Летние истории про Миру и Гошу - Наталья Ремиш Страница 11

Ева не приехала, но день всё равно получился очень хороший. Такой необычный и весёлый — Мира даже не ожидала. И водопад оказался ничуть не хуже спектакля. Хороший был день. Мира его запомнит.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему Мира сначала не хотела идти в поход к водопаду?

Обсудите: когда человек сильно расстроен, ему трудно радоваться даже хорошим предложениям.

2. Почему Мира отказалась от маминой руки, когда переходила через мостик?

Поговорите о том, что, когда мы злимся или расстроены, нам часто хочется показать, что мы справимся сами.

3. Почему Мира так сильно расстроилась из-за поцарапанной ладони?

Объясните ребёнку, что, когда человек уже сильно расстроен или обижен, даже небольшая неприятность может показаться очень серьёзной. Наши чувства становятся острее, и мы реагируем на мелкие события намного сильнее, чем обычно.

4. Почему настроение Миры изменилось, когда они оказались у водопада?

Обсудите, что новые впечатления и совместные приключения помогают пережить разочарование.

5. Почему в конце дня Мира поняла, что день получился хорошим, хотя Ева так и не приехала?

Поговорите о том, что реальность может оказаться не такой, как мы ожидали, но это не значит, что она хуже.

Жара, тарзанка, ночь

Жара стояла четвёртый день. От неё звенел воздух, и всё вокруг вызывало раздражение. Антон с родителями уже уехал, интернет включили, и папа с мамой опять много работали. Бейби усадили за мультики, чтобы, как сказала мама, «хоть немного заняться делами».

Мира и Гоша собрались на озеро. Папа утром проверил тарзанку, мимо которой они много раз ходили, но не решались покататься.

— Там безопасно, можно прыгать. И детей пока мало, — сказал папа. — Но намажьтесь кремом, чтобы не обгореть на солнце. Когда начнёт припекать, бегите в тень.

— Намажемся, хорошо, — хором ответили Мира и Гоша.

Бейби кивнула, хотя оставалась дома.

— Давай скорее, — поторопил Гоша Миру, которая застряла с босоножками.

На улице было ярко и пусто. Земля горячая.

— Крем взяли? — поинтересовалась мама, выглянув из окна, и кинула детям тюбик. — Намажьтесь прямо сейчас.

Мира и Гоша закивали, но, как только закрылось окно, сразу рванули к озеру.

Солнце пекло плечи, и трава пахла пылью. Хотелось скорее окунуться в воду. Поэтому, оказавшись у озера, они забыли обо всём. Вода блестела так ярко, что приходилось щуриться.

— Чур, я первый! — крикнул Гоша. — А то сейчас расплавлюсь.

С ветки старой ивы свисала верёвка. Толстая, потёртая, с палкой внизу. Та самая тарзанка, на которой сегодня рано утром катался папа. Вернее, прыгал с неё в воду. Гоша потрогал верёвку, потянул. Крепкая.

— Смотри!

Он разбежался, оттолкнулся и взмыл над водой. На секунду завис в воздухе, а потом — шлёп! — рухнул в озеро. Брызги разлетелись во все стороны. И через мгновение над водой появилась сияющая Гошина физиономия.

— Нормально! Глубоко! Вообще класс!

Мира почувствовала, как внутри что-то сжалось. Страшно! Но очень хочется.

— Течения нет? — спросила она.

— Это же озеро, какое течение? — удивился брат.

— А коряги? — уточнила Мира.

— Папа сказал, что каждый день проверяют. Всё безопасно, — успокоил Гоша.

— А вдруг там крокодилы? — опять забеспокоилась девочка.

— Мы же не в Африке. Откуда тут крокодилы? — улыбнулся Гоша.

Мира взялась за верёвку. Сердце билось быстро. Ноги чуть дрожали. Страх был очень сильным, но желание летать, как Гоша, — ещё сильнее.

Мира разбежалась и прыгнула. В полёте вдруг стало тихо. На секунду девочка замерла в воздухе вместе со своим сердцем. И… отпустила палку. Тут же окатило холодом, громко плеснула вода. Мира вынырнула, смеясь.

— Это вообще!

Она не находила слов от восторга. Это было всё равно что прыгнуть в неизвестность и обнаружить, что там не темнота, а вода.

— И крокодилов нет! — радовалась Мира.

После этого началось настоящее веселье. Дети стали соревноваться.

— Кто дальше?

— Кто громче?

— Кто с закрытыми глазами?

Они прыгали снова и снова. Пришли другие дети. Мира нашла подружку для игр, а Гоша — друга, и они веселились уже вместе. Как же было здорово!

Небо было яркое, почти белое. И казалось, веселье никогда не закончится, но тут появился папа и загнал детей домой.

— Солнце печёт вовсю, а вы наверняка мазались уже часа два назад, — заворчал он.

Мира и Гоша переглянулись. Они вообще не намазались кремом ни разу.

А к вечеру стало понятно, что спины, плечи, руки и лица сгорели.

— Ай, — вскрикнула Мира, когда Гоша хлопнул её по плечу.

— Вы кремом мазались? — спросила мама, включив свет в домике.

Пауза.

— Мы забыли, — виновато ответил Гоша.

— Ну и ну. Теперь три дня на солнце не выйти, — рассердилась мама.

Она намазала обоих успокаивающим кремом, но ночью кожа горела так, что даже от майки было больно. В комнате стояла духота. Детей слегка лихорадило.

— Я не могу лежать, — прошептала Мира.

— Я тоже, — кивнул Гоша.

Мира села.

— Пойдём спать во двор. Там прохладнее.

Они выкинули подушки и одеяла через окно и выпрыгнули сами. Нашли место, где сквозь деревья виднелось небо, расстелили одеяло Миры, положили подушки и укрылись до пояса Гошиным. Спины по-прежнему горели, но лица и плечи теперь обдувал ветерок.

Небо было тёмное, но не чёрное. Звёзды казались ближе.

— Надо было сразу так, — тихо сказал Гоша.

Тут рядом раздался шорох. Дети замерли и прислушались. Снова шорох.

— Это кто? — прошептала Мира.

В темноте обычный куст выглядел огромным.

— Ёж, наверное, — сказал Гоша, но его голос прозвучал неуверенно.

Мира засомневалась:

— А вдруг медведь?

— Тут нет медведей, — буркнул Гоша.

Но сам почувствовал, как внутри холодеет. Снова шорох. Треск ветки. У Гоши мурашки пробежали по спине.

— Пойдём домой, раз ты боишься, — сказал он сестре.

Похватав подушки и одеяла, они кинулись к дому. Спотыкаясь, чуть не выломав дверь, они ввалились в комнату. Папа выскочил навстречу, но, увидев детей, даже не стал разбираться, что к чему, и ушёл спать.

Мира и Гоша осторожно улеглись в кровати, стараясь как можно меньше прикасаться к простыням горящими спинами. На