Иосиф Прут - Неподдающиеся Страница 213

Наверняка фашисты приняли нас за власовцев: кому пришло бы в голову, что это советские рвут у них под носом цветы? Действительно, странное занятие�

В тот же день меня вызывает к себе начальник Особого отдела � Виктор Михайлович Жданов и показывает �телегу�, которую на меня �накатал� майор, обвиняя в том, что я хотел его застрелить.

��Что за история, Иосиф Леонидович?�� спросил Жданов.

Я рассказал, добавив:

��Если бы он побежал или выстрелил в немцев, я б его действительно пристрелил!

��И правильно бы сделали! Так ему, дураку, и надо бы!

О другой истории напомнил Михаил Савельевич Рутэс.

Мы были уже в Германии. Наши войска продвигались вперед. Но временами наталкивались на сопротивляющихся немцев. Так было и в тот раз.

Довольно большая группа засела в доте, мешая нашим частям следовать по дороге.

Договорившись с командующим, я взял белый лоскут и пошел �парламентарием�. Подойдя к доту, я стал говорить в рупор (естественно, на немецком):

��Война вами проиграна. Какой смысл умирать? Отсидите в плену и вернетесь к своим семьям! Я обращаюсь к вам � солдаты, которые не по своей воле оказались на нашей земле!..

��Мы все умрем, но будем драться до последнего патрона!�� раздалось из бункера.

��Как я понимаю, господин офицер, вероятно СС, решил за всех вас, господа солдаты. Но я � лично � обещаю вам жизнь и, главное,�� мыло! Ведь вы все наверняка завшивели и давно не мылись�

Этот аргумент оказался решающим: двери дота отворились. Бросая оружие, оттуда стали выходить люди. Последним, связанным, вели офицера-эсэсовца.

Колонна составляла, не помню уж сколько, но � много человек.

Рутэс рассказал, что, завидя такое количество немцев, они приготовились к бою.

Но кто-то крикнул:

��Там Прут! Это он их ведет!

Подойдя ближе и помахав белым платком � уже нашим � я закричал:

��Не стреляйте! Это � мои немцы! Я веду их в баню. А оружие сложено у бункера. Дорога � свободна.

С нескрываемым волнением я сам слушал эти рассказы однополчан в свои восемьдесят лет�

Часто вспоминаю другой курьезный случай на фронте: я возвращался из очередной дальней командировки. Добираться приходилось на попутных машинах.