Одинокий король - Остин Бейли Страница 53

Тесса наклонилась и начала дёргать меня за руки, и я не сразу понял, что она сняла плащ и теперь надевала его на меня. Не знаю, зачем она это делала. Наверное, она была в отчаянии. Когда она трясла меня за отвороты плаща, по её щекам катились слёзы. Видимо, она забрала у Рона кровавый камень, потому что пыталась засунуть его в мою обмякшую ладонь. Наконец-то камень был у нас. Мы победили. А я лежал совершенно парализованный. Такой же отвратительный, как намокший ломтик жареной картошки. Тесса продолжала меня трясти.

– Очнись, Саймон! Очнись! Кровавый камень у нас. Ты не можешь умереть! Ты должен его использовать…

Тайк положила руку ей на плечо.

– Успокойся, девочка. Он жив.

Тесса с трудом подавила рыдания и удивлённо бросила меня на землю.

– Ты уверена?

Тайк подняла руку с кольцом и улыбнулась.

– Его сердце по-прежнему бьётся. – Она посмотрела на меня. – Наверное, он ошеломлён битвой. Помоги мне его поднять.

Они подняли меня на ноги, и я осознал истину, которая изменит мир.

На самом деле кнопка Е10 не убивает в прямом смысле этого слова. Она не останавливает сердце, не перекрывает доступ кислорода и не посылает ударную волну в мозг. Это было бы слишком просто.

Очевидно, кнопка Е10 убивает, отделяя клетку души от тела.

Неудивительно, что Реллик предостерегал меня от её использования.

Создателю плаща стоило бы написать на соответствующем кармане предупреждение: «Приводит к мгновенной смерти, перед этим ненадолго наделяя субъект божественной энергией».

Всегда читайте напечатанное мелким шрифтом…

Пока Тесса и Тайк пытались поднять моё обмякшее тело, я увидел, как над трупом Рона поднимается спираль тьмы и обвивается вокруг цепи, удерживающей ворота темницы ухалуонов. Она обвилась вокруг неё несколько раз, а потом натянулась и перерезала цепь со звоном падающего на пол бокала.

На мгновение я был поражён силой Рона. Вероятно, он мог спасти себя и продолжать сражаться, как сделал я. Но возможно, он почувствовал, что я его почти победил. В любом случае он поступил храбро и использовал свою сверхъестественную силу, чтобы освободить ухалуонов, а не спастись самому. Что за человек…

Ворота распахнулись.

Ухалуоны могут присниться вам в кошмарах. Не потому, что они особенно страшные, а потому что при виде них вашу душу сковывает необъяснимый ужас. Это первобытный ужас ребёнка, выбегающего из тёмного подвала. Безумный ужас, который охватывает вас при виде окровавленной руки, появляющейся из полуночной грозовой тьмы, чтобы постучать в окно вашей спальни на втором этаже.

Первый ухалуон оказался высоким тонким существом с тёмно-лиловой кожей и кроваво-красными татуировками, покрывавшими всё тело. Второй был приземистым, с рогами, клыками и шипами. Ухалуоны способны принимать любой кошмарный облик, и, насколько мне известно, никто не знает, как выглядит их настоящее тело и есть ли оно у них вообще.

Первый ухалуон открыл рот и издал вопль, который заставил Тессу непроизвольно свернуться клубочком. Более привычная к подобным вещам Тайк упала на колени. Конечно, они уронили меня, и я ничего не мог с этим поделать. Я закрыл глаза и принялся глубоко дышать.

Звучит глупо, но магией почти невозможно пользоваться, не имея возможности управлять телом. Магия не передаётся одним лишь разумом, и, когда вы парализованы, пусть даже и от усталости, ваша сила уменьшается. Я собрал остатки сил и мысленно передал своим друзьям послание:

«Тесса, Дрейк, атакуйте!

Тайк, охраняй кровавый камень.

Финниган, вытащи меня отсюда.

Аттикус, создай щит».

Удивительно, но они послушались. Тесса вскочила, как от удара молнии, и бросилась на высокого ухалуона, выходившего из ворот. Дрейк, который бежал изо всех сил с того самого момента, как Тесса бросилась в гущу битвы, перелетел над их головами и первым принял на себя удар тёмных богов. Его боевой посох летал, словно ветка под натиском торнадо.

По-видимому, ухалуоны оказались застигнуты врасплох, потому что Дрейку удалось разбросать их в стороны, хотя они и были сильнее его. Первый джинн получил три удара по затылку и упал прямо на объятую пламенем дубинку Тессы. Она разрубила его от головы до середины груди, и он с шипением исчез[175].

Дрейк сражался с четырьмя джиннами, а демоны всё продолжали выбегать из распахнутых ворот. Я увидел голубую вспышку, и Аттикус превратился в кружащуюся стену огня, защищая нас от наступавшей орды врагов. Когда Аттикус зажёг свой щит, один ухалуон оказался заперт внутри, и Дрейк с Тессой прикончили его.

Финниган перебросил меня через плечо и побежал. Тайк бежала рядом, держа в руке кровавый камень. Шар размером с баскетбольный мяч был как будто сделан из красного янтаря, и, хотя я держал его в руках всего один раз, мне было известно, что он являлся ключом к спасению нас от разворачивающейся катастрофы.

– К лестнице, Финниган. Друзья, защищайте нас.

Тайк швырнула кровавый камень Финнигану, и он сунул его под мышку и метнулся ко второй лестнице. Я слышал, как остальные бегут за нами. Я глубоко вздохнул, заставляя своё застывшее тело ожить. Возможно, с моей силой у них появится шанс.

Мы преодолели триста ярдов, разделявших две лестницы, и щит Аттикуса двигался вместе с нами. Когда мы добрались до подножия лестницы Зохаров, на площадке уже бесновалась тысяча ухалуонов. Около пятидесяти джиннов побежали за нами, а остальные наводнили нефритовый дом. Они проберутся мимо единственного стража-Зохара, а потом сквозь Врата Жизни, которую охраняет армия минотавров на Кровавом спуске.

Этой армии будет недостаточно. Ухалуонов невозможно убить. Они были богами, точнее, полубогами, и, хотя их тела можно было уничтожить, они могли снова возродиться. Они будут возвращаться снова и снова, пока не останется силы, способной противостоять злу. Они поглотят весь мир.

Рон победил.

Мы добрались до подножия лестницы, вбежали в ворота и начали медленно подниматься по ступенькам. Внутренняя стена спиральной лестницы была изогнутой, а внешней стены там и вовсе не было, так что нам приходилось быть очень осторожными, чтобы не упасть. Почувствовав нашу слабость, пятьдесят ухалуонов внезапно пошли в атаку. Они разделились на двадцать пять пар. Каждое чудовище подбросило своего напарника в воздух. Демоны, словно снаряды, приземлились на поверхности щита Аттикуса, а остальные продолжали двигаться вперёд, сгибая его. Они когтями и зубами пытались пробить дорогу внутрь. Когда они грызли края щита, из их ртов с шипением текла чёрная кислота. Пламя поглощало пламя, и, хотя примерно дюжина ухалуонов погибла во время наступления, щит Аттикуса пал. Вращающееся пламя зашипело и погасло. Оно приняло форму человеческого силуэта, и из него шагнул Аттикус.

Он был бледен как бумага. Уничтожив его щит, ухалуоны как будто разорвали его изнутри. Он сел, прислонившись к изогнутой внутренней стене лестницы. Ухалуоны прыгнули на него, и я отвернулся. Финниган завыл, но продолжал идти.

Белая лестница