Александр Феклисов - За океаном и на острове. Записки разведчика Страница 52

— Фукс был человеком левых убеждений и в студенческие годы состоял в компартии Германии;

— во время работы в Бристоле и Бирмингеме в 1940— 1941 годах он в кругу своих друзей доброжелательно высказывался об СССР;

— в архивах гестапо, захваченных спецслужбами США и Англии после разгрома гитлеровской Германии, в списке под № 210 числился Клаус Фукс. Эти списки направлялись в подразделения СС на советском фронте. Около фамилии Фукса имелась пометка: «Доставить в Германию, если он будет найден в Советском Союзе»;

— в сентябре 1945 года шифровальщик советского военного атташе в Оттаве И. Гузенко стал предателем, перебежал к канадцам и передал им секретные документы; в одном из документов упоминались Клаус Фукс и его сестра Кристель, проживавшая в Кембридже, около Бостона;

— в американской прессе сообщалось, что некоторые советские представители в Комиссии ООН по атомной энергии, обсуждавшей вопрос запрещения атомной бомбы, в неофициальных беседах со своими коллегами, к удивлению последних, использовали специальные термины, которые могли быть известны только из секретных американских документов; по мнению контрразведчиков Вашингтона, утечка информации могла исходить от ряда ученых, работавших в Лос-Аламосе; среди них значился и Фукс.

После предательства Гузенко ФБР в 1946 году начало разработку Кристель, контрразведчикам удалось установить, что к ней в сорок пятом году три раза приходил неизвестный американец. В первом случае Кристель на месте не оказалось, и американец интересовался у владелицы дома, когда к Кристель приедет ее брат. В другой раз дверь незнакомцу открывала домработница. Сотрудники ФБР получили от нее описание наружности приходившего к Кристель американца, который интересовался Фуксом. Им, как читатель, вероятно, помнит, был советский агент «Раймонд».

В 1947 году, когда с «Раймондом» не было связи, Елизавета Бентли, работавшая также на советскую разведку и изменившая ей, дала показания о том, что Голд был «шпионом Москвы». Его привлекали к суду по обвинению в шпионаже по делу, не относящемуся к Фуксу. Ввиду отсутствия достаточных улик он был освобожден. Тем не менее ФБР продолжало держать его в поле зрения. В 1948 году Голд снова вызывался на беседу в контрразведку.

После взрыва советской бомбы сотрудники ФБР в поисках лиц, причастных к утечке атомных секретов, снова стали изучать дело Голда. Они обратили внимание на то, что внешние черты Голда схожи с описанием личности неизвестного американца, трижды приходившего в сорок пятом году к сестре Фукса.

Контрразведчики снова вызвали Голда. Они спрашивали его, почему он приезжал к Кристель и знает ли ее брата — Клауса Фукса, не встречался ли он с ним. Голд на все эти вопросы дал отрицательные ответы.

Продолжая расследование, сотрудники ФБР провели негласный обыск его квартиры и в числе прочих вещей нашли план Санта-Фе, на котором карандашом было помечено место встречи. Тот самый план, который Фукс передал Голду на квартире своей сестры Кристель. Остальное было делом техники: на плане обнаружили отпечатки пальцев Голда и Фукса.

На очередном допросе, используя неопровержимые улики, сотрудники ФБР усилили нажим на Голда. Он растерялся и, вообразив, что контрразведка уже все знает о нем, дал полные показания о его работе на советскую разведку, в том числе и встречах с Клаусом Фуксом в Нью-Йорке и Санта-Фе.

После десятилетнего заключения Голд мог ходатайствовать о помиловании и выйти на свободу. Однако он отказался это сделать. Вместо этого по его просьбе ему были предоставлены жилье и работа на территории тюрьмы. Голд боялся за свою жизнь на свободе, опасаясь, что советская разведка уничтожит его за предательство. Это свидетельствует, что сама судьба рассчиталась с ним, лишив его разума.

Директор ФБР Э. Гувер доложил президенту Трумэну, что его сотрудники выявили источник утечки атомных секретов в Москву: им являлся английский ученый Клаус Фукс, который во время его работы в США передавал секретные материалы Советскому Союзу.

Э. Гувер затем сообщил начальнику английской контрразведки МИ-5 полученные данные о шпионаже Клауса Фукса в пользу СССР.

По получении данных от ФБР в первых числах сентября 1949 года английская контрразведка взяла Фукса в интенсивную разработку, которую он почувствовал, и решил не выходить на встречи со мною. Ученого перестали включать в состав английской делегации по переговорам с американцами о сотрудничестве в области атомной энергии.

Директор атомного центра в Харуэлле Дж. Кокрофт был потрясен, когда узнал, что Фукс подозревается в шпионаже. В сентябре премьер-министр Эттли дал указание приступить к допросу Фукса.

Продолжая вести пристальное наблюдение за ученым, МИ-5 запросила от ФБР материалы, которые можно было бы предъявить Фуксу во время допроса как доказательство его шпионажа в пользу СССР. Через некоторое время американцы представили своим британским коллегам:

— расшифрованную телеграмму, отправленную в Москву советским генеральным консульством в Нью-Йорке, в которой сообщалось о встрече Голда с Фуксом на квартире Кристель в январе 1945 года [12] ;

— план Санта-Фе с пометкой места встречи и отпечатками пальцев Фукса и Голда;

— несколько фотографий Голда;

— короткометражный фильм, на котором заснят Голд под различным ракурсом во время прогулок по улицам.

Начало допроса Фукса было ускорено еще одним непредвиденным событием. В первых числах октября Клаус узнал, что его отец переехал из Западной Германии на постоянное жительство в Лейпциг (Восточная Германия), где ему предложили должность профессора в университете. После недолгого размышления Фукс-младший доложил об этом начальнику службы безопасности атомного центра в Харуэлле Г. Арнольду и спросил, что, может быть, в связи с этим ему следует подать заявление об уходе с работы. При этом Клаус полагал, что такой шаг приведет к исполнению его мечты — переезду в Восточную Германию. К сожалению, все случилось по-другому. Бдительный страж безопасности сообщил о своем разговоре с ученым руководству МИ-5. Шефы контрразведки не упустили благоприятный случай и приступили к беседам — а это были настоящие допросы — с Фуксом. Их вел руководящий сотрудник, известный специалист по работе против Советского Союза Уильям Скардон.

На первой же беседе Скардон заявил Фуксу: он подозревается в передаче секретной информации Советскому Союзу. Фукс отрицал это. Скардон предъявлял обвинения ученому в передаче секретных материалов СССР и на последующих встречах. Фукс продолжал все отрицать и поднимал вопрос о том, что, может быть, ему следует из-за своего отца уйти с работы в Харуэлле.