Георгий Скребицкий - От первых проталин до первой грозы Страница 59

Но радость эта была уже не такая, как в прежние годы.

Теперь к этой радости примешивалось и что-то другое, постороннее, совсем не радостное. Оно, как резкие тени в солнечный день, ещё больше подчёркивало всю прелесть света и вместе с тем всё вокруг делало глубже, выпуклее, рельефнее.

— Как ты вытянулся за эту зиму! — удивлялись, встречая меня, знакомые.

— Ты совсем вырос из своей курточки, — огорчалась мама.

Да, за эту зиму я сильно вырос, вырос и не только из своей курточки…

Сам того не понимая, теперь, ранней весной, я как будто вышел из своей уютной детской комнаты и побрёл на поиски новых встреч, новых радостей, разочарований и надежд.

В эту — десятую — весну моей жизни я навсегда простился с детством.

Весна и детство неразлучныВ воспоминании моём.Вот брызнул дождь из тёплой тучи,Пронзённой огненным копьём.

И грома вешнего раскаты,Как грохот по мосту колёс,И запах свежий, горьковатыйДождём обрызганных берёз.

Прозрачных струй дрожащий пологПоля и лес укрыть успел.Но вешний ливень так недолог:В одно мгновенье пролетел.

Гроза стихает понемногу.Тогда степенно со двораПетух выходит на дорогу:«Ку-ка-ре-ку — гулять пора!»

Пора! Бегу на солнце греться.Оно так ласково глядит.Как хороши весна и детство!Вся жизнь, как лето, впереди!

Малеевка. Апрель, 1962.