Автобиография. Заметки о штате Виргиния - Томас Джефферсон Страница 5

экономических и политических групп. Вступая в должность президента США в 1801 г., он произнес речь, в которой призвал всех объединиться в «одно сердце и один разум». «Все мы республиканцы, все мы федералисты», — произнес он ставшую хрестоматийной фразу, которой заслужил репутацию первого в истории США лидера двухпартийного толка. Пришлось отказаться от идиллических надежд на создание республики «избранного богом народа» и обратиться за поддержкой к торгово-промышленной буржуазии. В первом ежегодном послании конгрессу он заявил, что наряду с благополучием фермерства благосостояние страны опирается на мануфактуру, торговлю и судоходство, тем самым подчеркнув свою заинтересованность в их успехах. Оставаясь верным демократическим идеалам, Джефферсон в практической политике нередко отходил от теории и действовал прагматически.[25]

Он был сторонником равенства людей, критиковал несправедливое распределение богатства и его сосредоточение в руках немногих. Джефферсон настаивал на том, что народ обладает верховным суверенитетом и сохраняет за собой право пересматривать форму правления, может изменить власть в государстве. Для политического здоровья страны, по его мнению, было живительно необходимо периодическое повторение революций, влияние которых на развитие общества Джефферсон сравнивал с положительными последствиями бурь в мире физических явлений.

Время от времени политические взгляды Джефферсона становились объектом дискуссий, разгоравшихся в период его пребывания на постах государственного секретаря, вице-президента, а затем — президента США. В качестве повода для критики его противники неизменно обращались к различным суждениям, высказанным в «Заметках о штате Виргиния», находя в них, по словам американского историка Педена, «практически неисчерпаемый источник материала для политических нападок». Факты и положения книги вырывались из контекста, извращались и использовались, чтобы очернить Джефферсона в глазах американцев. Его клеймили как воинствующего атеиста, убежденного безбожника — серьезнейшее обвинение в Америке во все времена, — утверждая, что выдвинутая им в «Заметках» теория происхождения Земли и эволюции американских индейцев является частью продуманной кампании, направленной на подрыв христианского учения и Библии. За высказанные им симпатии в отношении индейцев, ставших жертвой вероломства со стороны белых поселенцев, его называли лжецом и лицемером. За то что автор «Заметок» говорил о добродетелях простых людей и их достоинствах, его обвиняли в ренегатстве, предательстве интересов своего класса. В письмах друзьям Джефферсон жаловался на то, что изданную им книгу используют как повод для оскорблений и ругательств в его адрес.[26]

Знаменательно, что после того как Джефферсон отошел от активной политической деятельности, его произведения уже не подвергались столь суровым нападкам. «Заметки о штате Виргиния» превратились в предмет популярного чтения, заняв прочное место на полках университетских и публичных библиотек, а также в частных книжных собраниях. Лишь спустя полтора века после издания «Заметок» эта книга была удостоена похвалы за ее литературные достоинства, хотя многие по-прежнему считают ее стиль «тяжеловесным, не имеющим литературного значения».[27] Эти споры продолжаются по сей день, хотя ныне никто не подвергает сомнению тот факт, что «Заметки о штате Виргиния» представляют собой бесценный памятник исторической мысли. «По своему значению для американской культуры, — отмечает биограф Джефферсона М. Петерсон, — книга Джефферсона должна считаться одним из наиболее важных литературных и философских достижений американской мысли восемнадцатого столетия».[28]

Возвращаясь в заключение еще раз к «Автобиографии», следует поставить вопрос: «Почему, приступив на склоне лет к своему столь подробному жизнеописанию, Джефферсон внезапно прервал его всего через полгода после начала работы и довел изложение лишь до событий, за которыми последовал период его самой активной практической политической деятельности?» Как уже отмечалось, в 1790 г. Джефферсон был назначен государственным секретарем, потом стал вице-президентом и затем — третьим президентом США. Главной причиной его отставки с поста государственного секретаря в 1793 г. было решительное несогласие с политикой кабинета, в которой возобладала линия поддерживавшегося Дж. Вашингтоном министра финансов Александра Гамильтона, одного из лидеров партии федералистов. Джефферсон вступил с ним в острый конфликт, разойдясь по вопросу о том, каким должно быть отношение США к Франции, где быстро развивалась революция. Если Джефферсон по-прежнему придерживался курса на сближение с Францией, в чем видел противовес политике бывшей метрополии — Англии, то Гамильтон при поддержке президента проводил противоположную линию. Он добивался нормализации отношений с Англией, сугубо отрицательно относясь к развитию революционных событий во Франции и высказываясь против какой бы то ни было солидарности с ней.

В «Автобиографии» Джефферсон рассказывает о начальном этапе Великой французской революции, очевидцем которой он был сам. Осуждая позднее экстремистские действия якобинской диктатуры, ее террор, Джефферсон заявлял, что в целом революция принесла больше хорошего, чем плохого. Он оставался верен своему убеждению, что революция — явление, необходимое для обновления общества. Разногласия между Джефферсоном и Гамильтоном, привлекающие и по сей день внимание исследователей,[29] определялись их различными политическими убеждениями. Джефферсон был сторонником демократизации общества путем расширения прав и свобод населения, включая средние и низшие слои. Гамильтон защищал интересы высших классов. «Говорят, что глас народа — глас божий. Но сколько бы в это ни верили, на самом деле положение обстоит иначе. Народ возбудим и непостоянен, редко способен рассуждать и верно решать», — заявлял он на заседании конвента по выработке конституции. Гамильтон считал, что нельзя допускать непосредственных представителей народа к участию в государственных делах.[30] С точки зрения Джефферсона такое поведение противоречило демократическим идеалам революции. Он с презрением называл Гамильтона «монархистом». Их разногласия приобрели совершенно непримиримый характер, вследствие чего Джефферсону в 1793 г. и пришлось уйти в отставку с поста государственного секретаря. В 1809 г., после окончаний его полномочий как президента, в США было опубликовано под именем Томаса Джефферсона два тома неких «Мемуаров», в подзаголовке которых значилось, что это «краткая история» США после заключения мирного договора с Англией, признавшего независимость США, в свете «появления и развития французского влияния и французских принципов в этой стране».[31] Публикация эта не только превратно толковала историю США за двадцать с лишним лет, но и в невыгодном, извращенном свете выставляла роль в ней Джефферсона на постах государственного секретаря, вице-президента и президента США. Сразу же стало ясно, что это была подделка, состряпанная недоброжелателями и политическими противниками Джефферсона, желавшими его скомпрометировать. Вступать в полемику с авторами поддельного сочинения Джефферсон не пожелал. Более того, он не захотел и писать о событиях активного периода своего участия в правительстве, прекратив работу над «Автобиографией».

Можно предположить, что Джефферсон приостановил повествование, не желая ворошить прошлого, выступать против тех, кого уже давно не было в живых, — как Гамильтона, убитого на дуэли в 1804 г., или Вашингтона, скончавшегося в 1799 г. С иными своими противниками, как, например, Джон Адамс, он примирился, поддерживал дружескую переписку. Отказавшись