Ловушка под водой - Нил Свайди Страница 94

закрутил череду ошеломляющих романов. Он понимал, что, наверное, ему стоило бы вернуться к сеансам терапии, которые он проходил в первый год после аварии, когда ему диагностировали ПТСР и депрессию и прописали клоназепам и другие противотревожные препараты336. Таблетки давали побочные эффекты, а выматывающие сеансы не помогали заглушить высасывающие душу кошмары и волны вины. И тогда он придумал собственный курс лечения, построенный главным образом на постоянном движении. Если он снова станет душой бесконечной вечеринки, ему не придется сталкиваться с тем фактом, что он умирает изнутри. Вскоре после аварии Ди Джей принял пару таблеток перкоцета, чтобы унять боль. Поняв, что это помогает притупить ощущения, он включил их в свой рацион, который позже укрепил викодином и другими опиоидными анальгетиками. И все же он ненавидел ложиться спать по ночам, зная, что именно там его найдут кошмары. Поэтому он начал намеренно стараться не спать ночами напролет. Проще всего это давалось в шумных барах. Он заметил, что если смешать рецептурные обезболивающие с кучей выпивки и парой дорожек кокаина, он в конце концов вырубался, получая несколько часов спокойного сна. Ей нравилось сочетание кокаина, дававшего чувство эйфории и повышавшего либидо, с опиоидами, которые расслабляли мышцы и снимали паранойю, часто вызываемую кокаином. Но чтобы этот режим работал, Ди Джею приходилось находиться в непрекращающемся движении.

Ему становилось легче, когда вокруг было много людей. Когда близкие друзья переставали поспевать за таким темпом, Ди Джей начал заполнять их места прихлебателями, которые воспринимали его как бесплатный бар на свадьбе — неиссякаемый источник халявной элитной выпивки, не требующий ничего взамен. Он стал тусоваться с «Ангелами Ада». Купил отличный передвижной дом неподалеку от Уэйрс-Бич в Нью-Гэмпшире. Это место быстро превратилось в любимую точку для вечеринок: он, его друзья по клубу и множество женщин, проводящих жизнь в погоне за «Ангелами».

Часть оставшихся от иска денег он потратил на то, чтобы открыть мастерскую по ремонту и изготовлению изделий из металла в Уолтеме, арендовав гараж на три машины и оснастив его самым лучшим инструментом. Его новая подружка по имени Мишель подталкивала его к тому, чтобы лучше реализовать свой потенциал. Используя навыки юриста в финансовой сфере, она помогла ему открыть бизнес-счета и наладить кредитование с поставщиками. Ди Джей всегда был толковым сварщиком. Раз уж вернуться в дайвинг нельзя, он решил, что руководство мастерской — лучшее, что остается. Задействовав старые знакомства по городу, он неплохо раскрутил бизнес.

Годами Ди Джей полагался на жесткие рамки водолазной индустрии, державшие в узде его тягу к вечеринкам. Он знал, что следующая работа вместе с обязательным тестом на наркотики всегда не за горами. Теперь же, когда он отвечал только перед самим собой, вся его самодисциплина полетела к чертям. В его сварочной мастерской стояло два забитых до отказа холодильника, и это место мгновенно притягивало друзей и знакомых.

К 2004 году Ди Джей начал смиряться с тем, что жизнь в режиме нон-стоп вечеринок долго продолжаться не может. В мастерской, пока заказы накапливались, он засыпал прямо за столом при наглухо включенном кондиционере. Спустив пачками тысячи долларов как матрос в увольнении, за три года он промотал почти все деньги по иску. Он уже лишился элитной квартиры и был вынужден вернуться жить к матери. Теперь он задерживал арендную плату за гараж и алименты. Обеспокоенная его поведением мать Коди ограничила Ди Джею общение с сыном. В поисках новой дисциплины Ди Джей обратился к армии. Он решил стать рейнджером армий США. Проявив всю ту инициативу, с которой когда-то начинал в коммерческом дайвинге, он с головой ушел в процесс подачи документов. Он собрал кипу337 безупречных рекомендательных писем, включая записку от уолтемского полицейского, хвалившего Ди Джея за то, как он много лет назад помог поймать сбежавшего преступника. Однако в итоге армия отклонила его заявление.

Подавленный, он с новой силой бросился в пучину вечеринок, устроив столько драм, что ему запретили вход в пару уолтемских баров, где он годами был всеобщим любимцем. С перкоцета и викодина он перешел на более мощный опиоид — оксиконтин. Вскоре он уже не мог функционировать без этих мощных маленьких зеленых таблеток, известных как OC. Хотя оксиконтин появился на рынке лишь в 1996 году338 как средство для онкобольных и людей с сильными болями, он быстро стал самым ходовым рецептурным препаратом на черном рынке. Стоило сбить с маленькой таблетки защитную оболочку замедленного высвобождения, как уже через пару секунд наступал ошеломляющий кайф, сопровождавшийся двенадцатичасовым действием, напоминающим морфий. Окси был настолько чертовски силен, что толерантность к нему рождалась мгновенно, требуя все больших и больших миллиграммов для достижения прежнего прихода. А любой наркоман, пытавшийся слезть с иглы, приговаривался к изнурительной абстинентной ломке. К тому же окси стоил невероятно дорого. Одна-единственная 80-миллиграммовая таблетка на черном рынке стоила восемьдесят долларов и выше, пробивая огромную брешь в стремительно таявших сбережениях Ди Джея.

В конце концов его неадекватное поведение разрушило отношения с поддерживавшей его Мишель. Мало того что ему приходилось вечно бежать, чтобы опережать кошмары, у него развилась тяжелейшая зависимость, которая начала диктовать ему правила жизни. Однажды в 2005 году, когда его запасы иссякли и его скрутила страшная ломка, он позвонил знакомому, разделявшему его страсть к опиоидам, и спросил: — У тебя есть «оси»?

— Нет, — ответил тот. — Ни у кого ничего нет.

Ди Джей не поверил этой истории. — По твоему голосу не скажешь, что тебя ломает.

— Нет, не ломает, — признался парень. — Но я не хочу быть тем, кто подсадит тебя на то, во что тебе ввязываться не стоит.

Ди Джей отлично понимал, о чем речь. — Ладно.

После чего он запрыгнул на мотоцикл и пять минут спустя стоял на пороге друга со словами: «Ты должен дать мне хоть что-нибудь из того, что у тебя есть».

Так началось знакомство Ди Джея с более дешевым и смертоносным опиоидом — героином.

Одно из главных коварств героина заключается в том, что он работает как убойная распродажа в Черную пятницу в гипермаркете: извращая само понятие ценности, он стимулирует безрассудную покупку вещей, которые вам вовсе не нужны. Ди Джей обнаружил, что за деньги, которые он отдавал за одну-единственную таблетку оксиконтина (действие которой заканчивалось через несколько часов), теперь он может купить целый грамм героина. Этого щедрого запаса хватало, чтобы чувствовать себя отлично аж до трех дней. Очень скоро зависимость полностью поглотила его жизнь. Исчезло всякое