Иосиф Прут - Неподдающиеся Страница 222

��Найн!�� хрипло донеслось из угла.

��Нет!�� механически перевел белобрысый. И генерал отдал какое-то короткое распоряжение. Адъютант метнулся к двери.

Мишка понял: �Вот сейчас она начнется, моя резня!!!�

Прошла минута, вторая, пятая. Они показались Мишке вечностью.

Адъютант вернулся. Он держал в руках большую картонную коробку, перевязанную крепким шпагатом. Всего несколько слов сказал генерал. Их, пожав плечами, перевел белобрысый:

��Передайте и мой привет вашему командиру � полковнику Савчуку� А настоящая война только начинается. И вы еще узнаете силу нашего оружия. Идите.

Он кивнул Мишке на коробку. Тот взял ее, затем � по всем правилам � повернулся �кругом� и, печатая шаг, вышел из блиндажа.

��Эй, Копнер!�� окликнул Михаила ротный.

��Я вас слушаю, товарищ старший лейтенант!

��Где это тебя так долго черти мотали?

��Плутал в тумане, едва добрался!�� И Мишка пошел дальше.

��Ну что, толковое что-нибудь прислали?�� забросали его вопросами солдаты.

��Да нет, ребята. Пустяки � домашнее! После концерта закусим!

Обозрение прошло с успехом. �Ду, майн либер Аугустин� Мишка пел великолепно. Уже поздним вечером мы приступили к новогоднему ужину. Получили по сто граммов �своей законной�, закусывали португальскими сардинами, немецкими мясными консервами, итальянским сыром. Ели и удивлялись: до чего же много трофейных продуктов имеется в нашем тылу! Благодарили Мишкину маму и выпили за ее здоровье � по самой маленькой � французского коньяка.

На следующий день Михаил Копнер доложил о своих похождениях командованию, а потом рассказал мне. М-м-да! Чего только не случается под Новый год!

1945-й. Мы уже в Германии. Темная ночь. Ситуация неясная: снова � �слоеный пирог�. Опять непонятно, кто у кого в тылу: мы � у фрицев или они � у нас.

Я попросил осветить карту карманным фонариком, чтобы выяснить, где мы примерно находимся, и не поверил своим глазам: рядом было местечко Герберсдорф, на кладбище которого похоронен мой отец! Я побледнел, с трудом перевел дыхание. Это заметили мои солдаты. И Лёня Моложатов сказал:

��Что с вами, товарищ начальник?! На вас лица нет!