100 великих имен России - Полина Ребенина Страница 9

сына Феодора узнать, нельзя ли как-нибудь умилостивить хана, и затем отправился сам к Узбеку. «Я сделал много зла тебе, – сказал он хану, – но теперь пришел принять от тебя смерть или жизнь, будучи готов на все, что бог возвестит тебе». Узбек был тронут и сказал свите: «Князь Александр смиренною мудростью избавил себя от смерти» – и позволил ему снова занять тверской стол. Но коварный Калита не желал успокоиться и решил окончательно погубить врага.

В 1339 году он отправился с двумя сыновьями в Орду, и вслед за этим Александр получил приказ явиться туда же. Как утверждает летописец, Калита оклеветал Александра Тверского перед ханом. Александр понял, что хан опять очень сердит на него, и потому отправил перед собою сына Феодора, а за ним уже поехал сам. Феодор объявил отцу, что участь его решена. Узбек, поверив Калите, определил ему смерть, назначил и день казни. В этот день, 29 октября, Александр встал рано, попрощался с сыном и боярами, исповедался, причастился; то же самое сделали и Феодор, и бояре. Ждали после того недолго: вошли отроки с плачем и объявили о приближении убийц; Александр вышел сам к ним навстречу и был рознят по составам (четвертован) вместе с сыном.

Калита еще прежде уехал из Орды с великим пожалованием и с честью, и сыновья его приехали в Москву с великою радостью и веселием. Великокняжеский престол Иван Калита получил кровью русского народа, хитростью и предательством. Он сумел договориться с ханом, что будет собирать дань для татар со всей Руси, что способствовало его личному обогащению. На эти деньги Иван скупал целые города у удельных князей. С этого момента ханские набеги на московскую территорию не происходили. Дань собиралась вовремя и регулярно направлялась Узбеку, хотя и была тяжела. Волнения Калита жестоко подавлял, а излишки данни отбирал в собственную казну.

Усиление Калиты было началом насилия для других княжеств, где московский собственник распоряжался своевольно. Горькая участь постигла знаменитый Ростов Великий. В 1328 году в Ростов, который не хотел платить дань, Калита отправил воевод. Он не только добился сбора дани, но и выселил многих ростовчан из города в московские области.

Часть земель, вошедших затем в Московское княжество, Иван Калита не завоевывал, а приобретал на условиях «купли». Посредством «купли» присоединены были Углич, Галич и Белозерск. Московский князь покупал и выменивал целые села в разных местах: около Ростова, Костромы, Владимира, на реке Мете, Киржаче. Он активно содействовал и своим боярам в приобретении владений в сопредельных княжествах

Несметные богатства, которые Калита скопил, собирая дань для хана, направлялись на расширение Московского княжества и укрепление его могущества. В начале правления территория княжества составляла всего 35 тысяч квадратных километров, а в конце Москва была одним из сильнейших центров Руси.

В 1339 году Кремль обнесли дубовой стеной, Москва пополнялась все новыми каменными постройками. В Москву стекались татары, православные литовцы, русские, спасавшиеся от гнева удельных правителей. Темпы развития княжества оказались одними из самых высоких за всю историю Древней Руси. В Москве жестоко карались уголовные преступления, поэтому уровень безопасности в княжестве значительно возрос. Заслугой «беспринципной» политики Ивана Даниловича стало сорокалетнее спокойствие русских земель.

Буквально перед самой смертью Иван принял постриг. Он не мог допустить, чтобы Московское княжество раздробили после его ухода в мир иной, поэтому основную часть наследства получил его старший сын. Местом его захоронения стал Архангельский собор в Москве.

Преподобный Сергий Радонежский

Сергий Радонежский (1314–1392) – один из самых любимых и почитаемых на Руси святых подвижников. Основным источником сведений о его жизни является житие, написанное его учеником Епифанием Премудрым около 1418 года. Будущий святой получил при крещении имя Варфоломей. Кроме него в семье было еще двое детей: старший – Стефан и младший – Петр. Когда Варфоломею было семь лет, «родители его отдали учиться грамоте», но учеба продвигалась плохо. Варфоломея бранили родители, учитель наказывал, товарищи укоряли, он же «со слезами молился Богу».

И вот однажды, отправившись в поле, мальчик встретил некоего черноризца, на поле под дубом стоящего и прилежно молящегося. Варфоломей рассказал старцу о своих трудностях в овладении грамотой и попросил его помолиться за него. После усердной молитвы старец подал мальчику кусок святой просфоры, который Варфоломей съел, и уверил, что теперь он будет знать грамоту лучше своих сверстников, что вскоре и подтвердилось.

Когда Варфоломею исполнилось 12 лет, то его семья перебралась в город Радонеж. Уже тогда Варфоломей «стал поститься строгим постом и от всего воздерживался, в среду и в пятницу ничего не ел, а в прочие дни хлебом питался и водой; по ночам часто бодрствовал и молился». Мать просила его, чтобы он оставил столь суровый образ жизни, но отрок отвечал: «Не отклоняй меня от воздержания, ибо оно так сладостно и полезно для моей души». Варфоломей мечтал посвятить себя монашеской жизни, и родители не возражали. После смерти родителей Варфоломей отдал свою долю наследства брату Петру, а сам вместе с братом Стефаном отправился на пустынное жительство.

Прежде всего братьям нужно было выбрать подходящее место. Долго ходили они по окрестным лесам, пока не нашли поляну в густом, дремучем лесу. Здесь устроили они хижину, а затем построили деревянную церковь, которую решили освятить во имя Пресвятой Троицы. Так было положено основание Свято-Троицкого монастыря.

Однако брат Стефан «недолго прожил в пустыни с братом своим», он «увидел, что трудна жизнь в пустыни, жизнь печальная, жизнь суровая, во всем нужда». Тогда Стефан оставил брата и ушел в Москву. Оставшись в одиночестве, Варфоломей стал приготовляться к иноческой жизни. Пришел к нему один игумен, по имени Митрофан, и постриг Варфоломея, которому было дано имя Сергий.

Сергий снова остался совсем один. Он без конца трудился и подвергал себя разным испытаниям: постился, мало спал, а во время лютой зимы переносил стужу в летней одежде. Однако поначалу испытывал он много скорбей от бесов. Возникали пред ним образы зверей и мерзких гадов, которые бросались на него со свистом и скрежетом зубов. Они гнали его прочь, грозили, наступали. Он молился: «Да воскреснет Бог, и да расточатся врази Его» – и бесы исчезли.

Мимо его одинокой кельи пробегали стаи голодных волков, готовых растерзать инока, заходили сюда и медведи. Как-то раз Сергий увидел у кельи огромного медведя, слабого от голода. Пожалел и дал ему краюшку хлеба. Медведь стал навещать Сергия и сделался ручным.

О преподобном стала распространяться слава, и из окрестных сел люди стали приходить к нему. Некоторые просили позволения жить вместе с ним, но Сергий отговаривал, указывая