Ныряя в синеву небес, не забудь расправить крылья. Том 2 - Ринга Ли Страница 56

них также были свои школы и монастыри, где заклинатели учились по его наставлениям. Говорят, эта школа постоянно терпела нападки малых орденов, которые старались отстоять звание лучших в империи. Однако никому еще не удалось отобрать у нее первенство. За последние двести лет только один человек сдал императорский экзамен и стал Тройным юанем. Должно быть, это и был Сяо Вэнь.

Чоу Лицзы удивился лекарю, который прихлебывал суп и мурчал что-то себе под нос. Он спросил:

– Тройной юань? Значит, ты в самом деле… Великий учитель?.. Наставник?

Сяо Вэнь вытер руки шелковым платком и улыбнулся, с прищуром глядя на реку за окном:

– Я должен был им стать, но так и не обзавелся учениками, а тот, кому я предложил наставничество, отстранился от меня сам.

Чоу Лицзы замолчал, погрузившись в раздумья. Сяо Вэнь склонил голову набок и с удивлением отметил понурый вид друга. Косые солнечные лучи делали черты лица парня более плавными. Обычно Чоу Лицзы был хмур и часто смотрел в пол. Сейчас же его глаза устремились куда-то за плечо Сяо Вэня, и тот ловил его невидящий взор – пшеничные поля под солнцем.

«Так красиво», – подумал Сяо Вэнь, приподнимая уголки губ в полуулыбке.

В ежедневных хлопотах он позабыл, когда видел этот взгляд в последний раз, несмотря на то что новый друг часто был рядом. Пшеничные поля колосков, что шли мягкими волнами на легком ветру, приоткрывали сокрытое в них. Все это было уже знакомо.

Больше всего на свете в этот момент Сяо Вэню хотелось протянуть руку и попытаться понять, что скрывают эти светлые глаза. Он вовремя остановился, вспомнив, что духовных сил в нем почти не осталось и его природная энергия тут бесполезна. К тому же даже находясь во власти эмоций, он понимал, что это будет чересчур для всегда погруженного в себя Чоу Лицзы. Парень только недавно перестал отстраняться от него в прогулках по городу. Вероятно, прикосновение станет для него потрясением. Сяо Вэнь с трудом убрал руку.

Пальцы Чоу Лицзы дрогнули. Чуть нахмурившись и словно вынырнув из своих мыслей, он заявил:

– Я никогда не ел улиток, но мне хочется попробовать.

Сяо Вэнь растерянно моргнул, пытаясь понять, о каких улитках речь, если сам он до сих пор находился на пшеничном поле, залитом солнцем. В следующее мгновение, поборов желание шлепнуть себя по лбу, он улыбнулся и принялся извлекать моллюсков из раковин. А потом, игнорируя смущенное ворчание, подал Чоу Лицзы первый кусочек на изящной маленькой ложке. За этим последовал запеченный краб, и Сяо Вэнь разбил хрупкую глиняную корочку, под которой находилась белая мякоть. Затем они перешли к сладостям, и он опять позаботился о незрячем друге, отрезав от персикового пирога сочный кусок и с улыбкой положив его на тарелку. Подкладывая парню все новые лакомства, Сяо Вэнь без умолку рассказывал истории создания кушаний, которые пришли в этот город со всех уголков империи. Но к тому времени Чоу Лицзы уже настолько наелся, что сумел справиться только с тремя тыквенными пирожными. Он не мог решить, потянуться ли ему за четвертым, когда по взмаху руки Сяо Вэня на скамью рядом с ним поставили большую миску, куда лекарь принялся складывать крабовое мясо и очищенных улиток.

Ча, лежащий у их ног, повел носом и увидел, как Сяо Вэнь манит его к себе. Недоверчиво рыкнув, он приблизился тяжелой поступью. Остановившись перед Сяо Вэнем, Ча мрачно сверкнул глазами, а лекарь только положил теплую ладонь ему на макушку, поглаживая меж ушей. Черные глаза пса распахнулись, он зло оскалился, а его хвост тут же вытянулся в трубу со вздыбленной шерстью.

Не обратив внимания на порыкивания, Сяо Вэнь пододвинул к нему миску и снова повернулся к Чоу Лицзы, который выглядел не менее удивленным, чем его пес.

Ча с наслаждением вгрызался в сочную мякоть, все еще злобно порыкивая, но его хвост то и дело радостно трепыхался за спиной, отбивая глухие тяжелые удары в пол и показывая истинные чувства своего владельца.

Они выпили по чаше ароматного белого чая и возобновили поиски, в которых Чоу Лицзы почти не участвовал, не желая тратить время и силы на чужие прихоти. Он все еще считал глупым таскаться по городу из-за желаний маленького чудака.

Яотин, как торговый город, пестрел разнообразием рынков и торговых палат. Здесь было все и на любой вкус. Струящиеся шелка окружали людей, заманивая к лавкам, соблазняя рассмотреть диковинный товар и выложить несколько золотых на прилавок. Неискушенному путнику могло показаться, что он попал в сказочное место, из которого не удастся уйти с пустыми руками. Вот только покупок становилось все больше, поэтому многие выходили с рынка, почти расплющенные их тяжестью. Нужно было обладать недюжинной волей, чтобы противостоять зазываниям и разнообразным привлекательным товарам. К несчастью для Чоу Лицзы, Сяо Вэнь не обладал этой силой – сперва беспокойного лекаря не интересовало ничего, кроме золотой рыбки. Он спрашивал о ней в различных лавках, но все же не смог удержаться от покупки некоторых вещей.

Сяо Вэнь остановился возле одного из прилавков, забитого мешочками со специями разных цветов и вкусов; и, как он ни старался, ему не удалось удержать громкий чих, из-за чего все свертки тут же попадали из его рук. Чоу Лицзы раздраженно закатил глаза, почувствовав, что некоторые угодили ему под ноги. Он наклонился, чтобы подхватить покупки, ворча себе под нос, а когда выпрямился, то понял, что лекаря и след простыл: через проход от них стоял прилавок, увешанный разноцветными тканями, и Сяо Вэню вдруг захотелось приобрести несколько отрезов. Рядом с ним был и Ча. Стуча хвостом и довольно сверкая глазами, он спокойно сидел со свертком-бантом на голове, вывалив длинный язык. Купив три свертка красной парчи для новых подушек, Сяо Вэнь пообещал подарить парочку Чоу Лицзы вместе с лежанкой для Ча. Пес радостно гавкнул, но тут же умолк, ощутив пальцы на загривке.

Беготня со свертками продолжалась без малого пару часов, пока на очередной вопрос Сяо Вэня о золотой рыбке один из торговцев вдруг не хмыкнул озлобленно:

– Золотая рыбка? – презрительно глянул на лекаря пожилой мужчина. Лицо его было землисто-серым, а прищуренные глаза сердито сверкали. – Вам, богатеньким господам, заняться больше нечем? Пошел прочь отсюда! Даже если б я знал – не сказал бы. В такой день думать о развлечениях и отвлекать людей от дел!

Сяо Вэнь опешил на несколько секунд и уже хотел было ответить в тон, но осекся в последний момент. Он и сам не