Режим ожидания - Елена Александровна Усачева Страница 3

– Зачем?

– Андрес! Есть шанс, и им надо воспользоваться. В Болгарии будет лагерь, куда отправляют одарённых участников конкурса. Помнишь? Ты читал Чехова.

– Мама, я не хочу в лагерь.

– Море, сверстники, русский язык.

– Я с тобой сейчас говорю по-русски. А на море мы были недавно.

Мама упёрла руки в боки, ссутулив плечи.

– Андрес! Мне надо серьёзно с тобой поговорить.

– Мама!

– Андрес!

– Хорошо.

– Ты моя умница!

Мама попыталась потрепать сына по голове, но пальцы тут же запутались в жёстких волосах. Андрес поморщился.

– Ну, ничего, – убрала руку мама. – Тебе там понравится.

Андрес вновь уставился в телефон. Ему было всё равно.

* * *

«Мама! Я должна поехать! Это мой шасн!»

Катя стучала по клавишам, не обращая внимания на опечатки.

«Сколько стоит?»

«Мама! Напиши Свете! Тут нет цены».

«Напиши сама и узнай. Мне некогда».

«Света сказала, что назовёт цену только родителям. Что можно получить скидку».

«Это сколько же там денег, если они сразу скидку предлагают?»

«Мама! Ты что, не понимаешь?»

«Я всё понимаю, но много я заплатить не могу. Давай адрес Светы».

«Мама! При чём тут деньги? Это международный конкурс! Адрес я тебе ещё утром отправила».

«Пока в нашей семье никто, кроме меня, деньги не зарабатывает».

«Мама! Мама! Мама! Мама! Мама! Мама! Мама! Мама!!!!!!!!!!!!»

Девушка с бордовыми волосами стукнула по столу. Белый экран чата остался равнодушен к её метаниям. Томительно шло время. Только бы всё получилось, только бы всё получилось. Катя сразу спрашивала про скидки. Может, Света всё поймёт и не станет ставить очень большую цену?

«Сколько???»

Мама покинула чат. Катя закусила губу. Телефон в руке завибрировал.

– Ты вообще понимаешь, сколько это денег?

– Ох, мама! И почему всегда всё сводится только к деньгам? Но я же больше никуда не еду летом.

– Да мы несколько лет после этого никуда ездить не будем!

– Ты преувеличиваешь.

– Я подумаю.

– Я очень хочу.

– Да что ты упёрлась в этот конкурс? Ты же танцевать собиралась.

– Мама!

– Ладно, я подумала.

– Спасибо!

– Ты не дослушала.

– Я знаю.

– Катя, что ты делаешь?!

– Я тоже тебя люблю. Пока!

Катя нажала отбой и улыбнулась. Она уже видела себя в Болгарии.

…Они собирались со всей страны, каждый со своими надеждами и заботами. В один лагерь. В одну историю.

Двадцать пять

Как же долго они летели! Адски долго! Чертовски долго! Проклято долго! И никто, никто из двадцати пяти человек не верил, что когда-нибудь будет хорошо. Потому что хорошо быть не могло. Они не прилетят. Они навечно задержались в этом между и нигде. Будет плохо, плохо, постоянно плохо. И больше никак.

Пятичасовая задержка в аэропорту. Ад, ад, ад! Все стояли, и все дико хотели есть. Ещё эта жара. А что вы хотите в июле? Обычно в это время лето. И обычно оно жаркое. Пятьсот человек и две стойки регистрации – это тоже обычное дело.

Народ заныл.

– Ну что это?

– Сколько можно!!!

– Тарас! Я больше не могу!

– А туалет где?

– Стоять! – Из толпы вынырнула высокая миловидная женщина с разлетевшимися по плечам светлыми кудрями. – Стоять! Скоро объявят посадку.

Это была Света, руководительница сумасшедшего проекта под названием «Лагерь». Ребята спорить не стали, только вздохнули и закатили глаза.

«Скоро» всё и правда закончилось. Прошло пять часов – ну и что? В конце концов они сели в огромный самолёт, где, помимо них, было ещё двадцать раз по столько же ребят, собирающихся ближайшие две недели провести на Чёрном море в Болгарии.

– Даша! Хватит!

В очках, в стильной чёрной шляпе, которая ему очень шла, Вовка сидел рядом с улыбчивой темноволосой девчонкой с круглым лицом и высокими скулами. Даша. Она довольно жмурилась и даже не думала убирать свои ноги, которые вытянула как раз через Вовкины колени.

– Даша, – повторил Вовка и обречённо вздохнул, прикрыв глаза, чем показал, что сейчас готов на всё. Вот режьте его, пилите, душите – не шевельнётся. И ноги – да, стерпит и ноги. Лишь бы его больше НЕ ТРО-ГА-ЛИ. Это же так хорошо, когда не трогают, никуда не гонят, не заставляют двигаться.

– Всё в порядке, – жизнерадостно улыбнулась Даша и хитро посмотрела на его шляпу.

– А вот это уже нет! – взвыл Вовка, приподнимая шляпу, чтобы эта вредина, испытывающая сейчас его терпение, не смогла ничего сделать.

– Спасибо! – рванула на себя шляпу тощая светловолосая девушка с остреньким личиком и быстрыми глазами.

– Ну хватит, Лиза! – взмолился Вовка и высунулся в проход в поиске защиты. – Антон! Скажи!

Антон дёрнул тонкими сжатыми губами, однако промолчал. У него было узкое лицо с выступающим носом, ёжик светлых волос, серые внимательные глаза. Он с самого начала следил за происходящим. Антон неплохо знал этих ребят, чтобы воспринимать их ссоры всерьёз. Но был и ещё кое-кто, кто следил за Вовкой через проход. Полная девушка с собранными в хвост пшеничными волосами и круглым лицом. Всё время словесной перепалки Ксюша смотрела на Вовку, и в её серых глазах мелькал восторг. Когда дышать становилось тяжело, она прикрывала глаза, гася в душе поднимающееся волнение. Она пыталась отвлечься и разглядывала облака в иллюминаторе, рядом с которым сидела, но сама не замечала, как снова поворачивалась к проходу, где вытанцовывала на тонких ногах худенькая балерина Лиза. А за ней, на крайнем месте, сидел он.

– Лизка! – привстал Вовка. Даша пискнула, давая понять, что так она свалится с его колен. – Да что же это такое! – задохнулся от возмущения Вовка. – Антон!

– Володя! – строго сказала Даша.

– Она вернёт, – негромко произнёс Антон, прикрывая глаза. Хотелось спать. Дорога была слишком долгой. Сидящая рядом с ним Ксюша тоже смыкала ресницы, чтобы непременно-непременно уснуть. Но через мгновение опять таращилась на высокого парня.

– Ну и пожалуйста! – швырнула шляпу обратно Лиза. – Не очень-то и хотелось.

Шляпа приземлилась в проходе.

– А чего это вы тут?

Высокий полноватый парень тяжело облокотился о спинку кресла, заставив Вовку мученически поднять глаза. В руках подошедшего была шляпа.

– Твоя? – спросил незнакомец. У него были карие внимательные глаза, проницательные и немного грустные. – Никита, – протянул он руку для приветствия.

– Владимир. – Вовка забрал свою шляпу и только потом ответил на рукопожатие. – Спасибо!

– Не за что, – мягко ответил Никита. Во всём: и в движениях, и в словах он был невероятно мягок, словно заранее делал шаг назад, чтобы никого не задеть. – Как вы тут?

– Отлично! – помахала рукой Даша.

– Где же отлично? Где? – снова появилась из-за спинки кресла худая Лиза. –