Иосиф Прут - Неподдающиеся Страница 262

��Но Гоголь, Салтыков-Щедрин, Достоевский, Горький писали же антиправительственные вещи�

��Да, писали. Но тогда во главе правительства был царь и его вороватые консервативные чиновники. А теперь у нас хозяин � народ, его представители. (В те блаженные времена я, как и миллионы моих соотечественников, искренне верил в это. А безобразия и антидемократические действия по отношению ко многим моим знакомым относил за счет рудиментов сталинизма, но никак не социалистической системы!)

��Сколько лет вы состоите в коммунистической партии?

��Я не член коммунистической партии.

��Разве так сложно вступить? У нас это очень просто.

��А у нас � сложно: это удел избранных!

��Значит, вас считают недостойным? Почему вы не вступаете в партию?

��Не обижайтесь, дорогой коллега, но я чувствую, что ваш вопрос праздный. Вам же совершенно безразлично: вступлю я в коммунистическую партию или не вступлю. Кроме того, это вопрос деликатный. У меня на Родине никто его не задавал. Там мои товарищи-коммунисты рассуждают так: �Если старик Прут не подает нам заявления, значит, он не готов к этой высокой миссии��

��И вы считаете, что они рассуждают правильно?

��Совершенно! Партия � это прежде всего организация, передовой авангард рабочего класса, коллектив с железной дисциплиной. Я � по своему строю характера и поступкам � чудовищный индивидуалист, человек предельно недисциплинированный. До сих пор единственная дисциплина, которой я беспрекословно подчинялся, была военная. Просить принять меня в партию, не будучи уверенным, что ее устав станет мною выполняться на все сто процентов � нечестно. Поэтому я стараюсь ни в чем не отставать от моих товарищей � коммунистов, оставаясь при этом беспартийным.

��Вы верите в Бога?

��Да.

��Ага! Значит, вы верующий!!

��Не совсем в того Бога, как вы себе представляете � во Всевышнего. Я не верю в вашего Бога � старого дядю, сидящего на тучке. И я не тот верующий, который въезжает в храм на спинах своих рабов. Я верю в Бога, который есть моя совесть, который подсказывает мне добрые мысли, помогает делать добро. Я верю в Бога, который, сокрушает зло, который � плечом к плечу � шел с нами в атаку против фашизма, верю в Бога разума и справедливости. Мой Бог � это хороший парень; он, если нужно, не постесняется даже набить морду любому грубияну. Я мог бы продолжить с вами этот теологический спор, мой дорогой, но боюсь, извините, что вы для меня не очень сильный оппонент.