Песни седого Арала - Владимир Иванович Тюриков Страница 77

С начала года уже отправлено свыше трех тысяч тяжеловесных составов. В Каракалпакском отделении Среднеазиатской железной дороги превышен среднесоюзный показатель веса грузового поезда. Он составил 3010 тонн, что на 260 тонн больше предусмотренного нормативами. С помощью тяжеловесных поездов перевезено сверх нормативов почти два миллиона тонн груза. Для того, чтобы перевезти их обычным порядком, понадобилось бы 700 тепловозов и 700 поездных бригад. Неплохой подарок ко дню железнодорожников в 1978 году, когда каракалпакские путейцы отметили пятилетие со дня организации своего отделения железной дороги.

Кунград показался вдали сначала небольшим зеленым островком среди безбрежной равнины, потом постепенно ландшафт по сторонам дороги начал меняться. Остались позади горбатые барханы, и на смену им по сторонам дороги постепенно потянулись зеленые поля с небольшими аулами, арыки с зелеными насаждениями по берегам. Блеснула лента канала, и тепловоз резво перебежал через него по бетонному мосту. Узкий и пыльный грунтовый проселок вдоль железнодорожного полотна сменила шоссейная дорога, от нее ответвлялись такие же асфальтированные и широкие сельские транспортные артерии, по которым в оба конца пробегали автомашины. Через поля и каналы, раскинув перекладины с гирляндами фарфоровых изоляторов, одна за другой зашагали вереницей в разных направлениях мачты высоковольтных линий электропередач.

Тепловоз, заметно сбавляя скорость, прошел мимо семафора, простукал на переезде колесами и вскоре втянул длинный и тяжелый состав на станцию, где стояло несколько таких же товарных поездов. Через некоторое время тепловоз отцепили, и он ушел в депо для осмотра и подготовки к следующему рейсу. Депо станции Кунград, как и все станционные здания, построено недавно и продолжает строиться. Но уже то, что создано, поражает своими размерами и размахом. Внутри огромного здания на путях стояло несколько тепловозов, проходивших технический осмотр и профилактический ремонт.

К вновь прибывшему тепловозу подошел сменный бригадир слесарей Тазабай Сейтанов, красивый плечистый парень, поздоровался с машинистом, стал расспрашивать, как локомотив вел себя в рейсе.

Тазабай коренной кунградец, здесь он учился в школе, работал, заочно закончил железнодорожный техникум. Его родители и сейчас трудятся в совхозе, выращивают хлопок, а вот он, Тазабай, не пошел по их стопам, и не потому, что душа не лежит к сельскому хозяйству, а потому, что другое, новое время пришло на кунградскую землю. С железной дорогой, газопроводами и компрессорными станциями, буровыми вышками, крупными строительными трестами и автобазами, асфальтированными дорогами и мачтами высоковольтных линий электропередач, мощными локомотивами, бегущими в степную даль и зовущими в счастливый завтрашний день своими гудками всех, кто молод, полон сил и энергии, жажды жизни, труда и романтики. Да, для Тазабая и его товарищей по бригаде есть свой глубокий смысл и высокая романтика в работе слесаря и механика, в том, чтобы понять машину, разобраться в ней, наладить ее, подготовить и отправить в далекий рейс через устюртские просторы.

— Современный тепловоз, особенно такие мощные, как наши «2ТЭ10В», которые сегодня обслуживают линию Кунград — Бейнеу, — сложнейшая машина, до отказа оснащенная всеми новейшими достижениями современной науки и техники, — рассказывал нам после короткого знакомства бригадир Тазабай Сейтанов, и в голосе его слышалась гордость за эту исполинскую машину, пробегающую за сутки без роздыху сотни километров.

Восторг и восхищение у Сейтанова как-то закономерно и просто совмещаются с деловым и строгим подходом к тепловозу: он, зная тепловоз досконально, видит его насквозь, до последнего винтика и гаечки и наперед может сказать, с каких узлов и деталей необходимо начинать профилактический осмотр. Бригада Тазабая комсомольско-молодежная. Парни все армейской выправки, не робкого десятка, успевшие повидать жизнь и понять, что к чему, а главное, знающие, что человек ценится по труду и что их собственный труд в депо очень нужен и родному Кунграду, и Каракалпакии в целом, потому что они своим трудом прокладывают путь в будущее родной республики. Все они дети хлопкоробов и животноводов, уроженцы Кунграда или близлежащих аулов. Детство их прошло возле обыкновенной каракалпакской юрты, среди песчаных барханов, степных просторов, все они рано узнали, что такое работа и как достается человеку хлеб, потому что с детства помогали старшим пасти овец, пахать землю, пропалывать и поливать огороды. С детства же воспитывалось у них восхищение машиной, любовь ко всяким механизмам, которые облегчают тяжелый физический труд: к трактору, комбайну, автомобилю, самолету и теперь вот к тепловозу.

Парни в бригаде Тазабая Сейтанова все технически грамотные, за плечами у каждого — восьмилетка и профессионально-техническое училище, а то и техникум; дело свое они знают хорошо и бригадира понимают, как говорится, с полуслова. Получив задание, они расходятся по местам, и тепловоз теперь полностью попадает к ним в руки, весь — от кабины до колес. Комсомолец Сабур Душанов, по специальности дизелист, крепкий и коренастый, в джинсах с пятнами мазута, поставив дизель на холостой ход, прослушивает сердце тепловоза. Он сосредоточенно улавливает каждый звук, мысленно анализируя и сопоставляя с нормой.

В это время Худайберген Урумбетов, молодой и «еще холостой», как, улыбаясь, сообщили его друзья по работе, занялся осмотром ходовой части. Осматривал не спеша, приседал, заглядывал за колеса, постукивал по ним, потом спустился в смотровую яму.

Другие члены бригады тоже не остались без дела. Да и самому бригадиру, видно было, не терпелось вернуться к работе, но мы задержали его вопросом о том, как же произошло, что он, потомок чабанов и землепашцев, стал бригадиром ремонтников в тепловозном депо. Тазабай Сейтанов усмехнулся, полол плечами:

— Да так получилось… С детства потянуло…

…С детства потянуло…

Тазабай Сейтанов среди своих сверстников, кунградских мальчишек и девчонок, пожалуй, первым узнал, что на станцию прибыл строительно-монтажный поезд и скоро строители начнут прокладывать железную дорогу через плато Устюрт. Никогда в жизни не видел Тазабай таких диковинных машин, которые начали прокладку железнодорожного пути на Устюрт. Все свободное время мальчишки теперь проводили на стройке. Они смотрели, как мощные самосвалы — МАЗы и БелАЗы подвозили и высыпали на насыпь гравий, как спозаранку бульдозеры на трассе начинали сгребать и утюжить землю, постепенно возводя железнодорожную насыпь. А когда по насыпи стал день за днем продвигаться вперед путеукладчик, который целыми звеньями укладывал железнодорожный путь, радости и восхищению мальчишек не было конца.

— Вот здорово, — говорили ребята, — гляди, какую огромную лестницу из рельс и шпал сразу вытягивает вперед и укладывает.

А работы на строительстве железной дороги и в самом деле разворачивались быстрыми темпами. Каждый день на стройку прибывала самая современная техника, строительные материалы, и железнодорожная насыпь километр за километром уходила в пустыню, вонзаясь, казалось, в самое ее сердце, как стрела. Железнодорожный поезд-путеукладчик сам себе прокладывал путь и с упорством