Леденцы со вкусом крови - Дэниел Краус Страница 8

поди, все двести. С сожалением сообщаю, что шум экскаваторов, от которого ты любила отгораживаться наушниками, все еще беспокоит. Но теперь он хотя бы далеко. Экскаваторы похожи на маленьких желтых жучков, и они уходят на юг, словно пожирая землю. Помнишь это? А дороги называют по цветам, например Красная улица и Синяя улица. Меня это восхищало, пока мама не сказала, что людям просто лень придумывать нормальные названия.

И вновь буду прямолинейна. Я точно знаю: ты все помнишь. Именно там ты угодила в беду. Можешь ничего не писать об этом, Лотта: ты и так наверняка мусолишь эту тему с терапевтами каждый день. По ночам, сжимая в объятиях медвежонка Клару МакГрумпи, я мечтаю прогуляться в тот район и точно узнать, что там произошло. Но я не хожу туда, а только летаю, уменьшаясь до размеров букашки (мам, пап, не бойтесь, не уменьшаюсь).

Только не пойми меня превратно. Я не прошу рассказывать, откуда пришла беда. Да и если ты расскажешь, это и мама с папой прочитают. Я знаю о твоей беде только одно, но уж этот аспект я изучила очень-очень хорошо, невероятно. Я не помню, чтобы звонила в 911 или провоцировала у тебя рвоту, когда нашла тебя. Помню только всепоглощающее чувство, словно я вот-вот умру. Еле могла шевелить конечностями. Думаю, это и есть депрессия. Я всегда думала, что ты злишься на нас за то, что мы переехали в Гленн, но ты, оказывается, вовсе не злилась! Тебе было одиноко и страшно!

Я понимаю, что запрет на посещение клиники (привет, мам, пап) – разумная мера. И все же мне бы хотелось забраться по стене, как Человек-паук, и заползти к тебе в постель, как в старые добрые времена. Обнять, как Клару МакГрумпи. Тебе бы понравилось? Ты по-прежнему не переносишь чужих прикосновений или все поменялось? Смотри-ка, теперь я задаю тебе вопросы, ха-ха-ха.

Думаю, я тоже изменилась.

Прости, что письмо вышло таким грустным. Прости, что пишу его на листке из блокнота, который наверняка напомнит тебе о Пречистой Деве и Небесной Благодати. В следующий раз возьму в канцтоварах что-нибудь другое.

Ты сказала, что клиника – настоящий бежапокалипсис. Я знаю, это шутка, только вот в жизни ничего грустнее не слышала. Мама всегда говорила, что у тебя слишком черная комната, но я не согласна (прости уж, мам). Если присмотреться, там и красного хватает. Красная помада, красный лак для ногтей, красные занавески, красные наушники, красные наклейки с черепами, красные плакаты, красные лифчики, красная лампочка в люстре, а еще не забудь: одна из рыбок тоже красная. Правда, я не знаю, кто это: Моррисси, Джонни, Энди или Майк, ха-ха-ха.

Что ж, мне пора заканчивать, подошло время урока музыки. Я теперь играю на фортепиано, правда потрясающе? Знаю, ты упряма как осел, но слушайся врачей, старайся завести друзей и ешь как можно больше сладкого, ха-ха-ха. Мама с папой очень по тебе скучают, хотя редко говорят об этом вслух. Зато постоянно – во сколько им обходится твое лечение. И я – сюрприз! – теперь хожу в обычную среднюю школу номер 220, а не в школу имени Пречистой Девы и Небесной Благодати. Не волнуйся, я уже подружилась с парнем по имени Джоди. Думаю, он бы тебе понравился. Он, как и ты, смотрит на мир совсем не так, как остальные.

Твоя младшая сестренка Дагмар. Скучаю.

P.S. Ой, чуть не забыла! Мама просила передать, что самоубийство – не выход, что ты всегда можешь поговорить со взрослым, которому доверяешь, что существуют телефоны доверия и бесплатные горячие линии, где сидят специально обученные люди, и ты можешь туда позвонить. У тебя всего лишь депрессия. Некоторым людям гораздо хуже. И потом… подумай, что было бы с твоей семьей, если бы у тебя получилось.

Лили-путка

Мы с Даг решили проявить участие по отношению к Лили-путке и весь оставшийся путь вовлекали ее в обсуждение всяких интересных тем. Например, отрываются ли головы у висельников, как протекают грибковые инфекции и как обоснована с научной точки зрения способность Арагорна призывать мертвецов Дунхарроу. Мы вставляли реплики типа: «Так, Лили-путка?», «Лили-путка, слышала?» и «Лили-путка стопудово знает, о чем я!». Она, естественно, не отвечала – вместо этого ловила муху, чтобы поделиться с ней каким-то секретом. Но, думаю, ей приятно слышать, как ее упоминают в разговоре. Переходя дорогу, она мертвой хваткой вцепилась в мой рукав.

Лили даже не присядет, пока друзья-букашки не разрешат. Я вам так скажу: жить с такой под одной крышей невероятно сложно! Допустим, попросишь ее вынести мусор – так она поймает какую-нибудь муху и долго будет с ней это обсуждать, а мусорный пакет тем временем протечет. Однажды она приложила руку к уху, чтобы подслушать, о чем жужжат эти насекомые, так одна муха залетела ей в ушной канал! Мама чуть не обделалась тогда. Начала ее бить по голове, чтобы напугать муху, а когда стало понятно, что не помогает, – ткнула в ухо палочкой для еды. Наконец сгребла Лили в охапку и потащила к врачу, сама при этом рыдала и истерила.

– Ты чего так нервничаешь? – спросил я.

– Видела в одной книжке картинку… Там муха отложила в ухе яйца, и из него полезли личинки. Если у Лили-путки будет так же, ее заберут копы (про себя я мысленно добавил «робо»), и нам перестанут каждый месяц приходить чеки.

Но доктор просто выскреб насекомое, смазав ухо маслом. И знаете, что самое безумное? Пока у Лили в ухе была муха, она была счастлива. Улыбалась, как на Рождество, и с энтузиазмом кивала, словно услышала вдруг важные наставления. Но когда скользкий и жирный труп мухи извлекли, она взъярилась. Никогда не видел ее такой. Мама боялась даже прикоснуться к ней в настолько взвинченном состоянии. И ведь это было в те времена, когда мама еще была нормальной и не проводила целые дни, разговаривая с телевизором.

С момента появления Лили-путки прошло несколько месяцев. В один прекрасный день я от скуки сказал себе: «Джоди, пришло время разгадать ее тайну!» – и стал перевоплощаться в агента ноль-ноль-семь. Нацепил защитные очки, найденные во дворе Робби, надел свои классные перчатки «Изотонер», подобранные некогда в траве, снял зимние ботинки, чтобы быть незаметным, и пошел на цыпочках по дому. Ковер был весь в крошках чипсов, но агенту ноль-ноль-семь это нипочем. Я прокрался в комнату Лили-путки и полдня слушал, как она шепчется со своими букашками. Единственное