Очень хороший и очень дурной человек, бойкий пером, веселый и страшный... - Константин Сивков Страница 44

именитые лица. Каждый стол пронумерован, и внизу мы находим следующее пояснение: «Описание свадьбы остроумнолютного Феофилакта Шанского, который державнейшего великого монарха многоутешный шут, смехотворец, бывшей 1702 г., февраля в 1-й день, в палате господина генерала Франца Лефорта: 1) Стол, при котором сидят в облачении, подобно монаршеского, князь Федор Юрьевич Ромодановский, Петр Иванович Бутурлин. При них же (с левой стороны) в виде патриарха Никита Моисеевич Зотов. 2) При сем столе: новобрачный Феофилакт Шанский. Царевичи Сибирский, Касимовский даТимоха. 3) При сем столе ближние боляра, етман, офицеры морские и земные, между которыми и самодержавнейший монарх. 4) Где сидят иноземцы торговые. 5) Где сидят окольничьи, думные дворяне и дьяки. 6) Где сидят дьяки, гости и иных торговых чинов люди. 7) Где сидят разных чинов люди. 8) Где сидят дворовые люди. 9) Средь палаты певчие державнейшего государя поют. 10) Постав с серебряной и золотой посудой».

Пирующих насчитывается более 300 фигур с прислугой, которая суетливо подает кушанье. Фигуры сделаны очень грубо, — за портретным сходством художник не гнался; но, строго следуя истине события, представил почти всех в монашеских платьях, с капюшонами, откинутыми назад, но без клобуков. Столы покрыты яствами, высокими кубками с вином и громадными канделябрами с зажженными свечами; на первом плане можно отличить какую-то, должно быть, важную особу, которая нещадно дерет за вихры брата-послушника — слугу, вероятно за нерасторопность. Жених-карлик чинно сидит за столом на правой стороне, как объяснено, под вторым номером.

Петр I, устраивая это забавное торжество, в то же время печатанием гравюры давал возможность всем жителям России познакомиться с своей юмористической затеей. В соответствие этой гравюры есть другая: шутовской обед в другой зале того же дома женщин. — Примечание М. Семевского.

15

О пересылке его ученых медведей в Санкт-Петербург в моих бумагах есть документ 1720 года. — Примечание М. Семевского.

16

Эта просьба не более как шутка: владыка Казанский — один из членов всепьянейшего собора. — Примечание М. Семевского. Кто из окружения Петра был «митрополитом Казанским, неизвестно. — Ред.

17

Вероятно, речь о капитане гвардии Борисе Ивановиче Бутурлине, убитом под Лесной; следовательно, отлучение от кабаков писано не позже 1708 года. — Примечание М. Семевского.

18

Корчага — прозвище П. И. Бутурлина.

19

Аксинья Михайловна Самарина была замужем за окольничим Петром Васильевичем Бутурлиным (ум. 1716). «Петербургский владыка» называл ее своей женой в шутку. В первом браке она была замужем за окольничим И. И. Чаадаевым (ум. 1696). — Примечание М. Семевского.

20

«Чин избрания» имеется в нескольких списках, и каждый из них представляет больше или меньше вариантов. — Примечание М. Семевского.

21

Это слово в подлиннике зачеркнуто. — Примечание М. Семевского.

22

Вероятно, места для членов собора. — Примечание М. Семевского.

23

Аксамит — в широком смысле слова любая драгоценная ткань.

24

Так назывались свистуны, набранные из различных мест, мастера высвистывать по-птичьи. По свидетельству Нащокина (Василий Александрович; 1707–1760) — генерал-поручик, мемуарист. — Ред.), на свадьбе князя-шута М. А. Голицына (Михаил Алексеевич; 1687–1775; князь, в 1732–1740 годах придворный шут Анны Иоанновны по прозвищу Квасник. В 1740 году состоялась шутовская свадьба Голицына и придворной шутихи Авдотьи Бужениновой в специально построенном для этого ледяном доме. — Ред.), в 1740 году, тверские ямщики бесподобными высвистами являли весну. Об этих же свистунах говорит Тредиаковский (Василий Кириллович; 1703–1768; поэт, переводчик и филолог. — Ред.) в известном стихотворении на дурацкую свадьбу, бывшую в ледяном доме. — Примечание М. Семевского.

25

Мы обозначаем курсивом те слова, которые вставлены либо изменены Петром в последнем, беловом списке. — Примечание М. Семевского.

26

От Gebet (нем.) — молитва.

27

Отверстие, дыра (лат.).

28

В этом пункте избирательного чина пародируется обычай, некогда существовавший в Риме при избрании папы. «Возведение на престол римского первосвященника, — рассказывает Вольтер, — сопровождалось весьма странными обрядами, дань тогдашней простоте и невежеству. Так, например, избранного папу сажали на прорезной стул, называемый stercorarium (лат. «навозное кресло». — Ред.), потом на трон, крытый порфирою». Рассказывают, что этот обычай возник с того времени, когда на престол папский воссела женщина. Это была папесса Иоанна, возведенная на престол в 855 году, под именем папы Иоанна VIII. Она была родом немка из Майнца, называлась Гильбер-тою, и после долгого странствия в монашеском платье пришла наконец в Рим. Здесь ее необыкновенный ум и благочестие привлекли к ней внимание достопочтенных отцов церкви, властью которых и возведена она на трон первосвященника. Мнимый мужчина правил наследием ап. Петра и Павла 2 года, 5 месяцев и 4 дня. Процарствовал бы и дольше, если б только не забеременел от одного кардинала, которому, разумеется, хорошо было известно, какого пола был св. отец. Разрешение от бремени совершилось посреди Рима, во время крестного хода, при стечении бесчисленного народа. Рассказывают, что мать-папа тут же умерла; по другим сведениям, это случилось вскоре после родов. — Примечание М. Семевского.

29

Известно, что этим именем назван был чудовищной величины кубок, который должны были осушать сановники, а иногда и сановницы, в виде шуточного наказания за несоблюдение некоторых обычаев, например за невнимание к князь-цесарю, к князь-папе и т. п. — Примечание М. Семевского.

30

Чин поставления мало изменялся при приеме в собор жрецов и других меньших членов; переменялись только некоторые слова. При представлении цесарю о поставляемых владыках говорилось: «приводятся бахусолюбезнейшие избранные (имярек) поставлятися бахусовозлюбленным городам». Цесарь отвечал: «Сила Бахусова да будет на вас!». — Примечание М. Семевского.

31

В других списках вместо пьянство сказано обжорство. — Примечание М. Семевского.

32

Эта речь несколько раз и весьма старательно переделывалась Петром. Укажем на важнейшие варианты против приведенного текста двух других списков: «Ей орлоподражательный всепьянейший владыко! Вопрошенное тобою, по силе моей, исправляю. Аще егда утреннее, еже выше рек, еще не минуется, а обеду уже настоящу времени, пью по чашке не малой» и т. д. После слов: «в очесах моих мгле» читаем: «паче же тщуся, чтоб от оных питей мозг мой и ум непрестанно в густых туманах, и в пьяной мгле пребывал». В другом списке сказано: «Еще не точию утро единое, яко же изрекохом препровождаем, но в полдни вяще испиваем; на вечер же великую смошницу употребляем. Такожде в средонощие и в первое, второе и третье кураташение творим. Яко