Муж под прикрытием. Шесть жизней мистера Джордана - Мэри Тернер Томсон Страница 7

В глубине души я чувствовала – что-то не так. С момента нашего знакомства Уилл дважды поменял свой номер. Он говорил, что компания сменила провайдера и теперь я должна звонить по другому номеру. Со временем у меня возникли подозрения. Это было очень странно. В конце января я решила расставить точки над «i».

Уилл создал для меня личный сайт, поэтому я заглянула на сайт WHOis[1] и выяснила всю информацию о его компании, которая располагалась в Ланкашире. Затем я обратилась в регистрационную палату и узнала, что он работал секретарем, а директором числилась женщина по имени Мишель Хейворд. Она действительно жила в Ланкашире, Уилл же проживал в городке близ Эдинбурга. Я не знала, что теперь делать, но нужно было все разузнать, поэтому я села в машину и отправилась туда.

Адрес я разыскала без труда. Тихий, зеленый городок Галлен располагался у моря. Здесь было немало частных домов, обнесенных высокими стенами. Я трижды объехала весь городок, прежде чем решилась остановиться. Только потом мне пришло в голову, что местные жители могли подумать, что я что-то вынюхиваю, и кто-то мог даже позвонить в полицию.

В конце концов я вышла и подошла к воротам высокой ограды. За воротами я увидела большой роскошный дом, окруженный садом. Уилл находился в Манчестере, но перед домом стоял его двухместный черный «Корвет». Больше всего меня поразило то, что в саду играли дети, – там была устроена целая игровая площадка с игрушками и горками.

Я не могла понять, что происходит. В моей голове роились самые разные мысли. Единственное, в чем была абсолютно уверена до этого момента, так это в верности и преданности Уилла. Он не был похож на изменщика. Но это было выше моего понимания. Нужно было выяснить, что происходит.

Я прошлась по улице. Навстречу мне шел местный житель. Представившись риелтором, я сказала, что нашла идеальный дом для клиента. Не знает ли он, кому принадлежит этот дом?

– Нет, – ответил мой собеседник. – Похоже, какой-то семье, но здесь все живут сами по себе.

Я поехала домой. Похоже, внутри дома ничего не происходило, а желания постучаться у меня не возникло.

Переступив порог, я сразу же позвонила Уиллу. Он ответил.

– Нам нужно поговорить! – сказала я. – Немедленно!

– Что случилось?

– Просто приезжай, и мы поговорим.

Хотела посмотреть ему прямо в глаза и узнать правду.

Он выехал сразу же и через несколько часов был у меня.

Я рассказала ему все, что видела, и потребовала объяснений.

– Это не то, что ты думаешь, – пробормотал он. – Подожди минутку…

Он взял телефон и вышел в другую комнату, оставив меня в одиночестве. Я была смущена, расстроена, обижена, но в глубине души у меня жила надежда. Может быть, у увиденного есть какое-то объяснение?

Уилл говорил по телефону долго, целую вечность. Я слышала его голос, но не могла разобрать слов. Потом он вернулся, усадил на диван и сказал правду. Начал он со слов:

– Прежде чем что-то скажешь, выслушай…

А потом он сказал, что работает в Европе на американскую разведку. Его специализация – Европа, но в данный момент он и вся его команда занимаются проблемами отношений Израиля и Палестины. Он работает не на «передовой», а в «поддержке». Подняться выше ему мешает непереносимость алкоголя – выпив, он теряет контроль над собой и начинает говорить без умолку. Я это уже знала. Пару лет он работал в Японии, потом в Бразилии и в других странах мира. И он действительно занимается информационными технологиями.

Уилл говорил долго, рассказывал о своей подготовке, о своей работе – он создавал сайты, с помощью которых ФБР ловило педофилов. Каждый, кто входил на созданные им сайты, ловил вирус, и его легко было отследить. ФБР могло отслеживать их электронную почту и посещаемые сайты. Так удалось выявить целую сеть педофилов. Рассказ Уилла глубоко меня тронул, поскольку в детстве я сама подверглась сексуальному насилию со стороны друга семьи (но в то время он об этом не знал). Активная борьба с педофилией не могла не вызвать у меня симпатии.

Уилл рассказал, что компания, которую он сейчас возглавляет в Эдинбурге, занимается обычным консультированием в области информационных технологий. Но это лишь прикрытие – такая работа дает ему доступ к системам безопасности различных компаний, подозреваемых в поддержке террористов.

Он не имел права рассказывать мне о своей работе, не мог сказать, куда и зачем уезжает. Безопасность страны превыше личной жизни. Это не игра и не шутка, это реальная, важная работа. Уилл рассказывал все это, сидя рядом со мной. Он держал меня за руку и смотрел мне прямо в глаза. Пока он говорил, на мой мобильник стали приходить текстовые сообщения – несколько сообщений «Обновление СИМ-карты». Уилл сказал, что эти обновления меняют статус телефона:

– Телефон теперь можно будет отследить. Ты всегда будешь в безопасности, потому что агентство сможет найти тебя в любой момент.

Прежде чем я успела спросить, как это будет способствовать моей безопасности, Уилл перешел к другому, ошеломив меня новой информацией.

Он показал мне сайт ODCI[2] – внутреннее название ЦРУ. Потом он показал мне на этом сайте вкладки, не предназначенные для обычной публики, а на мой телефон продолжали приходить сообщения «Связь с ODCI». Ни номера, ни информации, ни обратной связи, лишь автоматические обновления, которые меняли настройки и информацию программного обеспечения телефона.

Дом в Галлене был шотландской базой команды. Идеальное расположение: на берегу моря, в тихом районе, где люди не особо интересуются делами соседей.

– Ты заметила антенну на крыше?

– Да.

– Великовата для обычной семьи, верно?

– Пожалуй… Но откуда там дети и игровая площадка?

– Это прикрытие. Чтобы люди думали то же, что и ты: здесь живет семья. Послушай, Мэри, когда я тебе все рассказал, тебе вовсе не нужно слепо верить мне. Теперь ты можешь получить реальные доказательства и познакомиться с нашими людьми. Придется пройти проверку, но потом тебе все станет ясно.

Я спросила, кто такая Мишель Хейворд, и он ответил, что это подруга, которая помогла ему закрепиться в бизнесе. Они раньше работали вместе. Фирму она возглавляет лишь номинально, поскольку в такой работе, как у него, лучше не приводить «хвост» к своему настоящему дому.

Уилл говорил очень спокойно, не испытывая дискомфорта и нервозности. На меня он смотрел нежно и тепло. В глазах его, как всегда, светилась любовь.

Не могу сказать, что поверила на все сто