Дневник. 1964-1972 - Александр Константинович Гладков Страница 102

и он не аргументировал даже бегло своего мнения. Это может показаться чудачеством, но В.Т. слишком серьезный и убежденный человек, чтобы так к этому отнестись. Сам он пишет прозу очень простую и неукрашенную, но преклоняется перед «Петербургом» Белого. # (…) # Идея: попробовать напечатать отдельно «Молодость Мейерхольда», в которой 10,5 листов. Пол-ночи ее перечитываю. Матерьял мне слишком знаком, чтобы оценить это свободно: вижу все связки и крепления. ##

10 марта. (…) заезжаю в Лавку[57]. Говорят, что завтра будет Рильке. Значит, придется ехать туда и завтра. Затем еду на проспект Мира в обувной магазин и покупаю за 30 рублей ботинки (мои прохудились — я носил их ровно год). #

11 марта. Пол-ночи и все утро правлю рукопись «Годы учений Всеволода Мейерхольда» (такое новое название я придумал бывшей 1-й части книги)[58]. В ней примерно 10 с половиной листов. # Подумываю попытаться что-нибудь с ней сделать. # Днем еду в город. Покупаю в Лавке хорошую книгу Рильке. В ней критика, письма и стихи. # Вечером у меня Илья Соломоник[59]. # Вчера и сегодня в Москве в приемной Верховного Совета демонстрации евреев, желающих уехать в Израиль. Их разгоняют, но не задерживают. В основном это евреи из Прибалтики: москвичей немного. #

12 марта. (…) # Обедаю у Ц.И. Марьямов[60]. # Говорят, что у Солженицына родился сын и назван Ермолаем (!). Это конечно снобизм навыворот, т. е. тот же снобизм. (…) Глупо! # Еще новость. В США у Светланы Сталиной[61] родился сын. Вот какие штуки выкидывает история: у Сталина будет внук — американский миллионер…[62] # (…) # [о ликвидации Берии — по мемуарам Хрущева] Если все мемуары на этом уровне, то они конечно разочаровывают. Западные советологи разошлись во мнениях, подлинны они или нет. Но именно их полуправдивость, вполне в стиле нашей «истории», доказывает, что они все-таки восходят к Хрущеву. #

13 марта 1971. (…) # Говорят, что те, кто хлопочет об освобождении Натальи Горбаневской[63] из сумасшедшего дома, обратились к поэтам Слуцкому[64] и Евтушенко с просьбой дать ей письменную характеристику. Слуцкий написал вполне прилично, а Евтушенко сказал, что он написал бы, но ждет разрешения на поездку в Перу. А кому нужна эта его поездка в Перу, кроме его собственного фанфаронства? Вот та грань, за которой определяется человек. # Талантливый человек, но с русской способностью опускаться, вернее падать, ниже всякого уровня. #

15 марта. (…) # Послал письма: Каверину (с опечатками)[65], Шаламову, на ул. Грицевец. # (…) # [отклик Б. Слуцкого о «Встречах с П.»: ] «Замечательная книга»! [но вот об Олеше, по его словам, АКГ написал не так[66]] (…) А в «Пастернаке» прозорливость любви… # Он правильно говорит, что написать — это «пол-дела», как в технике — изобрести. Надо, как там «внедрить», так тут напечатать. Говорит, что я пропустил время. Не считает это невозможным и сейчас, если сделать какие-то купюры, которые не повредят целому вещи. # Во всем этом разговоре была некая психологическая сложность, так как у Бори на душе грех — он выступал за исключение Б.Л. из ССП. Он этим мучается, а я клеймлю тех, кто так поступал, не называя имени. (…)

16 марта. Утром у Марьямова. Он очень хвалит мою рукопись (…) Он, конечно, высококвалифицированный читатель, и ему можно верить, да и редактор он опытный. # Я специально спросил, не мозаично ли это все? Есть у меня подобное опасение. Он сказал, что нет: все цельно и последовательно. #

18 марта. (…) # Читаю интереснейшую рукопись (анонимную) «Шарага Туполева» о закрытых тюремных КБ, где арестованные инженеры и конструкторы создавали советскую авиацию[67]. ##

19 марта. (…) # Дочитал «Шарагу Туполева». Это необыкновенно интересно и хорошо написано. Готовый конспект замечательного романа, не слабее «В круге первом» или сценария. # Рядом с этой рукописью становятся смешными все разговоры о формальном консерватизме нашей прозы и необходимости расширения художественных приемов. Дело совсем не в этом, а только и только в ее тематической ограниченности. Только малая часть реальной жизни народа изображается в романах и рассказах, да и то искаженно и ополовиненно. Это и есть причина причин кризиса литературы. Для того чтобы говорить правду, не нужны трюки пресловутой «Бочкотары»[68]. ##

21 марта. (…) # Радио сообщает о заявлении Солженицына, что он отказался от мысли послать в шведскую Академию Наук традиционную речь «при вручении премии», так как посылать по почте — он уверен, что она не дойдет, а помимо почты, по иным каналам, — он не хочет, ибо в СССР это считается противозаконным. М.б. в этом есть уже и некая связанность новоиспеченного «отца семейства». (…) # (…) # В.А. Твардовская просила меня пригласить на «Давным-давно». #

22 марта. Вместе с вечерними газетами пришло письмо от В.А. Каверина: # (…) [приводится текст его письма, где Каверин хвалит работу АКГ о Пастернаке и другие: ] Статья об Олеше тоже превосходна. Меня всегда поражало стремление к медленной гибели, к игре с полузадушенным горлом, от которой так свободно, счастливо свободен Булгаков и так мучительно <не свободен?> — Платонов[69]. Вы ее написали первый, отказываясь от роли судьи. (…) [конец письма Каверина] # (…) # Когда не печатаешься и работаешь без открытой критики, такие письма получать необходимо. А то ощущение пустыни вокруг иногда нестерпимо. #

25 марта. (…) # Вчера «Свобода» передавала статью Р.А. Медведева об еврей-ском вопросе в СССР. Это похоже на сумасшедший дом. Передает «Свобода», а я могу позвонить автору по телефону. Но статья малоинтересна: общие места. # А сегодня Бибиси передавала стихотворение на русском языке Кларенса Брауна, посвященное Набокову[70]. # Мир странен, все же… #

28 марта (…) # С завтрашнего дня машинистка начнет перепечатывать рукопись «Годы учения Вс. М[ейерхоль]да». # (…) # В книге Ю. Рыбаковой о Комиссаржевской[71] есть цитата из моего «Мей-д говорит» без указания источника (стр. 83). Но в целом книга недурная. #

29 марта. (…) # Юра третьего дня был у Твардовского, и его вид и состояние оставили у него тяжелое впечатление. Компания Ильиной («лакшинцы»72): Верей-ские[73] и другие косятся на Юру за последнюю повесть, наивно воспринимая ее как «антиинтеллигентскую»[74] # (…) # Вечером по Св[ободе] передают из воспоминаний Н.Я. главу «Шкловские». Кажется, кроме сына