Борьба за любовь при дворе Валуа - Юрий Николаевич Лубченков Страница 8

комплекс вассальных обязательств по отношению к ней. Именно поэтому Железному королю приписывают фразу: «Мы, которые хотим округлить наши владения…», и именно для этого Филипп хотел возвести на императорский престол своего брата Карла Валуа. И имено для этого ему были нужны просто гигантские по тем временам деньги, которые он будет экспроприировать у ломбардцев, евреев, тамплиеров – деньги на подкуп выборщиков императора, поскольку империя была выборной монархией. К счастью для французского короля, количество выборщиков (электоров), ранее неограниченное, теперь сократилось до семи. Ими остались архиепископы Майнцский, Трирский и Кёльнский, король Богемии, пфальцграф Рейнский, герцог Саксонский и маркграф Бранденбургский.

Карл V Мудрый. Художник Ж. Сент-Эвр

Что до самого французского претендента, по замыслу короля, то Карл, его младший брат, получил от отца Филиппа III Отважного графство Валуа в 1286 г. (а родился он в марте 1270 г.). Он был сыном Филиппа и его первой супруги Изабеллы Арагонской. В 14 лет он становится рыцарем, и тогда же папский легат передал ему пожалование Арагонским королевством, наследством матери (но фактическим королем Карл не стал, оставаясь титулярным, а в 1295 г. он отречется и от титула короля). В дальнейшем он будет граф Алансонский, граф Шартрский, граф Анжуйский с 1290 г., граф дю Мэн (под именем Карл III) с 1290 г., титулярный император Латинской империи. Все эти титулы придут к нему в процессе браков (он будет женат трижды, потеряв двух первых жен, третья же переживет его самого). По праву своей первой супруги (март 1290 г.), Маргариты Анжу-Сицилийской, приобретет титулы: граф Анжу, Мэна и Перша. По праву второй жены, Екатерины де Куртене (январь 1301 г.), станет титулярным императором Латинской империи (Константинопольским). При помощи папы Бонифация VIII в результате третьего брака станет графом Романьи.

Параллельно с его личными матримониальными успехами, выражавшимися и в появлении в том числе новых титулов и владений, шла большая игра за трон империи. И вот в конце первого десятилетия XIV в. трон ее оказался свободен в результате очередного витка бесконечного противостояния за право быть императором. Папскому престолу вариант с избранием на императорский трон французской креатуры был абсолютно не нужен и даже весьма опасен. Поэтому письмо декана Священного колледжа кардинала Раймонда, написанное в июле 1308 г. архиепископу Кельнскому, намекает и стилем, и посылами, что папа Климент V собирался лишь для проформы поддерживать кандидатуру Карла Валуа: «Римская церковь и Святой отец надеются вновь отвоевать Святую землю. Никто, кроме знаменитого графа де Валуа и д’Анжу, не сможет довести до победного конца это предприятие. Сей честный, отважный и рассудительный принц, пользующийся поддержкой своего могучего и знаменитого брата, короля Франции, был избран королем римлян…» Иными словами, брат мой во Христе, зачем нам в нашей упорядоченной песочнице, так хорошо снабжающей нас всех деньгами, новый сильный игрок, за спиной которого стоит еще более сильный? Есть опасение, что тот, кто за сценой, не прочь разрушить всю нашу так долго отлаживаемую конфигурацию сдержек и противовесов.

К тому же подробностями начали обрастать и слухи, что королю Франции его сподручные посоветовали самому стать императором, оттеснив брата, так как тот не готов быть правителем крупного государства, имея иные предпочтения (так что и опытные психологи и законники, так же, как и брат, не рассмотрели подлинную натуру Карла). Что до электоров, посчитал легист Пьер Дюбуа, родоначальник идеи выдвижения самого Филиппа в императоры, который большинство вопросов привык решать по возможности подкупом, то они, по его мнению, тоже люди. И, как все люди, любят деньги. Единственное, поскольку они большие люди – то и любят большие деньги. Поэтому надо финансовые впрыски организовывать не только в сторону Рима, но и непосредственно выборщикам. Вскоре от Дюбуа в развитие ситуации последовала еще одна записка: «При настоящем положении вещей кажется, что, если бы король имел на своей стороне добрую волю папы и кардиналов, он мог бы получить “Священную Римскую империю” для себя и своих наследников. Если бы папа приостановил права электоров и пригласил их письмом, скрепленным печатью (дабы не задеть их честь), прибыть на Совет, где бы речь зашла о Святой земле, и сказал бы им: “Если мы возжелаем, мы можем отнять у вас право избрания, ибо вы слишком часто им злоупотребляли. Когда император Константинополя отказался защищать церковь, хотя его об этом неоднократно просили, греки передали Римскую державу в руки Карла Великого. Тогда же вы получили право избирать защитника церкви. Однако вы уже не раз делали достойный сожаления выбор, когда императоры не только не защищали церковь, но и сами на нее нападали. Вы виновны в том, что если и не содействовали сами такому выбору, то и не препятствовали ему. И это соперничество честолюбивых устремлений нанесло громадный ущерб церкви, “Священной Римской империи”, Святой земле и христианству. Посему мы можем отнять у вас право избрания даже против вашей воли. Мы предпочитаем воззвать к вашему рассудку. Мы желаем, чтобы вы избрали пожизненного наследственного императора, который поведет вас в Святую землю”». То есть империю желательно делать не только собственностью короля, но и – наследственной собственностью. Пишет он и об электорах, и о развитии ситуации: «Мы дадим каждому из вас графство, или даже два, если одного не хватит. Для вас и ваших наследников это будет выгоднее, чем обладание правом избрания. Каждому из вас мы также дадим примерно 100 или 200 тыс. ливров на ваши нужды и на оплату ваших войск, идущих в Святую землю. Эти деньги будут взяты из доходов германских церквей. Король получит от папы все имущество церкви, за исключением дворцов и обителей. Взамен этого папа будет получать денежную ренту, равную сумме его годовых доходов от этих земель. Таким образом, король получает право сюзерена по отношению ко всем королям и принцам, которые до сих пор считались вассалами папы.

Весьма вероятно, что электоры примут это предложение. Тогда положение императора в Ломбардии, Генуе и Венеции окажется значительно прочнее, чем это было при королях германских. Тогда король примет присягу германских земель и с огромным войском двинется в Святую землю посуху (sicce pede), как проделали этот путь Карл Великий и Фридрих. И знатные рыцари с их могучей кавалерией прибудут на Восток, не испытав тягот морского пути. Те же из жителей приморских краев, лежащих между Грецией и Испанией, кто пожелает плыть морем, соберутся на острове Кипр. Кто-то может сказать, что королю будет не под силу управлять одновременно империей и собственным королевством из-за войн, которые постоянно вспыхивают в Германии. Но он ведь может