Неизвестный Леонардо - Джан Вико Мельци д'Эрил Страница 42

размещались разные фрагменты, до десяти включительно, когда рисунки и записи находились на двух сторонах листа, для них изготавливались особые окна, чтобы можно было прочитать лицевую и обратную сторону. Большие листы Леонардо разрезались пополам или на несколько частей, поля обрезались, незаполненные, чистые части листа вырезались. Некоторые двойные листы большого формата приклеивались только частично, так как многократное пользование окном большого размера неизбежно приводило к износу его крепления. Свободную часть листа можно было легко отогнуть и так же легко вынести, что и случилось с листом 44 (cx 13 v.a), который оказался впоследствии в Базеле. Своевольное и бьющее на эффект размещение текста приводило к тому, что многие листы дробились на части, отрывались друг от друга по содержанию. Эта огромная книга получила название Атлантического кодекса, потому что на жаргоне производителей бумаги листы размером 65×44 см, использованные Леони, употреблялись прежде всего для изготовления географических атласов. Под этим именем она упоминается уже в 1780 году в Мемуарах Бальдассарре Ольтрокки, библиотекаря Амброзианы.

Во время реставрации в шестидесятые годы XX века в лаборатории Гроттаферрата страницы Атлантического кодекса отделили от старого переплета и переплели заново, соблюдая старую последовательность листов. Они были пронумерованы по отдельности общим числом в 1118 листов, собранных в 12 томах. На реставрационные работы было затрачено 17 миллионов лир, что равняется, примерно 200 000 евро, выделенных итальянским правительством. Эта огромная книга, содержащая самое обширное собрание записей и рисунков Леонардо, первоначально носила обложку из красной кожи с наименованием, повторяющим запись в акте дарения Арконати в Амброзианскую библиотеку:

РИСУНКИ МАШИН И / ТАЙНЫХ ОРУДИЙ / И ДРУГИЕ ВЕЩИ / ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ / СОБРАННЫЕ ПОМПЕО ЛЕОНИ

В текстах и рисунках, входящих в Атлантический кодекс, отражается творческий путь маэстро из Винчи, начиная с 1478 года и до дня его смерти. В нем находятся записи, излагающие его научные исследования по геометрии, математике, астрономии, физике, ботанике, анатомии, чертежи боевых орудий, летательных аппаратов или устройств для погружения под воду, машин и станков, архитектурные и градостроительные проекты. Леонардо обратился к вопросам урбанистики уже в первые годы жизни в Милане и продолжал интересоваться ими вплоть до поздних проектов благоустройства виллы в Ваприо д’Адда и возведения королевского дворца в Роморантене во время пребывания в Клу. Отдельные листы Атлантического кодекса посвящены теории и практике живописной техники, скульптуры, секретам перспективы; область его интересов простиралась от учения о свете и тени вплоть до подбора материалов, которыми пользовались живописцы. Там же можно встретить сказки, басни, философские рассуждения и пророчества, раскрывающие его взгляд на жизнь человека.

По мнению Пьетро К. Марани[249] к первому миланскому периоду (1483–1499) относится около 742 страниц или разворотов листов, что составляет почти 500 листов (не все из них заполнены с обратной стороны); ко второму периоду (1508–1513/1515) восходят еще 340 страниц или разворотов, равных приблизительно 200 листам. Следовательно, большая часть листов, составляющих Атлантический кодекс, была заполнена в Ломбардии.

Вторая книга, составленная Помпео Леони, содержит около 600 рисунков и рукописных страниц и ныне хранится в Королевской библиотеке в Виндзоре. Она упоминается в инвентарных списках имущества Леони в 1609 и в 1613 годах после смерти сына Микель Анджело под названием:

РИСУНКИ ЛЕОНАРДО / ДА ВИНЧИ / РЕСТАВРИРОВАННЫЕ ПОМПЕО ЛЕОНИ

В 1589 году Помпео Леони уехал из Милана в Мадрид с бронзовыми статуями, отлитыми по заказу короля Филиппа II для главной капеллы собора Сан-Лоренцо в Эскориале. С собой он увез также часть кодексов. После смерти Помпео в Мадриде в 1608 году художественные ценности из его наследства, находившиеся в Мадриде и Милане, перешли к его сыну Микель Анджело, художнику и скульптору, потому что, как сказано в завещании, благодаря своей профессии он сумеет пользоваться ими во благо, в отличие от второго сына, медика, не способного оценить их по достоинству: «Y el dicho Doctor Leoni, por ser de otra profesion, non le aprovechen».[250] В завещании Помпео, подобно своему отцу, просит детей хранить коллекцию целостной и неделимой «в память обо мне и моем отце, кавалере Леони (tieniendolas siempre sin disminuirlas ni enaxenarlas, para que se sustente mi memoria y del dicto Senor Caballero Leoni mi Padre)».

Мы можем представить, пусть далеко и не полностью, художественную коллекцию Леони, хранившуюся на улице Сан-Франциско в Мадриде, на основании двух уже упоминавшихся инвентарных списков, составленных нотариусом Франсиско Теста. Первый, от 1609 года[251], был написан через три месяца после смерти Помпео, а второй, от 1613 года, после смерти Микель Анджело[252]. Второй список является более полным, но в нем, в отличие от первого, указана стоимость только нескольких художественных произведений, потому что при его составлении не было знающего оценщика, как это произошло в первом случае. Оба этих документа вместе с завещанием Помпео говорят об огромном количестве собранных им рисунков и рукописей, не считая того, что осталось в Милане, о чем мы не имеем документального подтверждения.

По классификации Кармен Бамбах, незначительно отличающейся от предыдущей, выполненной Корбо[253], общие характеристики выглядят следующим образом:

1) В кодексах, принадлежащих Помпео Леони, часто на первой странице между двух точек указывается номер тома. Можно предположить, что пометка сделано рукой либо Мельци, либо Леони, однако установить, кто является автором поставленного знака, чрезвычайно сложно[254].

2) Часто классификационные литеры стоят на последней странице рядом с количеством страниц в томе; в случае с малыми, карманными кодексами обе пометки нередко приводятся на последней странице.

3) В случае отсутствия символов принято, с большой долей вероятности, считать, что данный том не принадлежал к коллекции Леони.

Из этой классификации следует, что Леони обладал, по меньшей мере, 46 томами, поскольку это число стоит на последнем из известных нам кодексов – кодексе Форстера I, часть 2 (обозначенный: 46.)[255]. Эта группа включает в себя Французские манускрипты A, B, I, H и K, два Мадридских кодекса, Кодекс о полете птиц, Кодекс Тривульцио и Кодексы Форстера I, II, III.

Рукописи, не принадлежавшие Леони, являются достаточно однородными по типу еще сохранившихся первоначальных обложек из картона, изготовленного в эпоху Леонардо, за исключением Манускрипта С, переплетенного Гвидо