Золотой жук: рассказы американских классиков [сборник] - Эдгар Аллен По Страница 9

Юпитера о том, что жук из чистого золота, оказали на мое воображение замечательное действие. Потом эта цепь случайностей и совпадений — не было ли это странно? Надо же было всем этим событиям произойти в тот единственный день в течение целого года, когда холод заставил затопить печку, а не будь печка затоплена или появись собака минутой позднее, я никогда не узнал бы о существовании черепа, никогда не завладел бы сокровищем.

— Продолжайте же, я сгораю от нетерпения.

— Хорошо. Так вы, без сомнения, слышали рассказы — тысячи смутных преданий о сокровище, зарытом где-то на Атлантическом побережье Киддом и его соратниками. Эти толки должны были иметь некоторое основание. И если они в течение такого долгого времени и так упорно продолжали жить, то лишь потому, казалось мне, что зарытое сокровище до сих пор еще не было найдено. Если бы Кидд спрятал свою добычу только на время, а потом снова забрал бы ее, вряд ли эти предания дошли бы до нас в столь неизменной форме. Заметьте, что все они рассказывают о поисках клада, а не о найденных сокровищах. Если бы пират отрыл свое богатство, о нем вскоре бы замолчали. Мне казалось, что какая-нибудь случайность, например потеря плана, на котором было обозначено точное местонахождение сокровища, лишила пирата возможности отыскать его. Я предполагал далее, что это обстоятельство сделалось известным его товарищам, которых иначе он никогда не посвятил бы в тайну, и что своими бесплодными поисками в различных местах они подали повод к этим толкам, дошедшим до нас в виде старых преданий. Приходилось ли вам когда-нибудь слышать о нахождении на этом берегу большого клада?

— Никогда.

— А между тем хорошо известно, что Кидд собрал несметные богатства. И я пришел к убеждению, что земля еще хранит их. Вам не должно показаться странным, что во мне затеплилась надежда, почти граничащая с уверенностью', что пергамент, так странно попавший в мои руки, содержит исчезнувшие указания на место, где был зарыт неведомый клад.

— Но как же вы их обнаружили?

— Я снова стал нагревать пергамент, усиливая постепенно огонь. Но буквы не появлялись. Я вспомнил о слое грязи и осторожно обмыл пергамент, поливая его теплой водой, потом положил его на жестяную сковороду рисунком вниз и поставил на уголья. Через несколько минут сковорода накалилась, я снял листок и с невыразимой радостью заметил на нем какие-то знаки, похожие на цифры, расположенные строчками. Я снова положил листок на сковороду и подержал его там еще минуту. После этого выступила вся надпись — так, как вы ее сейчас увидите.

Тут Легран погрел у огня пергамент и передал его мне.

Я увидел между черепом и козленком следующие знаки, грубо начертанные красными чернилами:

53‡‡+305))6*;4826)4‡.)4‡);806*;

48+8π60))85;I‡(;:‡*8+83(88)5*+

;46(;88*96*?;8)*‡(;485);5*+2:*‡(;

4956*2(5*-4)8π8*;4069285);)6+8)4‡‡;

I(‡9;48081;8:8‡I;48†85;4)485+528806*

81(‡9;48;(88;4(‡?34;48)4‡;I6I;:I

88;‡?;

— Но, — сказал я, возвращая ему листок, — для меня это китайская грамота. Я ничего не разобрал бы тут, хотя бы меня ожидали все алмазы Голконды.

— А между тем, — возразил Легран, — разгадать такой шифр не так трудно, как это может показаться с первого взгляда. Очевидно, это шифр, но, зная, что представлял собою Кидд, я не считал его способным на составление очень сложной криптограммы. Я тотчас решил, что шифр должен быть очень простой, однако такой, который примитивному воображению моряка должен был казаться совершенно неразгадываемым.

— И вы разобрали его?

— Без труда. Такие ли шифры мне случалось разбирать! Обстоятельства и природная склонность ума способствовали моему интересу к подобного рода загадкам, и я склонен думать, что человеческое остроумие не в силах изобрести такой шифр, которого человеческое же остроумие, надлежаще направленное, не сумело бы разгадать. Имея в руках Зашифрованный текст в приличной сохранности, я никогда не затруднялся раскрыть его смысл.

Прежде всего предо мной стал, как всегда в этих случаях, вопрос о языке текста, так как принципы решения, особенно в простых шифрах, зависят от строя языка и соответственно различаются. Большею частью решающему приходится пробовать последовательно (руководясь вероятностью) все языки, ему известные, пока он не нападет на след. Здесь, однако, это затруднение устранялось подписью. Игра слов «Kidd» и «Kid» свидетельствовала в пользу английского языка. Не будь этого, я начал бы с испанского или французского, так как пираты испанского побережья, всего вероятнее, прибегли бы к этим языкам. Таким образом, я предположил, что криптограмма написана по-английски.

Вы замечаете, что текст здесь идет в сплошную строку? Если бы отдельные слова были выделены, задача значительно упростилась бы. В таком случае я начал бы с анализа самых коротких слов, и если бы попалось слово, состоящее из одной буквы (вроде, например, а или I), я считал бы свою задачу решенной. Но раз слова шли сплошь, мне предстояло определить сравнительную частоту знаков в этом тексте. Подсчитав их, я составил следующую табличку:

Знак 8 встречается 33 раза ; >> 26 >> 4 >> 19 >> ‡ и ) >> 16 >>