Реальность+. Виртуальные миры и проблемы философии - Дэвид Дж. Чалмерс Страница 4

Центральный тезис этой книги таков: виртуальная реальность – это настоящая реальность. Или, по крайней мере, виртуальные реальности – это настоящие реальности. Виртуальные миры необязательно должны быть реальностями второго сорта. Они могут быть и первоклассными.

Мы можем разбить этот тезис на три части:

• Виртуальные миры не являются иллюзиями или фикциями или, как минимум, не обязаны таковыми быть. То, что происходит в виртуальной реальности, происходит на самом деле. Объекты, с которыми мы взаимодействуем в виртуальной реальности, реальны.

• Жизнь в виртуальных мирах в принципе может быть так же хороша, как и жизнь за их пределами. Вы можете вести полноценную жизнь в виртуальном мире.

• Мир, в котором мы живем, может быть виртуальным. Я не утверждаю, что это так. Но исключать подобную возможность нельзя.

Этот тезис – особенно первые две его части – неизбежно приводит к рассуждениям о прикладной роли VR-технологии. В принципе, VR может не просто служить эскапизму. Она может стать полноценной средой для жизни.

Я не говорю, что виртуальные миры превратятся в своего рода утопию. Подобно Интернету, VR-технологии породят как происшествия, так и замечательные открытия. Виртуальностью наверняка будут злоупотреблять. Физической реальностью тоже злоупотребляют. И там и там есть место для всех проявлений человеческой природы – для хорошего, плохого, злого.

Я сосредоточусь больше на принципах VR, чем на ее практическом воплощении. Путь к полномасштабной виртуальной реальности, несомненно, будет ухабистым. Меня не удивит, если ее всестороннее внедрение будет отложено на десятилетие или два, пока технология будет совершенствоваться. Несомненно, она будет развиваться и в тех направлениях, которых я не ожидаю. Но, как только появится дозревшая VR-технология, она сможет поддерживать жизнь, сравнимую с жизнью в физической реальности или даже превосходящую ее.

Название этой книги отражает мои основные утверждения. Его можно понимать по-разному. Каждый виртуальный мир – это новая реальность, реальность+. Дополнен- ная реальность привносит новые элементы в окружение – реальность+. Некоторые виртуальные миры не уступают или даже превосходят обычную реальность – реальность+. Если мы все-таки находимся в симуляции, то реальность больше, чем мы думали, – реальность+. Появляется шведский стол из множества реальностей – реальность+.

Я знаю, что мои слова многим кажутся парадоксальными. Возможно, вы думаете, что VR – это скорее реальность−. Что виртуальные миры – это подделки, а не подлинные реальности. Что ни один виртуальный мир не сравнится с обычной реальностью. На протяжении этой книги я постараюсь убедить вас в том, что реальность+ ближе к истине.

Эта книга – проект в области технофилософии. Технофилософия комбинирует (1) постановку философских вопросов о технологии и (2) использование технологии для ответа на традиционные философские вопросы.

Название образовано так же, как и понятие «нейрофилософия»*, которое канадско-американский философ Патриция Черчленд ввела в знаковой книге 1987 года. Нейрофилософия сочетает в себе (1) постановку философских вопросов о нейробиологии и (2) использование нейробиологии для ответа на традиционные вопросы философии. Технофилософия делает то же самое с технологиями.

Существует бурно развивающаяся область, называемая философией технологий*, которая реализует первую часть – задает философские вопросы о технологии. Технофилософию отличает вторая часть – использование технологий для ответа на традиционные философские вопросы. Ключ к технофилософии – двустороннее взаимодействие форм познания. Философия помогает пролить свет на вопросы технологии (в основном новые). А технология помогает пролить свет на вопросы философии (в основном старые). Я написал эту книгу для того, чтобы прояснить одновременно оба вида вопросов.

Во-первых, я хочу использовать технологии для решения некоторых старейших вопросов философии, особенно проблемы внешнего мира. Как минимум, технология виртуальной реальности помогает проиллюстрировать проблему Декарта: откуда мы можем что-то знать об окружающей нас реальности? Откуда мы знаем, что реальность – не иллюзия? Во второй и третьей главах я разбираю эти вопросы, вводя гипотезу симуляции и возвращаясь к мысли: «Откуда мы знаем, что прямо сейчас не находимся в симуляции?»

Однако идея симуляции не просто иллюстрирует проблему, но и обостряет ее, превращая фантастические предположения Декарта о злых демонах в более реалистичные сценарии с участием компьютеров – сценарии, к которым мы должны относиться серьезно. В четвертой главе я доказываю, что идея симуляции опровергает многие распространенные ответы Декарту. В пятой главе я использую статистические рассуждения о симуляции, чтобы доказать, что мы не можем знать, что не находимся в симуляции. Все это еще больше усложняет проблему Декарта.

* Здесь и далее звёздочкой отмечены понятия и фразы, снабженные авторским комментарием – см. раздел «Примечания» (сс. 608–688).

Важнее всего то, что размышления о технологии виртуальной реальности помогут нам решить проблему внешнего мира. В главах с шестой по девятую я утверждаю, что если мы действительно находимся в симуляции, то столы и стулья – это не иллюзии, а совершенно реальные предметы – цифровые объекты, состоящие из битов. Это приводит нас к концепции, которую в современной физике иногда называют гипотезой «всё-из-бита»: физические объекты одновременно и реальные, и цифровые. Размышление о гипотезе симуляции и гипотезе «всё-из-бита» – двух идеях, вдохновленных новейшими компьютерами, – позволяет приступить к решению классической проблемы Декарта.

Можно сформулировать аргументацию Декарта следующим образом: мы не можем быть уверены, что не находимся в виртуальном мире, а в виртуальном мире нет ничего реального, так что мы не знаем, реально ли что-нибудь. Этот аргумент основан на предположении, что виртуальные миры не являются подлинными реальностями. Как только мы докажем, что виртуальные миры все-таки подлинны – а объекты в виртуальном мире реальны, – то сможем ответить на аргумент Декарта.

Мне не стоит преувеличивать силу своих доводов. Мой анализ не затрагивает всего, о чем говорил Декарт, и не доказывает, что мы многое знаем о внешнем мире. Тем не менее, будучи рабочим инструментом, этот анализ устраняет, пожалуй, главную причину сомнений западной философской традиции в познаваемости внешнего мира. Таким образом, это дает нам, по крайней мере, основу для утверждения, что мы все же обладаем знаниями об окружающей реальности.

Мы также будем использовать технологические концепции для освещения традиционных вопросов о разуме: «Как взаимодействуют сознание и тело?» (см. главу 14). «Что такое сознание?» (см. главу 15). «Выходит ли сознание за