Иоганн Штраус. История музыки - Ханна Эггхардт Страница 4

Уже тогда юного музыканта околдовала атмосфера, царящая еженощно в танцевальных залах: страстная, возбуждающая музыка, доводящая стены до сотрясения, а танцоров – от радости и озорства – до неистовства, публика не менее двадцати раз требовала повторять произведения на бис.

С 1822 года Иоганн Штраус каждый понедельник совершал паломничество в гостиницу «Белград» в Йозефштадте. Там находилась «Венская музыкальная биржа», и там юные нанимающиеся танцевальные музыканты узнавали, в каком заведении и в каком оркестре требуются скрипачи. Иоганн Штраус был неоднократно ангажирован. Однако эти случайные заработки не устраивали честолюбивого и целеустремленного музыканта. Наверное, в это время и ангажемент с оркестром Памера тоже не вызывал у него особой радости. Алкогольные эксцессы капельмейстера с бурными эмоциями вкупе со вспышками гнева, неумеренностью в еде и расточительством мешали музыкантам задерживаться у Памера.

В квартете и оркестре Ланнера

Решающий поворот в карьере Иоганна Штрауса сделал Йозеф Ланнер, который был старше его на три года, – сын тяжелораненого перчаточника времен французских войн. Уже с 1819 года Ланнер успешно музицировал вместе с братьями Антоном Карлом и Алоисом Драханеками. Йозеф исполнял первую скрипку, старший из братьев Драханек играл на гитаре, а младший – был второй скрипкой. Трио выступало в венских гостиницах, таких как Zum grünen Jäger («У зеленого егеря») в Леопольдштадте или в «Кофейном доме Юнглинга» и стало довольно популярным. К их восторженным почитателям в Rebhuhn («Куропатке») на улочке Гольдшмидгасе принадлежал и Франц Шуберт.

Финансовое положение Ланнера было тогда не особо блестящим. Он был одним из многочисленных трактирных музыкантов, которым нелегко жилось в период бидермейера[17]. Они выступали то тут, то там, то в высококлассных заведениях, то в местах с сомнительной репутацией. У музыкантов не было фиксированного гонорара. В большинстве случаев вознаграждение собирали в шапку. Оказывалось в ней больше или меньше денег – зависело от настроения посетителей. Как и все музыканты, Ланнер и братья Драханек влачили нищенское существование. Приходилось не пренебрегать любой возможностью заработка. В 1822 году молодые музыканты пару месяцев играли для курортников в Бадене под Веной. Эта «вылазка» удалась, поскольку, вернувшись в Вену, они смогли расширить трио до квартета, пригласив к себе Иоганна Штрауса. Штраус играл на альте. Теперь ансамбль мог добиться настоящего успеха.

Весной 1823 года Вена переживала коренные изменения. С обеих сторон Бургтор (Ворот крепости), воздвигнутых в память битвы народов под Лейпцигом, был открыт Фольксгартен[18] (Народный сад) с дорожками и скверами, предназначенными для променадов. Вскоре он стал любимым местом встреч бидермейерского общества. А расположенный возле нового храма Тезея «Кофейный дом Корти» с небольшим музыкальным павильоном и полукруглым колоннадным строением превратился в постоянный домициль[19] венского музыкального общества, идентичный пару лет тому назад построенному Корти кофейному дому и парковым сооружениям в соседнем Парадисгартен (Райском садике) на Левенбаштай[20] (Львиной башне). Скоро и там полились звуки вальса.

Для Иоганна Штрауса вступление в оркестр Ланнера, возникший совсем недавно из квартета, при пособничестве Карла и Фридриха Шоллей[21], означало кардинальную перемену. Музыка Ланнера была популярна. Его оркестр был самым востребованным в городе, он постоянно разрастался, выполняя все новые и новые заказы. В то время Штраус и Ланнер крепко дружили, делили убогую квартирку и каждую ночь музицировали по дороге домой. Но с сентября 1824 года ситуация изменилась: Штраус должен был отправиться на военную службу в Рейхс-гренадерскую дивизию 2-го батальона 1-й компании. Изменения произошли и в личной жизни музыканта. Он влюбился в дочь хозяина гостиного двора Анну Штрайм. Девушка помогала отцу в трактире Zum roten Hahn («У красного петуха») в пригороде, в так называемом Thutygrund (Туры-пригород)[22], неподалеку от родного дома Шуберта на улице Нуссдорферштрассе.

Дочь хозяина гостиницы Анна Штрайм

Происхождение Анны Штрайм то и дело давало повод для всякого рода пересудов. Облик южанки, темперамент и пристрастие к игре на гитаре служили основанием для создания романтической легенды, поддерживаемой семьей: будто ее отцу, испанскому маркизу, после дуэли пришлось покинуть родину, утаив свою аристократическую фамилию, и назваться простым именем Робер. Однако официальные документы эту версию отклоняют. Род Робер однозначно происходил из Люксембурга. Дедушка Мартин Робер попал в Вену в 1760-х годах, а в 1768 году женился на дочери хозяина гостиного двора Анне Марии Хартль. Перепробовал профессии парикмахера, продавца вина и кондитера. Его дочь Мария Анна, как и ее два брата, известные академические художники, тяготела к искусству, в ноябре 1800 года вышла замуж за уроженца Нижней Австрии, господского кучера Йозефа Штрайма, овдовевшего в мае того же года. Через пару лет он сменил вид деятельности и взял в аренду гостиницу «У красного петуха», где в 1800-х годах хозяйничали предки лирика и драматурга Антона Вильдганса.

Где и когда Иоганн Штраус познакомился с Анной Штрайм, подлинно неизвестно. То, что Иоганн Штраус музицировал в доме ее отца, маловероятно. Скорее всего, он попросту отдыхал в соседнем гостином дворе «У красного петуха» после изнуряющих концертов в оркестре Памера в гостинице Zum weißen Schwann («У белого лебедя»).

Сын Иоганна Штрауса, Эдуард, отмечает в своих «Воспоминаниях», что отец Штрайм знал хорошо как его отца, так и Йозефа Ланнера. Последний любил хватить лишнего, а затем склонен был к разного рода шуткам, и отцу nolens voles[23] приходилось вторить ему. Как-то раз ночью оба подвыпивших музыканта обвязали веревкой гипсовую фигурку турка со скрещенными ногами, а второй конец ее привязали к колесу кареты. И когда кучер тронулся с места, турок взлетел, разбившись на тысячи мельчайших кусочков. Узнав утром о неприятном сюрпризе, отец Штрайм провозгласил: «Это, конечно же, дело рук двух прохвостов, Ланнера и Штрауса, die Sacra!»[24]

Особенная же причина негодовать на одного из двух Sacra отцу Штрайму представилась уже через пару недель: на масленицу 1825 года выяснилось, что его дочь Анна в положении. Отец Штрайм бушевал, а Иоганн Штраус выглядел растерянным. Он ходатайствовал об иностранном паспорте (то ли так совпало, то ли стало принятым в панике решением бежать куда глаза глядят?) Прошение было удовлетворено: «Иоганн Штраус, без определенного места жительства, сирота; место рождения: Леопольдштадт; возраст: 21 год; музыкант, холост, путешествует в Грац и имперские страны в поисках работы; действие паспорта: 1 год».

Отец Штрайм настаивал на скорейшей свадьбе. Однако все было не так просто. Нареченный еще не достиг совершеннолетия. Опекун Антон Мюллер подал ходатайство в магистрат о