Мои идеологические диверсии (во времена от Горбачева до Путина) - Александр Александрович Годлевский Страница 46

После провала августовского «путча» 91-го года стало общепризнанным, что вот теперь-то советский режим уже точно рухнул, а демократия полностью и окончательно победила, только теперь уже совсем-совсем полностью и окончательно, так, что больше очередных ее «полных и окончательных» побед не будет – после этой победы побеждать будет незачем, да и некого.

Да вот незадача, внутриаппаратные разборки внутри новой властной номенклатуры вылезли наружу – прямо на московские улицы. И в октябре 93-го пришлось еще один раз (конечно, теперь уже самый-самый-самый последний) полностью и окончательно победить – залпом башенных орудий по Белому дому. В доме том тогда располагался Верховный Совет РФ – высший представительный и законодательный орган, который, кстати сказать, был всенародно избран в том же государстве и в результате таких же в принципе выборов, что и оплот российской демократии Президент РФ Ельцин Б.Н., и легитимность обеих враждующих сторон была одинакова. Но это был самый-самый-самый последний раз, и его сразу же объявили предсмертным происком красно-коричневых недобитков. Разумеется, эту последнюю судорожную агонию коммуно-фашистов было необходимо добить прямой наводкой из танковых стволов.

Широкие народные массы, в интересах которых любая демократизация должна проводиться по определению, тогда на это, плюясь, отреагировали презрительной шуткой, что нашим демократам, как плохому танцору, всегда что-то мешает. Демократический Запад на такие методы демократизации посмотрел сквозь пальцы, утерся и с помощью наших демократов, в том числе и эмигрировавших диссидентов, сделал вид, будто ничего особенного не произошло – Ельцину, мол, все равно нет альтернативы. Мне до сих пор не дает покоя мысль: наши диссиденты-эмигранты, они что, и вправду тогда считали Ельцина и его компанию демократической альтернативой развития России или только притворялись?!

Вопрос о внутренней сущности всех произошедших перемен, о том, что в нашей стране скрывается за внешними коммунистическими или демократическими формами никого особо не интересовал. Этим вопросом и сейчас не слишком интересуются – вполне удовлетворяются сравнением чисто внешних форм с какими-то общими схемами, имеющими отдаленное отношение к российской действительности. Как все эти крахи советской власти и полные и окончательные победы демократии повлияли прежде всего на сущность правоотношений «гражданин – власть» никого не интересовало, не интересует и, наверное, еще долго не будет интересовать.

Независимо от того, вызвана ли такая ущербная однобокость анализа непониманием, злым умыслом или тем и другим в разных пропорциях, но стоит только подойти к исследованию общественно-политических перемен с правовой позиции и оперировать четко определенными юридическими категориями, как сразу выясняется, что все эти крахи и победы на самом деле имеют далеко не то значение, какое в них общепринято вкладывать «научными специалистами», а вместе с ними и всей просвещенной широкой публикой. И специалисты, и публика до недавнего времени буквально криком исходили от бурных восторгов по поводу нашей демократизации. Это характерно и у нас, и на Западе не только для бульварной прессы. Такой подход к исследованию неотделим и от подавляющего большинства очень солидных изданий – от рассчитанной на самый широкий круг серьезной публицистики до академических книг и журналов, занимающихся фундаментальными общественно-политическими проблемами.

Правовые нормы определяют наиболее важные правила поведения в обществе и тем самым служат регулятором общественных отношений путем установления юридических прав и обязанностей субъектов правоотношений – граждан, государства, политических партий, общественных организаций и других юридических лиц. Правовое регулирование общественных отношений представляет собой осуществление государством своей правоприменительной деятельности на основе соблюдения законов, устанавливающих правила поведения в обществе. Это и есть правовой метод регулирования общественных отношений, все остальные методы регулирования отличаются от него тем, что все они – не правовые.

При анализе общественных систем никуда не деться от вопроса о соблюдении государством своих собственных законов, чем регулируются отношения в обществе – правом или всем остальным? Иначе однажды может выясниться, что все глубокомысленные научные выводы годятся только коту под хвост. Поэтому к исследованию общественных проблем с самого начала следует подходить с юридических позиций и оперировать правовыми методами. Прежде всего необходимо исследовать сущность правоотношений «власть – гражданин» – выяснить, гарантированы ли юридически права гражданина по отношению к власти в реальности (то есть действует ли принцип неотвратимости ответственности), или они существуют только на бумаге, а гражданин, как безропотный кролик, на практике может осуществлять свои гарантированные законом права и свободы только с высочайшего разрешения власти. Что у нас было и есть с 17-го года. Но теоретикам от демократии просто дела нет до того, что в обществе, неспособном добиться от власти соблюдения даже ее собственных законов, гарантирующих права граждан, никакая демократия невозможна даже теоретически.

1-2

Принципы и категории права очень четко определены как законы математики, и обмануть их невозможно – обман сразу вскроется. Если их и попытаться обмануть, то они сами сразу вскроют обман. Поэтому они служат не только действенным методом исследования, но и безошибочным индикатором истинности знаний об обществе. Право регулирует все мало-мальски значимые стороны жизни общества. Те наиболее общие правила, отражающие глубинные свойства человеческой природы, которые объективно существуют в реальном обществе в неписанном виде, в юридической науке сформулированы через четкие правовые категории в виде принципов и других правовых правил.

Принципы – это наиболее общие правила, выраженные в концентрированном виде. Они к нам не с луны свалились, а отражают сущность, природу человека, общества и государства, как в отдельности, так и во всех возможных видах их взаимодействия. Кстати сказать, эти принципы и правила объективно действуют в реальности, независимо от их законодательного закрепления. Действие права опробовано всей многовековой историей человечества в ходе общественной практики во всех областях жизнедеятельности человека, общества и государства – от брачных контрактов до международных договоров, от мелких правонарушений, типа безбилетного проезда в трамвае, до государственной измены в виде шпионажа или заговора с целью захвата власти.

История дает нам достаточно примеров, наглядно показывающих, чем чреваты все отступления от выработанных человечеством правовых принципов и правил. Одна Великая французская революция чего стоит, не говоря уже о нашем 37-м годе. При революциях и других коренных изменениях политических режимов всегда очень серьезно встает вопрос о методах деятельности: как