Правдивые истории про Митю Печёнкина - Алексей Владимирович Лисаченко Страница 16

Митя с Женькой, конечно, расстроились. Лопаты археологам сдали. Хотели Пирата сдать Сашке, да Пират археологией сильно увлёкся. Снова что-то откапывать принялся, не оттащишь. Рыл, рыл – откопал. Кость какую-то в зубах притащил. Клад, называется!

Сашка ему:

– Брось! Нечего гадость всякую грызть.

А Пират – ноль внимания. Так с костью и убежал, скрылся в сумерках среди раскопок.

– Не отнять, – сказал Сашка. – Он кости в землю закапывает, на чёрный день.

И домой двинулся, пол домывать.

На другой день Митя с Женькой археологией не занимались. Заняты были: самолёт строили. Потом за город ездили на выходные. Потом День города был, с фонтанами и мороженым. А там и до школы недалеко – готовиться надо, штаны новые покупать. В общем, не до раскопок.

Только видят однажды: на пустыре суета, телевидение понаехало. Надо срочно бежать, посмотреть! Прибежали – а там археологи все торжественные. Главный тельняшку снял, рубашку надел – галстука-бабочки не хватает. Журналисты его окружили, микрофоны в рот тычут, а он им рассказывает:

– И наконец самая значимая находка. Просто сенсация. Обнаруженная при раскопках кость туранского коня неопровержимо свидетельствует о торговых связях жителей древнего городища с народами Средней Азии!

И мосол какой-то показывает, на отдельном столике. Осторожно так трогает, руки в перчатках.

– Митя, – говорит Женька, – тебе эта кость ничего не напоминает?

А Митя ему:

– Эта кость Пирату чего-то напоминает. Вон он, в бурьяне крадётся.

Тут Пират из бурьяна как выскочит! Мосол со столика хвать – и бежать со всех лап. Журналисты за ним, с телекамерами. Археологи – за журналистами. Пират – в щель под забором. Археологи с журналистами – через забор. Митя с Женькой – в калитку: не заперто. Потому что хозяина нет, дом пустой стоит, рассыпается помаленьку. Пират через двор пробежал – нырк под крыльцо. Лежит, кость историческую грызёт. Думает – не заметили. А Митя заметил.

– Пират! Выходи, что-то вкусное дам, – говорит.

Не выходит.

– Выходи, а то всем расскажу, где ты прячешься!

Будто кто ещё не догадался. Журналисты уже телекамеры установили – то Митю снимают, то лаз под крыльцом. Археологи лом принесли – от крыльца доски отламывать.

Тут Митя сообразил.

– Пират! Выходи играть в «принеси палку»!

Пират мосол бросил – и к Мите: кидай, принесу!

А археологи две доски отломали, под крыльцо заглянули – да так и замерли. Потому что костей там – не только коня, слона по частям собрать можно. Что, конечно, неопровержимо доказывает торговые связи нашего древнего города с народами Африки!

Митя и машина времени

Дело было в сентябре, на физкультуре. Четвёртый «а» как раз по школьному стадиону километр бегал – пять кругов. Митя Печёнкин с Женькой Петровым тоже бегали.

Вот бегут они: Женька впереди, Митя позади. Вдруг откуда ни возьмись, прямо между Митей и Женькой, – дяденька на велосипеде. Только что не было – и вдруг на тебе, педали крутит. Митя с Женькой от удивления даже остановились. И дяденька остановился, с дорожки съехал.

– А что, – спрашивает, – ребята, какой сейчас год?

Тут Женька подумал, что дяденька со своей головой крепко поссорился. Это ж надо – «какой год»! А Митя ничего такого не подумал, потому что одну хорошую книжку недавно читал – про путешествия во времени.

– Год сейчас, – говорит, – такой-то. А что, машина времени у вас неисправна?

– Ага, – отвечает дяденька, – колесо пробито. Надо бы заклеить.

И точно: переднее колесо спущено, а из шины стрела обломанная торчит.

Митя колесо посмотрел и путешественника в кабинет труда и технологий отправил, к Анатолию Николаевичу: у него и камеры запасные есть, и клей резиновый. Прислонил дяденька велосипед к ограде и пошёл Анатолия Николаевича искать.

Только ушёл – а Митя к машине времени. Смотрит: на руле три циферблата со стрелочками – большой, средний и маленький – и кнопка зелёная, а на кнопке «возврат» написано. Сдвинул Митя одну стрелочку, в седло забрался и говорит Женьке:

– Я быстренько! Во вчера и обратно. Очень надо себя предупредить, о чём меня сегодня на математике спросят.

Крутнул педали – и пропал. То есть это для Женьки пропал, а сам Митя в джунгли какие-то угодил. Ни школы, ни города. В небе птеродактили носятся, вдалеке динозавры с длинными шеями виднеются. Какая уж там математика! Не ту стрелочку, выходит, подвигал.

Стало Мите страшновато, книжка вспомнилась. К динозаврам в гости – это тебе не во вчера сгонять. Мало ли что тут наворотить можно. Вот раздавил ты нечаянно какую-нибудь козявочку – а она, может, прародитель человечества. Твой собственный, может быть, предок.

Только подумал – и на тебе, комар – здоровенный, с кузнечика. На руку сел, хоботком тык – и давай кровь сосать. Хотел было Митя его прихлопнуть, да побоялся: вдруг вся история от этого изменится? Динозавры не вымрут, обезьяны с пальмы не слезут, Попов радио не придумает. Согнал комара осторожненько. Полетел комар – весь от Митиной крови раздулся, пузырь пузырём. Тут из травы лягушка – прыг, комара прямо на лету – хвать, а за ней сразу – ящерица, вроде крокодильчика. Цап лягушку поперёк брюха и в пасть.

Дальше Митя не досмотрел: кнопку «возврат» нажал. Видит: школа, стадион, Женька волнуется. Вроде всё как было, только лучше убедиться.

– А что, Женечка, – спрашивает Митя, – Попов радио изобрёл?

Женька, конечно, удивился:

– Изобрёл, – говорит.

Тут Митя успокоился. Стрельнул языком жирную муху, пасть облизал и пошёл с Женькой снова пять кругов бегать. А то Андрей Александрович, физрук, чешую топорщит, ругается, что Петров с Печёнкиным от кросса отлынивают.

Митя и уникальный подарок

Учитель биологии Антон Семёнович любил всё восточное: гимнастику у-шу, чай и книжки про мудреца Конфуция. А ещё у него был день рождения. Это Митя Печёнкин случайно узнал, когда на перемене мимо учительской бежал. Тортик там, чай, поздравления кто-то говорит.

У Мити к Антону Семёновичу отношение вообще-то очень хорошее: Митя и в кружок юных биологов после уроков ходил, и школьную газету издавать помогал, и даже Конфуция читать пробовал. А про день рождения не знал. И подарка у него не было. Зато у Кати Сухиной был