Добровольческая армия - Александр Сергеевич Лукомский Страница 3

«Не должно быть армии Добровольческой, Донской, Кубанской, Сибирской. Должна быть единая Русская армия, с единым фронтом, единым командованием, облеченным полной мощью и ответственным лишь перед русским народом в лице его будущей законной верховной власти. Нужна единая временная власть и единая вооруженная сила, на которую могла бы опереться эта власть. Единение всех государственных образований и всех государственно мыслящих русских людей тем более возможно, что Добровольческая армия, ведя борьбу за самое бытие России, не преследует никаких реакционных целей и не предрешает ни формы будущего образа правления, и даже тех путей, какими русский народ объявит свою волю. Единение возможно и потому, что Добровольческая армия признаёт необходимость и теперь и в будущем самой широкой автономии составных частей Русского государства и крайне бережного отношения к вековому укладу казачьего быта».

Генералы А. И. Деникин, А. М. Драгомиров, A. C. Лукомский, И. П. Романовский, французский военный атташе капитан Фукс, адъютант Деникина ротмистр А. Г. Шапрон дю Ларре. Екатеринодар (Краснодар). 1918

В 1918 году А. С. Лукомский был назначен заместителем председателя Особого совещания при Верховном руководителе Добровольческой армии генерале Алексееве. Главной целью Совещания являлось объединение всех антисоветских сил для восстановления Единой Неделимой России в границах на 1 августа 1914 года. Потом у главкома А. И. Деникина Лукомский был начальником Военного и Морского управления, затем состоял председателем его Особого совещания, а с 30 декабря 1919 года он глава правительства при главнокомандующем ВСЮР.

Многознающий и опытный штабист А. С. Лукомский в последующем конфликте генералов Деникина и Врангеля, несмотря на своё долговременное сотрудничество с Деникиным плечом к плечу, всё-таки встал на сторону барона Врангеля. А разногласия у двух самых популярных белых вождей Юга России были сложными. Это разница в их видении выбора союзников, дальнейшей стратегии белых. Началось с того, что П. Н. Врангель считал необходимыми военные усилия по царицынскому направлению для соединения с Восточным фронтом адмирала А. В. Колчака. Но А. И. Деникиным была издана Московская директива наступления, которое потерпело неудачу. Врангелевцам так же не нравилась плохая организация тыла, кадровая политика ВСЮР, в чём Лукомский хорошо разбирался. Поэтому 8 февраля 1920 года генерал Лукомский, как сторонник назначения новым главнокомандующим генерала П. Н. Врангеля, был уволен от службы приказом генерала Деникина и выехал за границу.

В конце марта 1920 года А. С. Лукомский стал представителем главнокомандующего Русской армией генерала барона П. Н. Врангеля при союзном командовании в Константинополе.

В эмиграции Александр Сергеевич был помощником Великого князя Николая Николаевича, выполнял его секретные поручения. Этот бывший Верховный главнокомандующий сухопутными и морскими силами Российской империи в начале Первой мировой войны 16 ноября 1924 года принял общее руководство наиболее многочисленной русской военной организацией в эмиграции – Русским общевоинским союзом (РОВС). В 1924–1925 годах генерал Лукомский по поручению Николая Николаевича совершил длительную поездку в Японию и Китай для объединения под эгидой РОВС разрозненных эмигрантских организаций. С 1926 года Лукомскому подчинялись белоэмигрантские воинские союзы и организации Дальнего Востока и Америки. С 1928 года он стал начальником Дальневосточного отдела РОВС и его уполномоченным по делам Дальнего Востока.

Однако руководство А. С. Лукомского делами дальневосточных эмигрантов из Европы привело к расколу русской военной эмиграции в Маньчжурии по делу генерала А. И. Андогского. Генерал-майор Андогский (родился в 1876 г., Новгородская губерния, скончался в 1931 г., Харбин) был участником русско-японской, Первой мировой и Гражданской войн, последним начальником Николаевской военной академии (1917–1922 гг.). После Октябрьского переворота сотрудничал с большевиками, а затем перешёл на сторону Белого движения. В 1922 году он являлся городским главой Владивостока, затем эмигрировал в Японию, позже в Китай.

Когда в 1926–1927 годах в среде русской военной эмиграции в Маньчжурии произошёл раскол, Андогский возглавил одну из группировок и претендовал на руководство всеми объединениями русских военных офицеров в Китае. Противники генерала обвинили его в сотрудничестве с большевиками в 1917–1918 годах, в работе на разведку СССР в эмиграции, в сотрудничестве с советской администрацией КВЖД и в финансовых растратах. Суд Центрального правления Общества русских офицеров Генерального штаба в Зарубежье в Белграде в 1930 году признал генерала Андогского виновным по всем пунктам и исключил его из списков офицеров Генерального штаба. Опубликованные в РФ документы подтвердили, что Андогский действительно одно время сотрудничал с советской военной разведкой, которая по своей инициативе прекратила работать с ним ввиду неактуальности и малой полезности получаемой от него информации.

После смерти Великого князя Николая Николаевича в 1929 году А. С. Лукомский отошёл от политической деятельности, состоял в распоряжении председателя РОВС. Он скончался в Париже в 1939 году.

Воспоминания А. С. Лукомского начали публиковаться в 1921 году в Берлине. Они включили в себя озаглавленные им разделы: «очерки из моей жизни» (с детства до 1912 года). «Период Европейской войны. Начало разрухи в России Борьба с большевиками». «Часть первая. Период, предшествовавший европейской войне, и подготовка к ней». «Часть вторая. Период европейской войны и государственный переворот». В этой книге опубликованы части, описывающие борьбу Белой армии Юга России.

В программной речи главкома А. И. Деникина на Кубани в 1918 году Александр Сергеевич обращает внимание на его заявление:

«От нас требуют партийного флага. Но разве трехцветное знамя Великодержавной России не выше всех партийных флагов?».

Далее Лукомский продолжает в своих мемуарах:

«Но это не удовлетворило – ни правых, ни левых. Правые говорили: “Без монархического лозунга вам не создать мощной армии. Офицеры должны знать, за что они проливают кровь и вы должны это определенно сказать”. Левые, наоборот, указывали, что неопределенность политического лица армии – отталкивает от нее симпатии массы; что надо провозгласить чисто демократические лозунги, подтвердить, что возврата к старому нет… Впоследствии… была составлена и подписана генералом Деникиным и членами Особого Совещания (правительства) политическая программа Добровольческой армии; в ней было указано, что армия должна довести Россию до национального собрания».

«Опасение, что многих документальных данных… может не оказаться, обязывает нас, современников, записать… всё, что мы знаем… Эти соображения заставили и меня взяться за перо»

Непременная национальная идея Единой Неделимой России всегда и во всём вела монархиста генерала А. С. Лукомского по его судьбе и деятельности.

Владимир Черкасов-Георгиевский

Добровольческая армия

Часть третья. Корниловское выступление и начало Добровольческой армии

Глава VII

[…]

Формирование и организация Добровольческой армии [в конце 1917 года в Новочеркасске] подвигались медленно. В среднем в день приезжало и записывалось в ряды армии 75–80 добровольцев. Солдат было мало; больше всего записывались в армию офицеры, юнкера, студенты, кадеты и