Собрание важных пустяков: Письма сестре и близким - Джейн Остин Страница 6

Да хранит вас всех Бог!

С сердечными пожеланиями,

Дж. О.

Льщу себя надеждой, что малыш Дорди будет помнить меня хотя бы недельку. Поцелуй его за меня.

Годмершем-парк, Фавершем – для мисс Остин

VII

Стивентон, 27 октября, суббота

Дорогая Кассандра!

Твое письмо сегодня – приятнейший сюрприз, и вот, смотри, я взяла самый длинный лист бумаги, чтобы выказать мою благодарность.

Мы приехали вчера между четырьмя и пятью часами, но, боюсь, я не могу похвастаться, что вчерашнее наше путешествие было столь же приятным, как день и два назад. Вскоре после того, как я закончила письмо, которое написала тебе из Стейнза, маменька начала жаловаться на утомление и усталость от дороги; выглядела она и правда неважно. Ночь в Стейнзе маменька провела не очень хорошо, но перенесла путешествие лучше, чем я ожидала, и в Бейзингстоке, где мы остановились через полчаса, она почувствовала себя бодрее после мясной похлебки и осмотра мистера Лайфорда, который посоветовал ей принять двенадцать капель лауданума в качестве успокоительного перед сном, на что она покладисто согласилась.

Джеймс заехал к нам, как раз когда мы собирались пить чай, и маменька уже настолько оправилась, что весело поболтала с ним, прежде чем отправиться спать. Похоже, Джеймс снова провернул свой давнишний трюк с прибытием в Стивентон, невзирая на недовольство Мэри, ведь он уже был здесь еще до завтрака, а сейчас приехал навестить нас во второй раз. Они с Мэри должны были обедать здесь и сегодня, но погода уж слишком плохая. Я была рада узнать, что Марта сейчас с ними. Джеймс забрал ее из Ибторпа в четверг, и она пробудет там до своего отъезда в Кинтбери.

Никаких происшествий за вчерашний день в дороге с нами не случилось, разве что был момент, когда сундук едва не свалился с экипажа, и это вынудило нас остановиться в Хартли, где все колеса были тщательно смазаны.

Поручив маму заботам мистера Лайфорда, я отправилась к миссис Райдер и купила все, что собиралась, однако не всем осталась довольна. Не оказалось детских узких подтяжек и ни одного отреза нужного мне шелка. Но мисс Вуд, как всегда, скоро отправится в город, чтобы пополнить запасы. Я заплатила 2 ш. 3 п. за ярд фланели и подозреваю, что она не слишком хороша, однако эта ткань настолько презренна и дурна сама по себе, что, право же, уже совершенно не важно, хорошего она качества или плохого. Также я купила японских чернил и на следующей неделе приступлю к экспериментам над моей шляпкой, с которой, как ты знаешь, связаны мои главные надежды на счастье.

А еще у меня действительно есть повод для гордости – вчера вечером я удостоилась чести накапать маменьке лауданума. Мне доверены ключи от туалетной комнаты и буфета, и уже дважды с момента, как начала это письмо, я бегала с поручениями на кухню. Вчерашний обед был просто отличным, вареная курица – нежнейшая, так что увольнять Нэнни мне не пришлось.

Почти все вещи были раcпакованы и разложены еще вчера. Заняться этим вызвалась Нэнни, против чего я совершенно не возражала. Я достала только перчатки и положила к тебе в ящик. Они просто замечательные, прекрасного светлого оттенка, не зря мы их выбрали!

Твое письмо доставили сюда вместе с корреспонденцией от миссис Кук, где она сообщила, что «Бэттлридж»[11] выйдет не раньше января, а еще что она очень недовольна нерасторопностью Которна и вряд ли еще когда-нибудь будет иметь с ним дело.

Миссис Холл из Шерборна вчера разрешилась от бремени – ребенок родился мертвым и на несколько недель раньше срока по причине того, что она испытала сильный испуг. Предполагаю, как тяжело ей сейчас смотреть на мужа…

За последние две недели здесь прошел сильный дождь – намного сильнее, чем в Кенте, и все дороги от Стейнза сейчас отвратительно грязные. Дорога на Стивентон не исключение – не знаю, когда я смогу поехать в Дин.

Я слышала, что Марта сейчас в лучшем расположении духа, чем была все последнее время, и льщу себя надеждой, что сейчас она наконец сможет открыто подшучивать над мистером В.

Очки, найденные Молли, – мамины, ножницы – папины. Мы очень рады слышать такие замечательные новости о твоих подопечных, больших и маленьких. Мне доставляет радость, что дорогуша Дорди помнит меня, – глупую радость, ведь я знаю, что совсем скоро он и думать обо мне забудет. Моя же привязанность к нему продлится намного дольше. С нежностью и восторгом буду я вспоминать его милое улыбающееся личико, но не за горами тот день, когда он превратится в неотесанного, грубого парня.

Книги от Уинтона все распакованы и разложены по местам; полки идеально подходят под их размеры, и теперь в книжном шкафу хватает места для всего, что мы хотели там разместить. Мне думается, слуги были очень рады видеть нас. Нэнни-то уж точно. Она призналась, что без нас было очень скучно, а еще сказала, что малыш был с ней до воскресенья. Вижу, что еще не собран виноград – вроде бы его не очень много; как можно скорее нужно покончить с этим, в противном случае под этим дождем он окончательно испортится.

Я очень недовольна собой – тем, что никак не приучу себя писать убористее. Так ли уж мой почерк размашистее твоего? Дочь госпожи Тилбери недавно разрешилась. Можно, я отдам ей детские вещи? Портной был здесь всего несколько дней назад. Как досадно для нас обеих, что он так скоро уехал! Госпожа Бушелл будет обстирывать нас еще неделю, поскольку Сьюки получила другое место. Супруга Джона Стивенса возьмет на себя обязанность следить за порядком. Честно говоря, по ней не скажешь, что она великая поборница чистоты, но кто знает? Вряд ли мы сможем в ближайшее время нанять другую горничную, хотя госпожа Степлз присмотрела для нас одну кандидатуру. Мэри наняла в служанки девушку из Эша, совсем неопытную, и Джеймс опасается, что она не справится со своими обязанностями.

Эрл Хартли был в Дине на днях (Мэри сообщила), и его семья объявила, что готова принять его жену, если она будет подобающе вести себя и в следующем году. Он очень благодарен им – в той степени, в какой он