Забудь меня, если сможешь - Кристина Вуд Страница 35

— На его месте должен быть я… не он, — тише произносит Джеймс, продолжая сверлить взглядом брата и сестру. — Только не он, черт возьми…

Он резко вырывается из рук Рона и нервно проводит ладонью по лицу и волосам, напрочь роняя черную бейсболку на пол. В последний раз затягивается сигаретой и принимается допивать остатки красного полусладкого из прозрачной бутылки.

— Я думал, мы обговорили этот момент, — настойчиво говорит Рон, настойчиво глядя в глаза рыжеволосому парню. — Мы понимаем, что он твой младший брат, но прошло уже пару месяцев…

— Ни черта вы не понимаете! — восклицает в ответ он, гневно тыча пальцем в сторону ребят. — Ты, ты и ты еще не теряли никого из близких. А если и теряли, то не видели собственными глазами как их заживо сжирает… сжирает толпа этих чертовых тварей!..

— Эпидемия коснулась всех, — раздраженно отвечает Сэм, бросая потушенную сигарету в сторону. — Хватит делать вид, будто ты тут один потерял брата!

— Сэм, достаточно! — резко бросает Рон через плечо, продолжая удерживать Джеймса от порыва разнести все к чертям. — Не провоцируй его!

— Ладно, ладно, все! — Джеймс раздраженно приподнимает руки вверх в шутливом «я сдаюсь». — Моя очередь задавать вопросы.

Пару секунд Рон с некой опаской наблюдает, как рыжеволосый парень громко выдыхает, вытягивает игровую карточку и плюхается в садовое кресло, приподнимая на него взгляд бледно-зеленых глаз.

— Правда или действие, Рон? — с интригой в голосе спрашивает он, пытаясь с третьего раза зажечь сигарету в зубах.

— Правда, — невозмутимо отвечает парень, усаживаясь в кресло справа от меня.

— Ты уже спал с Финч? — с вызовом проговаривает Джеймс, вопросительно изгибая бровь. — После того, как ее перепрошили лабораторные ублюдки.

Рон некоторое время буравит его взглядом из-под ресниц и напряженно гуляющие желваки подсказывают всем вокруг, что он не желает отвечать на столь провокационный вопрос. Ханна, раскрыв рот, обменивается удивленным взглядом с братом, и с интересом продолжает следить и за главарем, и за виновником провокации.

— Я выбираю действие, — звучит холодный, хрустящий как гравий голос Рона.

— Поздно переобуваться, — насмешливо отвечает Джеймс, играя бровями. Пару секунд он крутит игровой картой по воздуху, удерживая ее меж пальцев.

— Да брось, там нет такого вопроса, — фыркает Питер, раздраженно закатывая глаза.

— Я лишь задал вопрос, который интересует каждого из присутствующих. Не так ли? — торжественно заявляет рыжеволосый, расплываясь в широкой улыбке. — Все хотят знать правду, дружище.

— Ты действительно хочешь знать правду, Джеймс? — сквозь зубы процеживает Рон, подрываясь с кресла. За пару секунд он преодолевает расстояние между ними и грубо хватает рыжеволосого за воротник куртки, пару раз потряхивая его.

Джеймс расплывается в широкой победоносной улыбке, ведь он добился чего хотел — вывел на эмоции негласного главаря группы. Но в один момент парень тянется к поясной кобуре, и за считанные секунды в его руке сверкает пистолет с черным корпусом, который он, не раздумывая, подставляет к виску Рона.

Он явно предугадывал такой исход событий.

— Не советую спорить с вооруженным человеком, — самоуверенно заявляет Джей.

— Эй, эй, полегче, — тут же вступается Сэм, медленно приподнимаясь с кресла и, сгибая руки в локтях, показывает, что он безоружен. — Ты переборщил с алкоголем, чувак, просто отпусти его, и мы забудем об этом.

Джеймс что-то произносит в ответ, но я не в силах разобрать слов. Взгляд улавливает, как его губы изгибаются в презрительной усмешке, начиная что-то говорить, но мой резкий толчок не дает ему никакого шанса закончить предложение. Вместо этого он с грохотом падает навзничь, а оружие его летит в противоположную сторону, которое я тут же выхватываю практически на лету.

Мне повезло. Парень стоял боком ко мне и только благодаря этому мне удалось действовать решительно, не схлопотав шальную пулю. Теперь его пистолет орудует в моей руке, впервые за несколько недель, и я тут же направляю его дуло в сторону прежнего хозяина. Джеймс лежит на спине, распластавшись на кафельном полу торгового центра и, улавливая пистолет в моей руке, тут же поднимает руки в сдающемся жесте.

— Ты же не сделаешь этого… — с сомнением спрашивает он, и уголок его губ нервно ползет вверх.

— Только что ты наставлял оружие в сторону Рона и, судя по твоему самоуверенному тону, ты не колебался, — произношу я, улавливая движение откуда-то сбоку.

— Брось, Финч, — нервно фыркает Сэм со стороны. — Ты же говорила, что не будешь нас убивать.

На долю секунды я оглядываюсь на ребят, которые все, как один стоят с поднятыми руками, недоумевая над происходящим.

Они боятся меня.

Боятся и без оружия в руке, но прямо сейчас их распирает от страха. Всех, кроме одного.

Рон единственный, кто продолжает неподвижно стоять, направляя на меня цепкий убийственный взгляд серых глаз с холодной глыбой льда. Его бледные обветренные губы с шероховатой кожей за одно мгновение сжимаются в плотную линию, а напряженные желваки свидетельствуют о намертво стиснутой челюсти.

Он не поднимает руки передо мной, потому что убежден — я не выстрелю в Джеймса.

У меня нет намерений убивать кого-то из членов группы, и доказываю я этот факт уже на протяжении месяца. Иначе какой толк в том, чтобы каждый раз спасать их трусливые задницы во время очередного нашествия муз? Чтобы потом прикончить их в каком-то разваленном супермаркете?

— У ближайшей убитой музы не было пальцев, поэтому я отрезал… — раздается в воздухе непринужденный голос Роберта с малой толикой эха, который приближается к нам с каждой секундой. Но, замечая в моей руке пистолет, направленный в сторону Джеймса, он тут же застывает возле овощного отдела с окоченелым, практически черным ухом зомби. — Какого… что вы здесь устроили, мать вашу?!

Парень тут же хватается за пистолет, припасенный за поясом, и с некой опаской наставляет оружие в мою сторону, с каждой секундой осторожно надвигаясь в отдел «все для сада и огорода».

— Эй, Финч, не стоит, — вдруг раздается спокойный и убедительный голос Питера в нескольких шагах от меня. Я молниеносно направляю дуло пистолета в его сторону, но он даже не колеблется от моих напряженных движений. — Ты же хочешь нас спасти, верно? Не наоборот…

Взгляд падает на его окровавленную дрожащую от боли ладонь, затем на мертвецки-бледное лицо, лишенное каких-либо чувств. Пару коротких волнистых прядей темного оттенка спадают ему на зрачки, наполовину перекрывая взор тепло-карих глаз. Его губы — точная копия губ Рона — обветренные, измождённые холодными ночами и ледяными лондонскими ветрами, с кусочками засохшей кожи, возвышающейся на