Забудь меня, если сможешь - Кристина Вуд Страница 53

Рон, Джеймс и Роберт беспрекословно отправляются вслед за девушкой на второй этаж. Я доедаю второй кусочек хлеба и запиваю несладким душистым чаем. Краем глаза замечаю, как Сэм подходит на кухню и усаживается за стол.

— Не могу перестать думать о твоем фирменном чае, — с улыбкой сообщает он, складывая руки на стол. — Надеюсь, он еще остался?

— Конечно, — отвечает Вики, смущенно опуская взгляд.

Девушка тут же подрывается с места, берет помытую белоснежную чашечку с раковины и принимается наливать в нее остатки заварки, заливая кипятком из чайника. Сэм благодарно кивает и с удовольствием делает пару глотков из белоснежной фарфоровой чашечки, продолжая разглядывать лицо дочери Фреда. Вики опускает смущенный взгляд на деревянный стол из светлого дерева и несколько коротких белокурых прядок спадают на ее лицо. Она вновь принимается застенчиво поглаживать католический крест на груди, смущенно покусывая нижнюю губу.

— Думаешь, бог спасет тебя? — звучит в воздухе неожиданный вопрос Сэма.

Вики отвечает не сразу, отводя вдумчивый взгляд в сторону окна.

— Не знаю… я… верю в его могущество и бесконечную доброту по отношению к каждому существу, — робко произносит она тихим голосом. — То, что мы сейчас живы и находимся в безопасности — это уже чудо, к которому Бог приложил руку.

— А, по-моему, то, что ты сейчас жива — полноценная заслуга Евы и Рона, — убедительно проговаривает Сэм, коротко кивая в мою сторону. — Никак не того самого…

— Каждый может трактовать это по-разному, — отвечает Вики, поднимая осмелевший взгляд в сторону парня. — Ведь именно Господь мог послать вас в лагерь, чтобы вы спасли меня и обрели безопасные стены.

Сэм подавляет глухой смешок в ответ, допивая ароматный травяной чай.

— Знаешь, по моему мнению у бога сейчас незапланированный отпуск, — усмехается он, со звоном опуская пустую фарфоровую чашечку на стол. — Иначе объяснить все происходящее я не могу. Спасибо за чай, сейчас он был еще вкуснее, чем утром.

Сэм встает из-за стола, благодарно кивает и отправляется на второй этаж, откуда доносятся напряженные голоса остальных ребят. Вики плотно поджимает губы, подавленно опуская взгляд на стол. Я решаю первой разрушить возникшую тишину между нами, ведь это будет отличным примером проявления эмоций и эмпатии по отношению к инфици… к людям. По отношению к простым людям.

— Все нормально?

Она поднимает грустный взгляд с натянутой улыбкой.

— Да… просто, не люблю, когда богохульничают, — признается девушка, вставая из-за стола. За считанные секунды она сметает со стола пустую посуду и поворачивается к раковине, включая воду. — Мы скоро пойдем на речку стирать накопившееся белье. Пойдешь с нами? Лишние рабочие руки нами не помешают.

— Да, с удовольствием, — искренне отвечаю я. Вики на мгновение разворачивается ко мне и отвечает легкой улыбкой. И тут я решаюсь задать вопрос, который продолжает интересовать меня все утро. — Ты не знаешь, в каком доме живет миссис Финч?

— Конечно знаю, прямо напротив нас. Небольшой одноэтажный домик с темно-зеленой крышей, — миловидным голосом произносит она, едва ли не напевая.

* * *

Я миную расстояние между домами за считанные мгновения. Но подходя к входной двери дома миссис Финч останавливаюсь, сквозь открытые окна улавливая знакомый мотив колыбельной.

Она пела мне ее, когда я была совсем крохой, а сейчас напевает ее малышке Иззи.

Потряхиваю головой, пытаясь избавиться от навязчивых воспоминаний. Это не мои воспоминания. Там была не я.

И как только я поднимаю кулак вверх, намереваясь постучать в деревянную дверь — ее неожиданно распахивает незнакомый мужчина в миниатюрных прозрачных очках с тонкой серебристой оправой. Пару секунд взгляд темно-серых глаз недоуменно скользит по моему лицу, черной косухе, более чем неуместной в жаркую погоду, и кулаку, застывшему в воздухе.

Его брови на мгновение изумленно взлетают вверх, но тут же приземляются на место, когда он без надобной на то причины поправляет серебристую оправу. Черные волосы идеально ровно подстрижены машинкой, а челка, слегка зачесанная вверх, беспорядочно развивается на ветру.

— Доброе утро, — несколько растерянно произносит он, на секунду оглядываясь в дом. — Милая, к тебе пришли.

Мужчина неловко поправляет белоснежную футболку с потрепанной надписью и отходит в сторону, пропуская меня вперед. Я делаю уверенный шаг в просторы гигантской уютной гостиной и мгновенно наталкиваюсь на удивленное лицо Лили, которая продолжает удерживать на руках увесистую спящую малышку. Пухлые щечки Иззи свисают матери на грудь, а ручка с многочисленными складочками свободно парит в воздухе.

— Ева? — растерянно произносят тонкие бледные губы миссис Финч. — Я так рада, что ты…

— Уложу Беллу на кровать, — мягко произносит мужчина, заботливо забирая малышку с рук матери. Несколько секунд мы обе растерянно смотрим ему в спину, исчезающую в коридоре, не в силах произнести ни слова.

— Пройдем в гостиную? — наконец, неловко произносит она, не зная куда деть свои руки от нервов.

Я коротко киваю и иду вслед за женщиной, усаживаясь на прохладную поверхность дивана из коричневой кожи. Лили начинает наворачивать медленные шаги по гостиной, нервно покусывая нижнюю губу.

— Я пришла сказать, что ваша дочь… — делаю напряженную паузу, стараясь подобрать подходящие слова. — Она прошла процедуру санации в корпорации «Нью сентори» и…

— Боже мой! — тяжело выдыхает она, хватаясь за лоб. Ее руки беспорядочно скользят по волосам, вдоль тела и вот уже растерянно прикрывают губы. — Я так и знала, что Диана… она обязательно что-нибудь провернет. Погоди, ты ведь не помнишь меня, да?

Я растерянно открываю рот, пытаясь найти в ее лице ответ на вопрос, откуда она знает вице-президента корпорации и про побочные эффекты процедуры санации в целом.

— Ты ведь и ее не помнишь? Не знаешь кто она такая? — за считанные мгновения она рассекает расстояние между нами и садится на корточки напротив, мягко накрывая мои ладони. — Диана страшный человек, детка. Она твоя тетя.

Глава 20

Направляю недоуменный взор в глаза напротив — два синих сапфира миссис Финч растерянно разглядывают мое лицо. Она одаряет меня нервной улыбкой, не в силах сдерживать слезы.

— Милая, она моя родная сестра, — признается Лили, и я наблюдаю, как ее нижняя губа начинает содрогаться от разрывающего волнения. — Прошу тебя, что бы она тебе не наговорила — держись от нее подальше, — ее голос срывается на отчаянный шепот и тыльной стороной ладони она наспех вытирает вырывающиеся наружу слезы. — Высокая должность в корпорации и большие деньги снесли ей крышу. В тех лабораториях они проделывают страшные вещи… милая,