Секреты Ротшильдов - Эли де Ротшильд-мл. Страница 13

Помимо займов, молодой человек теперь дает рекомендации по вложению капитала, которые не всегда оказываются успешными и не приносят сразу предполагаемые суммы. Однако, следуя указаниям отца, он прозорливо выплачивает проценты из своего кошелька, чтобы клиенты не чувствовали себя обманутыми и не разочаровывались.

Его младший брат Соломон, которого часто направляют с конфиденциальными поручениями, следит за рассыльными и сопровождает переводы средств. В свою очередь, Натан с его твердым характером управляется с бухгалтерией и занимается приходом товаров, следит за персоналом и сухо дает поручения клеркам и конторским служащим, которым лет больше, чем ему.

* * *

1796 год, гетто. В магазине все больше и больше новых товаров. В предложении и спросе нет недостатка, торговля идет даже лучше, чем можно желать. Накопленной прибыли хватает на то, чтобы пускать ее на выдачу кредитов, объем которых все время растет: деньгам не дают лежать без дела. Ставка процента, даже небольшая (редко превышает 6 %), играет важную роль, обеспечивая прирост накоплений. И пока другие банкиры занимаются только одним делом и ограничиваются тем, что принимают клиентов в своих конторах, Майер Амшель, а затем и его сыновья, постоянно в разъездах.

В постоянных поисках новых клиентов и поставщиков они одним дают в долг, а у других собирают долги: суммы и объемы товаров все время увеличиваются.

Линия фронта проходит в нескольких километрах от гетто: слышно, как громыхают пушки. Случайное пушечное ядро непрошенным гостем врывается в один из соседних домов на Юденгассе. Начинается пожар. Деревянные дома примыкают друг к другу, и пламя быстро распространяется. Воды, конечно же, нет, средства для тушения огня весьма скудные. В кои-то веки христиане, которых в гетто обычно приводят только дела или погромы, решают прийти на помощь. Но евреи, поддавшись страху, закрываются в собственной тюрьме. Заперев ворота изнутри на засов, который регулярно спасал их от погромов, они сами себя отрезают от любой помощи извне.

За несколько часов разрушена половина Юденгасса, значительная часть квартала теперь непригодна для жизни, и выжившим (двум тысячам человек) нужно переселяться. В следующие дни взятый врасплох Сенат принимает единственно возможное решение: разрешает евреям, чьи дома разрушены, найти новый временный кров за пределами гетто, то есть в христианской части города.

Во всеобщей суматохе Майер Амшель, чей дом не пострадал при пожаре, использует сложившуюся ситуацию: незаметно арендует склад за пределами Юденгассе. Инспекторы больше не приходят в гетто, и он может, никому ничего не объясняя, перевезти товары. Так временно разрешается проблема с хранением запасов, транзит увеличивается, а места в семейном доме становится больше.

На войне как на войне

Однажды вечером в магазин в гетто приходит неизвестный и спрашивает Герша Либмана – одного из служащих, работающих за прилавком. Час поздний, Либман ушел домой, оставался только Майер Амшель, готовый закрываться. Посетитель уходит, но возвращается на следующий день с той же просьбой.

На этот раз Ротшильду кажется странным, что незнакомец хочет непременно поговорить с его подчиненным, у которого не предполагается личных отношений с клиентами, кроме благодарности и чаевых. К тому же Майеру Амшелю нравится смелый, берущийся за любое дело Либман. Мальчик, пусть и с несколько ограниченными в целом способностями, вышел из нищеты и научился читать, поступив на работу. Он стал идеальным и радушным служащим, незаменимым для успешной работы компании, и к тому же влился в семью.

Озадаченный Ротшильд впускает посетителя и выясняет, почему тот спрашивает его служащего и откуда с ним знаком. Незнакомец сразу признается, что купил для него кое-какие ценные предметы и хочет знать, куда их доставить. Майер Амшель удивлен. Проявив настойчивость, он узнает сумму: тысяча луидоров! Как простой клерк с месячным жалованием в три флорина мог достать такие деньги?

Поняв, что что-то здесь нечисто, и опасаясь попасть под обвинения, незнакомец выкладывает все начистоту: его покупатель заказал много ценных вещей и отдельно указал держать сделку в секрете.

Вместе с комиссаром полиции Майер Амшель проводит обыск в доме Либмана: они находят несколько редких вещей и монет, взятых из магазина.

Либману предъявляют улики и арестовывают. Он признается, что поддался искушению – сначала вынес один предмет, затем два. Воспользовавшись суетой магазина, где посетители без конца приходят и уходят, он набрал целый мешок луидоров и поставил его у двери.

Объемы торговли и вправду внушительны. Среди толкающихся покупателей, ожидающих обслуживания, иногда трудно не запутаться: товары и драгоценные предметы приносят и уносят настолько быстро, что сложно строго вести отчетность. По оценкам Ротшильда, общая украденная сумма составляет около 30 000 флоринов.

Наконец Либмана бросают в тюрьму. Его отец умоляет выпустить сына, предлагая все возместить. Его тоже бросают в тюрьму за пособничество. После допроса выясняется, что эта семья уже была замешана в дурных делах: деда Либмана осудили за воровство и в наказание отрезали ему ухо. Такой приговор, впрочем, не слишком суров: в те времена за кражу краюхи хлеба ребенка могли повесить.

Ротшильд потрясен и предается самокритике. Так легко осуществленный обман вызывает жгучий стыд. Остается лишь признать: его обчистили заслуженно. В магазине почти нет контроля, царит вопиющая неорганизованность. Все – и дети, пришедшие помочь, и служащие, ведущие дела, – заняты всем. От одной задачи к другой переходят в зависимости от покупателей или подрядчиков. Даже расчетные операции ведутся бестолково: деньги кладут в общую кассу, они переходят от клиента к клиенту, и ничего не записывается.

Товар принимает любой свободный сотрудник и без разбора кладет его на свободное место среди заваленных тридцати квадратных метров. Про некоторые продукты просто забывают, обнаруживая их уже несвежими или пришедшими в негодность.

И это еще полбеды! Цены устанавливаются непоследовательно, равно как и условия оплаты, которые для партнеров часто разнятся. Никакой документации не ведется, а если и ведется, то крайне мало!

Торговый дом постепенно захлебывается в собственном успехе. Он все больше напоминает ярмарку, где каждый продавец устанавливает свою цену, а затем и скидку. За магазином не следит ни один страж!

Ротшильд дивится тому, что потери оказались не так огромны, как могли! Конторский служащий стянул 30 000 флоринов, оставшись незамеченным, что же тогда говорить о других? И сколько еще времени Либман продолжал бы свою деятельность, если бы не счастливый визит посредника?

На семейном совете Майер Амшель решает нанять новых людей: финансового контролера, который будет точно записывать приход и выбытие денег и товаров, руководителя по