Живая жизнь. Штрихи к биографии Владимира Высоцкого. Книга 2 - Валерий Кузьмич Перевозчиков Страница 25

Декабрь 1988 г.

Борис Аркадьевич Диодоров

С Володей Высоцким мы познакомились так. Я ехал на машине по нашей улице Телевидения. Вижу: стоит парень с гитарой. Предлагаю: «Вас подвезти?» А в машине выясняется, что мы живём рядом — наши дома напротив.

Было время, когда мы общались практически каждый день, и тогда я, конечно, хорошо знал Володю. Он бывал очень разным. Мог быть нежнейшим человеком, а через некоторое время вдруг становился жёстоким, а бывал трогательно заботливым — ну, просто до слёз.

Физически Володя был невероятно здоров! Он действительно мог не спать ночами. Я уставал, мог задремать, уснуть, он — работал. От него никогда не приходилось слышать: «Я устал». Никогда!

Борис Аркадьевич Диодоров, 1979 г.

Рядом с нашими домами, через детский сад, жил Гена Шпаликов, с которым чуть позже мы начали общаться. У Высоцкого и Шпаликова, кажется, отдельных дружеских отношений не было, но они часто совпадали в общем кругу. Вспоминаю, что когда приехал Хилькевич — это был период «Опасных гастролей», — была большая совместная компания. Одно время Гена рисовал — помню, он сделал портрет Людмилы Абрамовой.

Она Володю обожала, формировала его: разыскивала какие-то серьёзные книги… А у Володи уже началась неупорядоченная кино-гастрольная жизнь. И рядом с Володей Люся мне представляется глубоко трагическим человеком — во всяком случае, тогда я так считал.

Авторизованная машинопись «Детской поэмы» В. Высоцкого (фрагмент)

Какое это уже далёкое время! Но всё было в первый раз — и всё было интересно. Тогда Володя просто обожал приходить к друзьям и петь новые песни. Я довольно часто оказывался свидетелем того, как он вечерами сидит в маленькой кухоньке, что-то пишет, а в руках — гитара. Тут же показывал какие-то новые куски, пробовал варианты…

Потом у меня появился магнитофон «Грюндиг», очень хороший по тем временам. Володя часто его брал, записывал свои песни. Это был примерно 1967–1969 годы, — достаточно ранние записи. Они сохранились.

Детали? Ну, например, я спрашивал про «жёлтое в тарелке». Володя сказал, что это — консервированные апельсины: на этикетке дольки лежали на тарелке. За чем тогда гонялись приезжие? — за апельсинами.

Владимир Высоцкий. Выступление в редакции журнала «Советский Союз». Москва, 8 ноября 1968 г.

Фото И. Бахтина

Володя уже работал в Театре на Таганке, тогда он энергично тащил меня туда — делать декорации. Одно время сам хотел рисовать, но — мне так тогда казалось — это не было серьёзным проектом.

С актёрами Таганки я общался мало, но знаю, что Валера Золотухин всегда был искренним по отношению к Володе, всегда переживал за него. И, как мне представляется, Валера — человек совестливый. Может быть, он сделал неверный шаг — и вот теперь мучается.

Как-то Володя пришёл из театра немного обиженный:

— Ну почему они так? Мне сегодня Алла Демидова говорила, что я своими песнями добиваюсь дешёвого успеха, да ещё деньги получаю за это.

Помню ругательную статью в «Советской России». Володя её носил — всем показывал, возмущался!

И это было время, когда он очень хотел добиться хоть какого-то признания… У меня был старинный пистолет — настоящий «Лепаж». Володя уговорил подарить его одному известному кинорежиссёру-коллекционеру. В очень слабой надежде, что его будут снимать. И хоть бы кто помог ему! Все обещали, но никто ничего не делал.

Беловой автограф (1975 года) песни «Весёлая покойницкая».

Вот что ещё вспоминается. Володя написал детскую поэму. И мы носили её в издательство «Детская литература», где я тогда работал художником. Володя показал свою поэму редактору Светлане Николаевне Боярской. Читал он очень здорово! И у всех осталось очень хорошее впечатление. Но дня через три Светлана Николаевна, немного смущаясь, сказала мне, что она прочитала текст — и когда это напечатано, то ей показалось, что поэма гораздо слабее…

Однажды Володя приходит ко мне очень весёленький.

— Я «развязал»!

— А что ты такой радостный?

— Ты же не знаешь, какой я хороший, когда «развяжу».

Тогда я только слышал от Люси, как тяжело это у него бывало. Мы поехали по друзьям — и началось… Целая неделя! Я старался потихоньку его «выводить»: пивной бар, потом баня. Бесполезно. Через неделю Володя, наконец, говорит:

— Всё, завязываю. Вот три бутылки коньяка — по одной в день — и всё!

Я поверил. Вечером прихожу к нему — все три бутылки пусты, а Володя в тяжелейшем состоянии. Все это кончилось больницей…

Повторяю, что одно время у нас были достаточно близкие отношения. И вот однажды Володя говорит:

— Как ты посмотришь, если я женюсь на Марине Влади?

Откровенно говоря, я был ошарашен! Ведь для меня (да и для всех) Марина Влади была звезда, «Колдунья»! И я вообще ничего не знал про их отношения.

В общем, Марина появилась. Володя в тот вечер, конечно, пел. Марина его воспринимала совершенно восторженно. Как-то очень по-женски она впитывала каждое слово… И на меня его песни всегда очень действовали. Когда Володя пел, то возникало такое мощное энергетическое воздействие! Честное слово, его хотелось обнимать, целовать и благодарить, благодарить…

Марина им восхищалась тогда. Она всё время видела в Володе своего отца, говорила, как Володя похож на него. У отца тоже был трудный путь к успеху. Она вспоминала его слова:

— После «Колдуньи» могу спокойно умереть…

Потом Володя и Марина поженились. Мы вместе ездили искать квартиру. Сразу после свадьбы они снимали квартиру у Капитолины