусть и нерегулярно, на протяжении почти полутора десятилетий. Это дает мне право поделиться с читателями своими воспоминаниями об этом незаурядном человеке. Но главное, пожалуй, что заставило меня взяться за перо, это принадлежность судьбы Льва Степановича в его молодые годы к нашему краю.

Будущий космонавт родился в Москве, там же учился в школе, токарем на заводе буровых машин рано начал свою трудовую деятельность. В 15-летнем возрасте становится курсантом Московской спецшколы Военно-Воздушных Сил. В начальные месяцы Великой Отечественной войны (сентябрь 1941 г.) первая рота школы, в состав которой были зачислены Л.С. Демин и В.М. Комаров – еще один будущий космонавт, эвакуировалась в г. Заводоуковск, входивший тогда в состав Омской области.

Возвращение спецшколы в Москву состоялось три года спустя, в 1944 году. С 1945 года – служба в Советской Армии. В 1949 году Л.С. Демин поступает в Военно-воздушную инженерную академию им. Н.Е. Жуковского. После ее окончания в 1956 году работал в одном из НИИ ВВС старшим научным сотрудником.

В январе 1963 года инженер-подполковник Л.С. Демин зачисляется в отряд космонавтов, следует защита кандидатской диссертации. В июле 1974 года он – дублер космического экипажа корабля «Союз-14», а в следующем месяце (26–28 августа) вместе с Г.В. Сарафановым совершил орбитальный двухсуточный полет в качестве бортинженера космического корабля «Союз-15». Впервые в мире в течение полета бортинженер осуществил сближение «Союза-15» в различных режимах со станцией «Салют-2», а также ночной спуск корабля на Землю. В отличие от предыдущих полетов, когда на орбиту посылались относительно молодые летчики, участие в экспериментах 48-летнего Л.С. Демина считалось тогда весомым достижением космической медицины.

После завершения полета космонавт работал в Звездном городке, а в августе 1983 года был отчислен из отряда по возрасту. Позже полковник запаса Л.С. Демин до середины 90-х годов трудился научным сотрудником предприятия «Южморгеология». Почетный гражданин городов Калуги, Гагарина, Тамбова, Целинограда, Джезказгана. Имел российские и зарубежные ордена и медали.

В феврале 1981 года по приглашению Тюменского ОК ВЛКСМ Л.С. Демин посетил Тюмень. Он побывал на многих предприятиях города, а 14 февраля, незадолго до отъезда, посетил индустриальный институт (илл. 300). Мне, в те годы ректору института, довелось провести с прославленным героем космоса интересную и содержательную беседу в течение нескольких часов. Как выяснилось, посещение института было запланировано Л.С. Деминым еще в Москве.

Все началось с того, что несколькими годами раньше у меня в Москве в издательстве «Недра» после многомесячных проволочек и тяжб с цензурой вышла из печати книга с необычным названием: «Бурение скважин вне Земли». Экземпляр книги я подарил министру геологии и охраны недр СССР Е.А. Козловскому, моему давнему коллеге-сибиряку, написавшему предисловие к этой монографии. Во время беседы в кабинете министра он высказал сожаление о том, что я не удосужился заранее известить его о своих планах работы над книгой. По его мнению, можно было объединить усилия, поскольку Е.А. Козловский располагал дополнительными материалами, и книга могла бы получиться более информативной. Он же предложил свое посредничество в том, чтобы передать экземпляр книги в музей Звездного городка, что и было незамедлительно сделано. О книге и ее авторе стало известно Л.С. Демину.

Кроме того,