Родительское собрание. Школьные рассказы - Виктор Юзефович Драгунский Страница 12

Но не успел Лёха обрадоваться и натянуть кеды, как в дверь позвонили…

На пороге стояла корова Зорька в космическом скафандре, рядом – совершенно малиновый дедушка Шура, и порхала над ними румяная бабушка Нюра с пучком свежей морковки в руке.

– А вы… к кому? – еле выдавил от изумления Лёха Горохов.

– К тебе, внучок, к тебе! – расплылся в улыбке малиновый дедушка. – Соскучились уже! А как у тебя погостим, к Вовке Пыжову пойдём, он ведь нам тоже как родной. А потом и к Катьке Мартыновой заглянем, и к Максу Потапову… Пока всех навестишь – как раз и следующее лето наступит. А лето в нашей деревне пора весёлая – рыбки поют, птички в сарае плещутся…

– Коровы малиновое варенье дают, – сердито буркнула Зорька.

– Благодать!! Эй, куда же ты, внучок?! Не рад будто? А поболтать со стариками?

Но Лёха Горохов уже мчался на велике по улице, накручивая педали босыми пятками… Он испуганно оглядывался, и мысли сами собой, без всяких мук, складывались в сочинение: «А лето я провёл хорошо. Просто прекрасно. Плавал, гулял, ел мороженое… А вот про малинового дедушку и космическую корову я вам, Надежда Сергеевна, ни слова не напишу! Вы просто не поверите! Вот так всегда – про самое интересное нельзя писать сочинения! А про всё остальное – ужасно скучно! Согласный на тройку с минусом, ваш Алёша Горохов…»

Дмитрий Сиротин

Школьный ранец

Здравствуйте. Вы чьих будете, гладкая да красивая? Сумочка Тани Смирновой? Понимаю. Завидую… В свою очередь, разрешите представиться. Школьный ранец Вити Лопаткина. Ну-ну, не надо меня жалеть. Каждому – своё… Точнее – свой… Присаживайтесь, только осторожней. Не на меня. А то Витя Лопаткин очень часто на меня садится. Особенно когда с горки катается. Поэтому я такой сплющенный… А что помят и углы оборваны – так это Витя мною по голове своих друзей лупит на переменках. На уроках учителя знания дают, а на переменках Витя эти знания, так сказать, закрепляет в головах своих друзей: бух! – и теорема Пифагора навсегда в башке засела!..

А что ручка у меня оторвана – так это Витя с товарищами замечательную игру придумал: «Кто дальше зафиндюлит свой ранец» называется. Выйдут на улицу – и давай ранцы швырять. У кого дальше всех получилось бросить – тот и молодец. У Вити часто получается… Но я-то не чугунный. Однажды кинул он меня, полетел я дальше всех. А ручка от меня – у Вити в руках осталась… М-да.

Но оно и к лучшему, что ручки нет. Теперь меня кидать не за что. А то, бывало, не только на улице мной Лопаткин швырялся, но и дома. Придёт домой из школы – как зашвырнёт меня куда подальше с криком: «Достали все!!!» Ох, девушка, куда я только в этих случаях не попадал: и в аквариуме с рыбками плавал, и в телевизор впечатывался – прямо в Андрюшу Малахова, он даже замолкал ненадолго от удивления… И в кастрюлю с борщом нырял… В общем, куда Витя бросит – туда и летишь, сами понимаете. У вещей не спрашивают, хочется им, к примеру, борща или, наоборот, котлет с компотом.

Да вы не жалейте меня, девушка, не плачьте! А то тоже помнётесь, и тогда хозяйка ваша, Таня Смирнова, очень расстроится. Хотите, смешное расскажу? Как мой хозяин меня в школу собирал…

Ну, сами понимаете, он допоздна за компьютером торчит, а утром – будильник звонит-звонит, звонит-звонит, а Витя не слышит. Будильник и так, и сяк на все лады разоряется… А Лопаткину хоть бы хны. Я уж и то будильнику говорю: «Петрович, ну чего ты глотку зря дерёшь? Сорвёшь пружинку, и выкинут тебя на помойку. Помолчи, нехай проспит разок. Поставят этому лодырю двойку за опоздание – будет знать». Но Петрович – он старой закалки. Он ещё Витиного дедушку будил. Так что пружину чуть не сорвал, но разбудил Лопаткина нашего.

И стал Лопаткин в школу собираться. Сперва, конечно, носки начал искать. Один-то сразу нашёл, у себя на ноге. А вот второй долго не мог обнаружить, пока в холодильник за завтраком не полез…

Ну, штаны у Витька, как полагается, на люстре висят. Куртка в аквариуме, рыбок кормит. Это уж не нами заведено, не нами и окончится.

Кое-как оделся, значит, хозяин мой. И тут вспомнил, что я-то у него с вечера не собран! Как стал он лихорадочно тетрадки да учебники искать, ха-ха-ха! Ой, больно смеяться: бок оборванный ноет… Ищет-ищет, но тетрадка не штаны, на люстру так просто не повесишь! Решил Витя сперва дневник тогда найти: узнать хоть, какие уроки намечаются… А дневник у него всегда в самом загадочном месте. То за шкафом, то под ванной. В общем, не нашёл Витёк дневника. И на всякий случай все десять учебников и двадцать тетрадок в меня запихал! Стал я толстым, как поросёнок откормленный, ха-ха-ха! Ой, не могу… Витя пеналом сверху всё это дело придавил и стал меня застёгивать. Тут, конечно, у меня молния-то, прошу прощения, и разошлась…

Ну, разошлась и разошлась, всякое бывает, дело житейское. Но тут Витя подумал: а вдруг ещё урок физкультуры будет? И на всякий случай поверх этой огромной бесформенной кучи ещё и пару кроссовок ка-ак засандалит, хо-хо-хо! Поднял он меня еле-еле, и – только на плечо повесил, – ба-бах! – что такое?

А это, извиняюсь, у меня дно вылетело!..

И вот стоит мой Лопаткин посреди коридора, как памятник. Все учебники-тетрадки, конечно, на полу. И я вместе с ними, без дна и с разорванной молнией.

Будильник на тумбочке хохочет, а мне и смех, и грех.

Я будильнику говорю:

– Петрович, тебе смешно, а мне попу оторвали. Да и ребёнок в школу опоздал.

Ну, в общем разозлился Витёк, пнул меня, как обычно, посильней. Сложил учебники-тетрадки в какой-то мешок и ушёл в школу, двойки свои любимые получать. А меня потом всё воскресенье Витина мама зашивала, святая женщина. Да…

Ладно, девушка, не буду больше Вас задерживать. Вон уже хозяйка Ваша, Танечка Смирнова, из столовой возвращается. Сейчас и моё