Северные сказки. Книга 2 - Николай Евгеньевич Ончуков Страница 74

переходить нужно было местом. Идёт и видит: близ дороги пень стоит, он и говорит: «Пень, наверно, тебе холодно?» Сам себе и говорит: «Да, холодно». Взял холст и начал мотать на пень. Обмотал и говорит: «Теперь тепло?» Сам себе и отвечает: «Да, тепло». Опять и спрашивает: «А что, пень, ты этот холст продашь?» Сам себе и отвечает: «Да, продам». — «А когда же деньги отдашь?» Сам себе и говорит: «В пятницу». А ходил-то он в среду. Наконец вернулся без холста домой. Мать спрашиват: «Где холст, продал?» — «Нет, на пень оммотал». — «А зачем же?» — «А пень холст продаст, ответил мне». — «Как продаст? А когда деньги?» — «В пятницу». Мать и говорит: «Ну, если не принесёшь денег, тогда домой не приходи». Приходит пятница, утром будит мать его рано: «Ванька, вставай получать деньги». Ванька встал, пошел, приходит: на пне холста уж нет. Спрашивает: «Пень, холст продал?» Пень молчит. «Пень, давай же деньги». Пень молчит. «Сказал, что в пятницу деньги, так давай же?» Пень всё молчит. Схватил палку и давай пень колотить. «А, не хочешь мне деньги отдать!» Пень был дряхлый, он его розбил и корень выворотил, под корнем оказался котёл с золотом. «А, ты меня не первого обманывашь? Видишь, у тебя целый котёл под ногами заграблен денег». Попробовал поднять котёл, не может, тяжело. Прикрыл хворостом, пошел домой. Приходит и говорит: «Матка, пень холст-то продал, не хотел мне денег отдать, я его розбил, под ним золото». Мать побежала к дяде просить лошадь. «Дядя, дай мне лошади и бочки, за водой Ваньке съездить». — «Возьми, поежжай!» Ванька поехал, она наказывает: «Некому не сказывай, что за деньгами ездил». — «Я-то не скажу, только ты-то не сказывай». Приежает и выгребает деньги в бочку и едет домой; навстречу едет поп. Ванька и говорит: «Батюшко, знаете ли, куда ездил?» — «Куда, Ваня!» — «За деньгами, в лес, котёл денег нашел». — «Врёшь, Ваня?» — «А посмотри». Поп видит деньги: «Счастье твоё, много денёг». Сел в сани и поехал. Ванька бежит сзади и кричит: «Батюшко, постой». — «Што тебе, Ваня?» — «Мне матка не велела сказывать про деньги». — «Ну, да я ведь никому не скажу». — «Нет, скажешь». Взял ударил попа в лоб обухом, убил его: «Теперь не скажешь». Ударил коня кнутом, конь помчался. Мать и говорит: «Иди, Ванька, отгони лошадь дяде, да скажи, что за водой ездил». Ванька пригнал и говорит: «Знаешь ли, дядя, зачем я ездил?» — «За водой». — «Нет, за деньгами, я в лесу котёл нашел». — «Врешь?» — «А не веришь, посмотри в амбаре». Дядя пошел, полюбовался. «Экое счастье, Ванька!» — «Дядя, мне ведь матка про деньги не велела сказывать». — «Ну, да я ведь никому не скажу». — «Нет, врёшь, скажешь!» Взял, дядю зарезал, голову бросил на вышку, тулово повесил над засеком, пришел домой лёг спать. Поутру мать будит: «Ванька, ставай, на погост звонят». — «А какой сегодни праздник?» — «Попа хоронят». — «Ну, дак пусь хоронят». — «Там сегодни вино пьют». — «А кто вино пьет?» — «А кто хоронит, тот и пьёт». — «А кто попа убил, тому вина нет? Я попа убил». — «Разве ты попа убил?» — «Я». — «Врешь?» — «А коли не веришь, дак посмотри, я и дядю зарезал, в амбаре висит». — «За что ты их убил?» — «А чтобы они о золоте не рассказали». — «А коли убил, иди же вино пить». Ванька пошел вино пить, а мать в амбар, дядю спрятала, деньги выгребла в засеке, а туда насыпала березового листу, зарезала барана, голову бросила на вышку, тулово повесила в засеке. Ванька приходит и кричит: «Хто без меня смел вино пить!» — «А мы попа хоронили, дак мы и вино пьём». — «Ах, хоронили! Попа бить не было, а вино пить все лезут». — «А кто попа убил?» — «Да я». — «Врёшь, Ванька?» — «А коли не верите, посмотрите в амбаре у меня: там дядя зарезан, а в засеке котёл денег насыпано». Захотели удостовериться. Пошли посмотреть, Ванька хлопнул барана по боку: «Вон у меня дядя какой был мохнатой!» Тащит голову с вышки: «Вот у дяди какие были крутые рога». Те видят, што дурак и розошлись домой. Приходит домой мать и говорит: «Ванька, возьми денег сколько надо, иди с Богом куда знашь».

Ванька идёт дорогой, встречает попа. Поп спрашивает. «Куда идёшь?» — «Иду в роботники искать места». — «А сколько просишь?» — «Сто рублей, покуда не надоем, буду жить». Поп подумал: за сто рублей, может, век жить будет.

Приводит домой. «Матка, я роботника привёл, за сто рублей век будет жить». Поутру Ванька спрашивает: «Батюшка, сегодни кого делать?» — «Ваня, нужно бы быка зарезать». А у попа было шестнадцать быков. Ванька побежал и не знает которого. «Батюшко, которого?» — «А который на тебя поглядит». Ванька пришел, все на него глядят, он всех и зарезал. Приходит: «Поп, куда шкуры весить?» Поп говорит: «Куда весить, одной шкуре не много места надо!» — «Да у меня шеснаццеть». — «Как шеснаццеть?» — «Все быки на меня посмотрели, я всех и зарезал». Не отдавать же сто рублей, а уж надоел. «Ну, давай, можот быть, вперёд нечего не будет делать». У попа было два сына Лука и Фирс. Поп в церковь ушел, и попадья ушла, мальчики были дома; попадья и говорит: «Ваня, приготовь нам суп к обеду». — «А из чего суп?» — «Говядинки покроши, крупки подложи, луку покроши, перцу положь». Вот и приготовил суп. Когда являются поп с попадьей, Ванька и потчует их супом из сыновей. Поп ес да хвалит. Хватились об ребятах. «Да ведь они роскрошены в суп». — «Как так? Ведь мы велели положить луку да перцу?» — «А черт вас такими именами суёт!» Казак надоел, а сто рублей отдать жалко. (Потом Ванька приводит медведя, медведь губит всю скотину; поп и попадья хотят от него бежать, Ванька садится в мешок и топит попа в речке.)

299

Леший водил

Близ города Олонца в Ильин день был я в гостях у соседа и угостились, возвращались с товарищем. Попросил перевести за реку в лодке. Нужно было идти три версты берегом до запани, где плотили брёвна. Когда вышли из лодки, сели закурить на лужочке; когда