Ты и твой мир. Подростковые проблемы, о которых не говорят вслух - Тамерлан Ю. Заников Страница 3

– Так как раз, ночью-то у меня времени много.

– Ну такое…

– Да все нормально, я энергетиков больше пью и ничего.

– Очень полезно, – Ника с укоризной на него посмотрела.

– Ой, ну ладно уж, не наркотики же, просто энергетик.

– Ну уж спасибо, что не наркотики. Ну, дело твое.

Они замолчали. Денис достал телефон, нашел в нем нужную песню и протянул Нике наушник. У них так было принято: когда нужно было оставить тему, которую никто не хотел обсуждать, и не ругаться, то они слушали вместе любимые песни. Заиграл трек «Давай сбежим», один из тех, что больше нравился Нике, Денис хотел поднять ей настроение.

На галечном пляже было полно местных и туристов. Гости города отличались более бледной или, наоборот, обгоревшей коже.

– Фу, как много народу, – расстроено заметила Ника.

– Ну на нашем-то не будет, – поспешил успокоить ее Денис, – А так ничего удивительного, майские же.

– Идем туда скорее.

До дикого пляжа нужно было идти несколько километров. Сначала по «главному» берегу, потом через небольшой лесок с бамбуковыми зарослями и устье реки, впадающей в море. Многим местным и тем более туристам, было просто лень сюда добираться, поэтому большую часть дня пляж пустовал.

Денис сбросил джинсовую куртку, и они легли на нее.

– Ай, – Ника вздрогнула.

– Что такое?

– Ногу больно, слишком долго шли, – потирая лодыжку, ответила она.

– Чего не сказала-то, отдохнули бы или вообще не пошли сюда.

– Я хотела сюда. И я все-таки не инвалид, так что не надо меня жалеть.

– Никто тебя и не жалеет, ты же сама сказала, что больно.

– То есть тебе меня не жалко? Как всегда, никакого сочувствия.

– Ника, я тебя уже перестаю понимать, – нахмурился Денис – Ты сама что хочешь от меня?

– Не знаю я, – она спрятала лицо в колени, – я устала, ясно?

– От меня тоже?

Морские волны с грохотом обрушивались на гальку. Не было слышно ни музыки из колонок отдыхающих, ни машин. Только ветер, чайки и море. Ника тяжело вздохнула.

– От тебя нет. Только оттого, что мы ругаемся постоянно. Прямо как мама с папой. А мне их ругань во, – она провела большим пальцем над головой. – Хватает.

– Да, мне тоже не нравится, что мы ссоримся больше, чем нормально общаемся. Я сначала думал, может у тебя просто пмс затянулся, но, видимо, это не он.

– Какой пмс, дурак, – Ника пихнула его в плечо, – просто на мне слишком всего висит. Учеба, родители, нога.

Она легла и стала рассматривать стремительно несущиеся облака. Денис лег рядом и принялся накручивать кончик одной из ее кос на палец.

– И что делать с этим всем?

– Не знаю. Моя бы воля, я бы уже переехала к бабушке в Москву. Не то чтобы она меня зовет сильно, но…

– Подожди-ка. Какая Москва? Ты ничего не говорила, что переезжать собираешься.

– Ну, потому что я пока никуда не собираюсь. Это фантазии. Она живет одна, там никто не орет по вечерам, и это Москва. Но меня никто никуда не отпустит, пока школу не закончу.

– То есть после школы ты сюда не будешь поступать? – Денис приподнялся и сел напротив нее.

– Ну. я про это недавно думала, но раз остается один год. – неуверенно пролепетала Ника, отводя взгляд. – Ну сам подумай, не оставаться же в этой дыре.

– Я остался. – он мрачно посмотрел ей в глаза.

– Да, ты. у тебя были причины. А меня что здесь ждет? Я бы могла в Москве уже преподавать гимнастику и зарабатывать, тут это нафиг никому не надо. Ну и учиться там лучше.

– Спасибо, конечно, что раньше об этом не сказала, – Денис взял горячий камешек и со всей силы швырнул его в сторону моря.

– Так я и не так давно об этом вообще думать начала. Ну что ты, обижаться будешь?

– Нет, я что тебе девчонка обижаться.

Ника закатила глаза.

– Окей. Так, а что меняет мое решение? Все, расстаемся?

– Я этого не говорил, – раздраженно ответил Денис, – Просто получается, что у нас максимум год остался.

– Ну ты и раньше можешь себе в универе найти кого-нибудь, – ехидно ответила Ника.

– Ты что опять Лесю вспоминать будешь? Она ко мне приставала, не я.

– По фотографиям этого не определить.

– Ник, не беси меня. Я сто раз уже объяснял, – взгляд Дениса окончательно стал строгим, напомнив Нике то, как друг на друга смотрят родители во время ссоры.

– Да, поэтому можешь сейчас время не тратить. И вообще, я пошла, – она резко поднялась.

– Куда?

– К экзаменам готовиться. Потом поговорим, – махнув ему рукой, она захромала обратно.

– Ты серьезно вот так уйдешь сейчас? – крикнул Денис.

– Да. А ты посиди, подумай.

Не поворачиваясь в его сторону, Ника ускорила шаг. Денис остался сидеть на пляже. Хотя он и понимал, что на его девушку много чего свалилось, внутри у него разгоралась злость. Ему не хотелось, чтобы внешние обстоятельства за них решали, продолжать встречаться или нет. Но что-то начало ему подсказывать, что это уже было неизбежно.

* * *

Каждый день, примерно с восьми утра, любая школа наполняется совершенно особенной атмосферой. Детские и юношеские голоса, смех и радостные возгласы – какофония звуков, которая стихает после пронзительной трели звонка. Но пройдет каких-то сорок пять минут и шум-гам снова разлетится по коридорам.

Евгения Викторовна работала в школе № 14 больше двадцати лет и больше всего любила именно это ощущение жизни, которое врывалось в школьные двери и гудело в ней до конца дня. Она любила прийти на работу чуть раньше, чтобы успеть выпить чашку кофе в учительской, в относительной тишине и спокойствии, а потом слушать, как с каждой минутой голосов становится больше, и звучат они все громче и громче. Крики и смех напоминали ей о времени, когда и она была в нежном возрасте шестнадцати-семнадцати лет. Первая влюбленность, огонек в глазах и непередаваемое ощущение, что «только небо, только ветер, только радость впереди…» – это было прошлое, которое она давно отпустила, но с которым любила соприкасаться.

Ну а если она видела ученика, который искренне начинал интересоваться миром животных и цветов, как она когда-то влюбилась в них, то внутри появлялось теплое ощущение, что она все сделала правильно и все так, как должно быть.

Евгения Викторовна закончила свой утренний ритуал и пошла на первый урок. Для 10 «Б» она приготовила небольшую проверочную работу, практику к итоговой контрольной за год. Пока учительница открывала окна, в кабинет вошла Ника – одна из самых прилежных ее учениц.

– Здравствуйте, Евгения Викторовна.

– Доброе