Волшебное окно - Александр Ефимович Власов Страница 19

Студия направила в командировку группу операторов снять зимний пейзаж Севера, чтобы потом с помощью рирэкрана и просто кусками вмонтировать натуру в фильм. Дело происходило ранней весной. Операторы долетели до Архангельска, но весна догнала их. Они прилетели в Нарьян-Мар, а весна и туда успела добраться. Лишь на Диксоне удалось им отделаться от быстрокрылой спутницы. Начались съемки зимних пейзажей. Дудко снимал с самолета. Остальные работали на земле. Но опять настигла их весна. Началось бездорожье, туманы. И все же задание режиссера было выполнено.

Стремясь достигнуть необходимого кинематографического эффекта, Дудко подчас выискивает для аппарата невероятнейшие позиции. В фильме «Дон-Кихот», который поставил режиссер И. Козинцев, бедный идальго вертится на мельничном крыле. Этот акробатический номер исполняли артист Н. Черкасов и его дублер. Снять эпизод обычным способом не трудно. Но Дудко важно было передать внутреннее состояние Дон-Кихота. А как? Надо увидеть мир глазами рыцаря, повисшего на крыле. И вот кинокамера укрепляется на оси, на которой вертятся крылья. С этой точки и идут съемки. Зато зрители в кино вместе с Дон-Кихотом как бы путешествуют по воздуху и видят то небо с облаками, то серую землю.

Несколько лет назад вышел на экраны поставленный режиссером И. Хейфицем фильм «Дело Румянцева». Снимали картину операторы М. Магид и Л. Сокольский.

Напомним вкратце суть одного эпизода. По шоссе мчится машина. Вдруг на дороге появляется девочка. У шофера безвыходное положение: слева встречные машины, справа кирпичный забор, впереди девочка. Румянцев на всем ходу сворачивает вправо и пробивает машиной стену. Девочка спасена.

Машина врезалась в стену, но девочка спасена („Дело Румянцева“).

Чтобы зрители могли почувствовать трагизм секунд, предшествующих катастрофе, надо найти наиболее эффективные точки съемки. Операторы решили, что такими точками будут… шофер и девочка. В самом деле — эти два действующих лица испытали весь ужас надвигающегося несчастья. Посмотреть на происшествие их глазами — значит увидеть события в самом страшном виде.

По дороге проложили узкоколейку, по которой мог передвигаться аппарат. Впереди него установили капот машины. Рабочие разогнали тележку с кинокамерой. Она стала приближаться к девочке. Оператор снимал дорогу, капот, девочку, и казалось, что на нее надвигается машина. Чтобы увеличить скорость движения, была применена замедленная съемка. В результате зрители смотрели на дорогу глазами шофера.

Затем камеру поставили прямо на асфальт. Она работала автоматически. Опытный водитель на большой скорости провел машину над аппаратом, не задев его. Так зрители глазами девочки взглянули в лицо надвигающейся опасности.

Третий трудный кадр заключается в том, чтобы показать, как шофер стремится предотвратить несчастье. Операторы прикрепили камеру на кронштейне в таком положении, что ее объектив «смотрел» на тормозные колодки. Киноаппарат автоматически зафиксировал их работу. После просмотра этого куска пленки было высказано мнение, что он недостаточно сильно воздействует на зрителей. Операторы предложили второй вариант кадра — снять не только тормозные колодки, а всю машину, тормозящую и разворачивающуюся вправо на полном ходу. Тут уже кронштейн не мог помочь. Пришлось Магиду устраиваться с аппаратом на обочине дороги.

— В случае чего, — пошутил оператор, обращаясь к помощнику, — столкни меня в кювет.

Эта шутка сыграла решающую роль в последующих событиях. Водитель, не доезжая до оператора, дал тормоз. Асфальт был мокрый, и тяжелую машину стало заносить. Секунда — и оператор, увлеченный съемкой, оказался бы под машиной. И тут помощник оператора не растерялся — столкнул Магида в кювет.

Сложную подготовку провели операторы перед съемкой забора, разрушенного машиной. По их указанию декораторы построили настоящую кирпичную стену. Была найдена машина, побывавшая в аварии и предназначенная к списанию. Ее кое-как подремонтировали, чтобы она могла пройти своим ходом хотя бы километр. За смотровым стеклом установили железный лист с прорезью для водителя. За баранку «машины-смертницы» сел опытный водитель. Он и проделал, рискованный наезд на кирпичный забор. Этот кадр снимали сразу пятью аппаратами, потому что рассчитывать на дубли не приходилось.

Оператору всегда необходимы находчивость, художественная острота мышления, глубокое и тонкое понимание законов кинематографии.

В 1955 году Ф. Эрмлер ставил фильм «Неоконченная повесть». Все шло гладко. И вдруг съемочная группа споткнулась, казалось бы, на ровном месте. Снимали кадры, когда героиня картины — врач — дежурит всю ночь у постели больного ребенка. По сценарию за это время не происходило никаких событий. Как же показать эту долгую ночь?

— Давайте подумаем! — предложил Эрмлер оператору А. Назарову. — Только, пожалуйста, без часовых стрелок. Это и шаблонно и нудно.

Оператор задумался. Поставьте себя на его место и попробуйте решить вопрос. Сцена лишена действия: врач то сидит у постели больного, то носит ребенка на руках — и все. Чуть затяни — становится скучно. Дай коротко — зритель не поверит, что прошла целая ночь. Время от времени делать перебивку на часы, показывая бег стрелок, — действительно шаблонный, избитый прием. И оператор нашел выход: несколько ночей подряд он бродил с аппаратом по улицам Ленинграда и снимал пейзажи. При монтаже пейзажные куски разбили однообразную сцену и восполнили провал во времени.

На экране эпизод выглядел так. Врач склонилась над кроваткой и прислушивается к тяжелому дыханию ребенка. Следует перебивка — вечерняя Нева, в воде — спокойное отражение Петропавловской крепости. Опять комната. Врач ходит из угла в угол с ребенком на руках. Перебивка — разведены мосты, они вздыбились над рекой, улицы пустынны и темны. Ребенок уснул. Врач сидит у его изголовья. А над городом занялась заря. Ночь миновала… Эта сцена — одна из удачных в фильме.

Интересный прием применил оператор в кинокартине «Отцы и дети».

После ссоры с Одинцовой Базаров, раздраженный, идет напролом через кусты. Хлещущие по лицу ветки придают всему эпизоду неподдельный накал, они лучше всего характеризуют состояние героя.

Как же снимался этот кадр? Лицо Базарова должно быть на экране крупным планом, — значит, аппарат надо поместить рядом с шагающим по зарослям актером, что почти невозможно. И снова помогла смекалка оператора. Кинокамеру подвесили актеру на грудь. Нацелили объектив на его лицо. Установили механизм на автоматическую съемку. Артист шел через кусты, а киноаппарат снимал его лицо. Никто из зрителей не догадался бы, как сделан этот запоминающийся кадр.

Не менее удачно был снят оператором С. Ивановым спуск на воду корабля в фильме «Большая семья».

Это был тот случай, когда нельзя подменить корабль макетом: кругом люди. Оператор побывал на судостроительном заводе. Там как раз готовили к спуску новое судно. Таким образом, съемка момента, когда корабль сходит со стапелей и впервые вспенивает кормой воду,