Большой флот Страны Советов - Игорь Григорьевич Дроговоз Страница 52

К тому времени опальный нарком успел получить «очередное» воинское звание — вице-адмирал — и с новыми силами взялся за старые обязанности. Начиналась новая эпоха, после смерти «вождя всех народов» к руководству страной пришли другие люди, между тем у Кузнецова с давних пор не сложились отношения с Хрущёвым и особенно с Жуковым. Естественно, что кто-то должен был уйти и явно не тот, кто занимал более высокое положение в служебной иерархии. Тем не менее, поначалу ничто не указывало на такую развязку. Наоборот, в марте 1955 года Кузнецову было присвоено звание Адмирал Флота Советского Союза, соответствовавшее званию Маршал Советского Союза.

Выше уже говорилось о спорах в 1955 году относительно дальнейших путей развития военно-морского флота, поэтому мы не будем возвращаться к этому вопросу. Все предложения главкома по кораблестроительной программе ложились в долгий ящик, либо отвергались Хрущёвым и его давним недругом, министром обороны СССР маршалом Жуковым. С мнением адмирала в Кремле давно никто не считался. Отставка Кузнецова была лишь делом времени.

Обычно устранение Кузнецова с поста главнокомандующего связывают со взрывом на линкоре «Новороссийск» в октябре 1955 года. Так, адмирал Г. М. Егоров в своих мемуарах утверждает:

«Правительственная комиссия под руководством первого заместителя Председателя Совета Министров СССР В. А. Малышева вскрыла целый ряд вопиющих недостатков: тут и неумение командования флотом правильно оценить обстановку, и слабая подготовка личного состава линкора к борьбе за живучесть корабля, и неудовлетворительное содержание корабля с точки зрения его живучести, и даже ротозейство, выразившееся в том, что именно в ту трагическую ночь боновые ворота, закрывающие вход в Северную бухту, были открыты. Вот и получается, что подводные диверсанты могли легко добраться до линкора.[135]

Конечно же, немедленно последовали оргвыводы. Практически всё командование флота и эскадры, а также других соединений, так или иначе причастных к трагедии, было снято с должностей. Пострадал и главнокомандующий ВМФ Н. Г. Кузнецов — его сняли с должности и понизили в звании решением Н. С. Хрущёва».[136]

Но сам Кузнецов считал иначе:

«Фактический мой уход или, вернее, отстранение от должности состоялось в первой половине октября без объяснения причин, и, когда я ещё не успел пережить это, во второй половине октября произошло крупное несчастье — в Севастополе, стоя на бочке, подорвался, а потом и затонул, перевернувшись, линейный корабль «Новороссийск»...

Пусть я в течение шести месяцев до этого уже не исполнял обязанности главкома ВМФ и не контролировал деятельность Черноморского флота, но я должен был нести свою долю ответственности. На строгость по уставу жаловаться не положено. Но не в этом дело. Мне пришлось рассчитаться за всё одному, хотя формально моей вины там немного: за траление несет ответственность командующий флотом. Им являлся с 1951 по 1955 год С. Г. Горшков. За поведение после подрыва нужно взыскивать с непосредственных виновников (комфлот и командир корабля), которые были наказаны, но не прошло и года, как наказания с них сняли...

Мутная волна всяких небылиц нахлынула на меня. Жуков рассчитался со мной сполна. Сначала я был освобождён. Этого показалась мало, и меня уволили из Вооружённых Сил, снизив в звании.

Конечно, взрыв на линкоре «Новороссийск» явился только поводом для расправы надо мной. А в чем заключаются истинные причины?»[137]

Действительно, в чем заключается истинная причина отставки и разжалования опытного заслуженного «начальника флота»? Познакомимся с версией Н. С. Хрущёва, решившего судьбу адмирала. В мемуарах, написанных «кукурузником» после принудительной отставки (и, кстати говоря, впервые опубликованных после его смерти не на родине, а в США в 1981 году), он объясняет это так (ни словом не упоминая линкор «Новороссийск»):

«Резко изменилась степень доверия руководства к адмиралу Кузнецову. Выходило, что мы его переоценивали. Хотя мы поступили правильно, отменив дискриминацию, которой подверг его Сталин, но тогда Кузнецов пострадал за другое. А сейчас у меня возникли опасения, которые спустя некоторое время разрослись и окончательно подорвали наше доверие к адмиралу, поскольку встал вопрос о создании системы обороны на принципиально новом уровне...

Я предложил: «Давайте отложим решение о немедленном строительстве нового военно-морского флота и ещё раз подумаем. Видимо, в первую очередь нам следует решить проблемы авиации, создавая такие же самолёты, какие имеет наш вероятный противник». На ракеты мы тогда ещё не могли по-настоящему опереться и поэтому называли военно-воздушный флот главным оружием. Все согласились. Но Кузнецов буквально кипел и после этого совещания стал вести пропаганду против такого решения, дискредитируя новое руководство СССР.[138] Он, не взирая ни на что, поддерживал линию Сталина насчёт первоочередного строительства ВМФ, хотя Сталин принял эту программу без Кузнецова, когда тот был уже отстранён от командования...

У нас сложилось впечатление, что Кузнецов решил, что раз Сталина нет, то с существующим руководством можно всерьёз не считаться. Это нас возмутило. Мы вынуждены были принять решение об освобождении его от обязанностей Главнокомандующего ВМФ и лишении его высшего воинского звания.

Потом Малиновский говорил мне, что военные переживали за Кузнецова, потому что звание он получил давно и был активным участником войны против гитлеровской Германии и Японии. Лично мне Кузнецов нравился, я уважал его за смелость при докладах Сталину[139] и реалистичность. Но когда жизнь нас столкнула вплотную, пришлось интересы дела поставить выше приязни».[140]

Слова Хрущёва вызывают слезы умиления: как ему было тяжело расстаться с таким симпатичным и смелым Кузнецовым! Но интересы страны превыше всего. Только всё это ложь. Пока Хрущёв был у власти, он выражался совсем по-другому, не стесняясь в выражениях. Например, выступая в октябре 1957 года в министерстве обороны (только что был снят с должности глава министерства, маршал Жуков) Никита Сергеевич заявил:

«Два года тому назад Кузнецов внёс проект строительства флота на 10 лет. Мы его отклонили, а он устроил шум... Крейсера с артиллерией нам не нужны. Авианосцы американцы строят потому, что их дело вершить свои дела через океан. Но Кузнецов дела не знал, а претензии имел очень большие. Мы разобрались — и сняли дурака!»[141]

Вот тебе и уважаемый адмирал! Оказывается, советским военно-морским флотом много лет командовал дурак (по мнению Верховного Главнокомандующего, интеллектуальные качества которого с давних пор и по сей день у многих людей вызывали и продолжают вызывать большие подозрения).

Иначе говоря, основная причина устранения адмирала Кузнецова заключалась в его разногласиях