Библиотека литературы США - Уильям Брэдфорд Страница 35

что среди присланных нами немало найдется грубых парней, как названы они в письме; полагаю, однако, что те, кого я над ними поставил, справятся с ними. И надеюсь, что сумею не только отучить их от сквернословия, способного оскорблять слух их спутников, но и обратить мало-помалу к богу и т. д. Я далек от того, чтобы посылать к вам грубых парней, которые хитростью или силой лишат вас того, что вам принадлежит, а, напротив, поручил капитану «Спэрроу» оставить вам не только 2000 хлеба, но также изрядное количество рыбы и т. д.[37]. Но помыслите, сколько зла могло причинить их письмо, если бы попало к вам в руки и имело желаемые ими следствия.

Если же вы разделяете мнение этих людей, будьте с нами откровенны, и мы поищем приюта в ином месте. А если так к нам расположены, как мы полагали, встретьте нас как друзей своих, а мы не примем от вас ни пищи, ни крова без того, чтобы так или иначе за них не расплатиться, ит. д. Я намерен оставить у вас небольшой корабль (если бог пошлет ему благополучное плавание), а с ним моряков и рыбаков, которые станут плавать вдоль побережья и торговать с туземцами и старым поселением. Возможно, что мы будем столь же полезны вам, как вы нам. Думаю будущей весною свидеться с вами и поручаю вас богу, да хранит вас.

Любящий друг ваш

Т. Уэстон.

Так рассыпались прахом все надежды на м-ра Уэстона, и обещанная им помощь обернулась пустым советом, коему следовать поселенцы сочли незаконным и невыгодным. И не только остались мы без помощи в крайней нужде, не имея ни припасов, ни товару для торговли; но у нас готовились отнять и то, что мог дать здешний край. Что до злобных осуждений и подозрений, высказанных в этих и прежних письмах, то поселенцы желали судить о них милосердно и мудро, взвесив их на весах любви и разума; и хоть исходили они (частию) от друзей благочестивых и любящих, многое могло быть порождено завистью и страхами, а также раздражением; однако ясно было, что м-р Уэстон имел собственные цели и ожесточился духом. Ибо после приведенных писем губернатор получил письмо от м-ра Кашмена, который с тем же кораблем вернулся на родину, а с м-ром Уэстоном всегда был близок (что видно из прежних писем); и дивился, отчего все это время нет от него вестей. Оказалось, — что их трудно было послать, а это письмо адресовано было женою одного поселенца своему мужу, который и принес его губернатору.

Вот что оно гласило:

Любезный сэр, сердечно вас приветствую, надеюсь, что вы в добром здравии, и благодарю за любовь вашу. Божиим произволением 17 февраля достигли мы родной земли. В пути были мы ограблены французами, которые увезли нас во Францию и там держали 15 дней, отняв все, что отнимать стоило; но, благодарение богу, сами мы и корабль от них спаслись. Не вижу, чтобы здесь это отбило у кого охоту. Бог даст, скоро с вами свижусь, в июне или ранее. А пока вот что надлежит вам знать, чтобы остеречься. М-р Уэстон совсем от нас отошел, поссорившись с некоторыми из наших пайщиков, и выкупил всё им внесенное, а сейчас послал 3 небольших корабля для собственного поселения. На самом большом из них, в 100 тонн, капитаном будет м-р Рейнольдс, и сам он также намерен ехать; с какой целью — мне неведомо.

Люди, которых везут они, нам отнюдь не годятся, а потому прошу, не принимайте их и не обменивайтесь людьми, разве что отдадите взамен наихудших из ваших. Уэстон взял патент на себя. Если захотят они что-либо от вас купить, отдавайте только из излишков, и пусть дают хорошую цену. Если что возьмут взаймы, берите поболее залога и т. д. Они, надо думать, поселятся к югу от мыса, ибо Уильям Тревор много рассказал из того, что знал или вообразил себе, о капуэках, мохиггенах и наригансетах. Боюсь, что люди эти и к туземцам не станут относиться как должно. А потому прошу предуведомить Скуанто, что они сами по себе и с нами ничего не имеют общего; за их провинности мы не в ответе, а за честность не ручаемся. Потери наши во Франции мы вот-вот наверстаем. Наши лейденские друзья здоровы и на сей раз во множестве к вам будут. Надеюсь, что все обернется к лучшему, и прошу не падать духом, но бодро и мужественно преодолевать все трудности там, куда направил вас господь, покуда не настанет день отдохновения. Да соединит нас вновь владыка моря и суши, если будет то во славу его.

Ваш Роберт Кашмен.

На обороте того же листа было несколько строк от м-ра Джона Пирса, на которого взят был патент; о нем будет еще в свое время сказано.

Достойный сэр, прошу принять во внимание все написанное на обороте и ни в коем случае не губить поселение ваше, которое и без того слабо, а может быть ослаблено еще более. Со следующим кораблем пришлем мы вам учредительный устав, который, надеюсь, вас удовольствует; а кого примете вы, тех я и одобрю. А люди м-ра Уэстона кажутся мне (в большинстве) столь низкого разбора, что честным людям знаться с ними не подобает. Желал бы, чтобы оказались они иными. Не стану распространяться далее и ограничусь этими немногими строками.

Любящий друг ваш

Джон Пирс.

Над всем этим крепко пришлось задуматься; но прибывающим все же решили мы оказать гостеприимство; отчасти ради м-ра Уэстона и всего, чем был он прежде и что для нас сделал, в особенности для некоторых; отчасти же из сострадания к людям, которых привезли в дикую местность (как это было и с нами), а теперь оставят на берегу (ибо корабль должен был доставить других своих пассажиров в Виргинию, а простой обходился дорого); и все им тут незнакомо, и не знают они, как быть. И как ранее приняли 7 человек и кормили наравне со своими, так приняли и этих (а было их около 60-ти здоровых мужчин) и приютили вместе с их товарами, а заболевшим, коих было среди них немало, предоставили все лучшее, что имелось. Они пробыли почти все лето, покуда корабль не возвратился из Виргинии. А затем, по распоряжению Уэстона или тех, кого он над ними поставил, перебрались к заливу Массачусетс, ибо патент он добыл на те места (а прознал о