Батарейцы - Николай Петрович Варягов Страница 55

— Товарищ подполковник! Григорий Митрофанович, довольно казнить себя. Ребятам легче не будет…

— Обожди, дай посидеть.

У огневой позиции батареи старшего лейтенанта Николая Соловаря Данильченко немного успокоился. Среди разбитых орудий, траншей, ходов сообщения, на выжженной земле он увидел группу людей. Подполковник повеселел. «Есть, есть живые!» — мелькнула радостная мысль.

— Быстрее! — поторопил он водителя. — Видишь, ребята! — И тут же обмяк. Узнал однофамильца командира четвертой батареи лейтенанта Виктора Волкова, младшего лейтенанта Иллариона Дудника и двух бойцов. Они переносили тела убитых.

Тяжелым шагом Данильченко подошел поближе. На разостланных плащ-палатках лежали лейтенант Иосиф Зеленюк, сержант Александр Моисеенко, красноармейцы Михаил Гидулянов, Василий Шеремет, Сергей Близинский…

— В живых никого не обнаружили?

— Нет, — глухо обронил Волков. — Всех подчистую.

— Жаль…

Он смотрел на них затуманенными болью, слезами глазами. Знал, что все это стечение обстоятельств. Он и сам мог лежать здесь, на этом поле. Но судьба распорядилась иначе, по своей власти. Данильченко смотрел на ребят и корил себя как командир, облеченный доверием, властью, задавал себе один и тот же вопрос: «Всели сделал, чтобы уберечь товарищей?»

Даже спустя годы, когда осядет пыль фронтовых дорог, зарубцуются раны земли, его будут будить тревожные видения, обнажая боль разума и сердца. Вновь и вновь он будет всматриваться в окровавленные тела боевых друзей-товарищей, искать у себя промахи и казнить, казнить себя, хотя и вины его в том страшном бою никакой не было…

Хоронили ребят в полдень. Ослепительно светило майское солнце. Ветерок нес терпкие запахи свежих цветов и зелени.

На траурном митинге взял слово командир полка Данильченко. Он говорил не о подвиге и славе павших; каждый из собравшихся знал о заслугах товарищей. Подполковник сказал о другом, более значимом для живых.

— Фронтовая память нетленна, она останется с нами на всю последующую жизнь. И в будни, и в праздники мы будем помнить о тех, кому обязаны своей жизнью. Поведаем о пережитом детям, внукам и правнукам. Пусть знают они о людях, спасших человечество от фашистского мрака.

В широкой братской могиле на обрамленных зелеными ветвями плащ-палатках лежали павшие в боях воины — солдаты и офицеры. Лежали согласно своим боевым расчетам. Проходили мимо фронтовые товарищи, по русскому обычаю бросали в могилу горсть земли. На сердце было печально.

А майский день пел, не переставая, свою песню. Из березовой рощи доносились соловьиные трели. Жизнь продолжалась.

Родина высоко оценила подвиг батарейцев в последнем бою. Все они награждены орденами и медалями, одиннадцать человек удостоились высшего отличия — звания Героя Советского Союза.