Убить Мертвых - Ричард Кэдри Страница 7

— Знаете, некогда в древней Персии в маленькой деревушке близ Кума жил человек с проблемами.

— Это история из твоего детства? Потому что я не хочу слышать о том, как вы с папой катались по бездорожью.

— Заткнись. Однажды этот человек с проблемами встал с постели, чтобы поработать на своих полях, и, может, его убили, а, может, он просто продолжал идти, но больше о нём никто не слышал. Когда человек выходил, солнце светило сквозь дверь и отбросило его тень на стену у домашнего очага или как он там назывался. Когда жена и дети этого человека вернулись домой и обнаружили дом пустым, жена увидела тень мужа и спросила, что это. Тень ответила: «Мужчина ушёл и стал для этого дома тенью. А я — тень этого человека, которая не ушла, а останется здесь». Тень осталась, а со временем стала человеком, и они с женщиной и её детьми жили вместе долго и счастливо.

Уэллс складывает руки вместе, словно в молитве. У меня мурашки по коже при виде этой его стороны.

— Позже, когда я услышал, что Золотая Стража была основана в Персии, я понял, что в тот день Бог говорил со мной через телевизор. Он говорил мне, что именно здесь я и должен находиться.

— Эта история даже не имеет смысла, и какое отношение она имеет к тому, о чём мы говорим?

— Это значит, что мы больше тысячи лет выполняем свою работу, так что можешь засунуть своё несогласие куда подальше.

— Маршал, это звучит как грех гордыни. Лучше беги-ка вниз, и пусть мисс Декабрь выпорет тебя. Сними это на веб-камеру и бери поминутную плату. И тебе никогда больше не нужно будет снова брать деньги у правительства.

Уэллс смотрит на меня. У него звонит телефон. Он его игнорирует.

Мне хочется послать его на хер.

— Закончил ныть? Готов поработать? У меня есть ещё кое-что для тебя.

Но мне это нужно.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Я хочу, чтобы ты посетил со мной место убийства. Жертва был Саб Роза. Никакого насилия. Просто наблюдение.

— У тебя есть криминалисты. Зачем я тебе?

— Я пока не хочу, чтобы они слишком углублялись в это дело. Мне нужен ты.

— Почему?

— Потому что ты бывал в Аду.

— И что?

— Я хочу, чтобы ты взглянул на тело и сказал мне, что по-твоему это значит.

— Уверен, что это лишь одно тело, а не пять?

— Смешно.

— Я хочу полную оплату.

— Половина. Никто не просит тебя кого-либо убивать.

— Ты тратишь моё драгоценное время выпивки и курения. Мне нужна компенсация.

— Как ты только что отметил, нас финансирует государство. Это означает, что мы работаем по простой и заранее определённой тарифной сетке. Другими словами, глядеть и тыкать пальцем оплачивается не так, как охотиться и убивать.

— Вот что тебе скажу: отправляйся в Чайнатаун, найди клуб под названием «Тень Совы» и найми себе дэдхеда[52]. Эти угрюмые некроманты представляют собой кучку уродов «Сьюзи и Банши»[53] с заниженной самооценкой. Они будут из кожи вон лезть, чтобы помочь федералу устроить магическое шоу на месте убийства.

Уэллс достаёт из кармана телефон, смотрит на имя вызывающего абонента и хмурится.

— Слушай, можешь просто немного посыпать волшебной пыльцой[54] на месте преступления. Сотвори какую-нибудь чёртову магию, которая ничего не сломает, и я смогу добиться для тебя две трети обычной платы. Но это всё.

— Договорились.

Я протягиваю руку. Он подносит к уху телефон, так что ему не нужно её пожимать.

— Встретимся в три часа ночи, когда затишье, и бары закрыты. Я позвоню тебе и скажу адрес.

— Приятно иметь с вами дело, маршал. Наилучшие пожелания хозяйке.

— Убирайся.

На обратном пути я решаю пропустить шоу Рея и Хьюстона, так что проскальзываю сквозь тёмное пятно на стене снаружи склада. Выхожу в переулок через дорогу от «Бамбукового дома кукол».

То, что я полагал будет развлечением на одну ночь — спасение мной мира на Новый год, превратилось в шестимесячную затянувшуюся вечеринку. После того, как я швырнул Мейсона толпе в Даунтаун, казалось, что половина Саб Роза Лос-Анджелеса заявились в «Бамбуковый дом» поцеловать его задницу на прощание. Да так и не ушли. Карлос вполне счастлив. Саб Роза дают большие чаевые в местах для гражданских, где они могут зависать, не оказываясь частью развлекательной программы.

Большинство Саб Роза вы бы никогда не узнали. Они скучно выглядят как люди, являются людьми и изо всех сил стараются затесаться среди других людей, даже если иногда одеваются как денди из девятнадцатого века или жрецы майя. Другие в баре выглядят так, словно сошли с парового дирижабля с Нептуна. Они Таящиеся, и честным добропорядочным Саб Роза не нравится, когда они пачкают мебель в их клубах, поэтому они приходят сюда. Здесь суккубы и трансгендерная ламия[55]. Косматый волк-нагуаль[56] и человек-тигр смеются, словно парни из братства и складывают пирамиду из пивных банок, а затем опрокидывают её. И по новой. Группка белокурых голубокожих школьниц с проглядывающими сквозь косички рожками играет в какую-то азартную игру со скорпионами и чашками из слоновой кости.

Карлос — это главная причина того, почему «Бамбуковый дом кукол» ещё стоит. Он и глазом не моргнул, когда мерзкая половина магического подполья Лос-Анджелеса завалилась к нему, чтобы нажраться в стельку. Если бы Иисус был барменом, Он был бы лишь вполовину так невозмутим, как Карлос. При всей новообретённой прибыли, всё, что сделал здесь этот человек — приобрёл несколько барных стульев, лучшую звуковую систему и вычистил уборные, чтобы они чуть меньше напоминали калькуттский автовокзал. Хорошо, когда есть хоть что-то, что не сильно изменилось. Нам нужно иметь в жизни несколько якорей, чтобы не уплыть в пустоту. Как однажды сказал мистер Мунинн: «Квид сальвум эст си Рома перит?». Что безопасно, когда гибнет Рим?

В музыкальном автомате играет «Болотный огонь» Мартина Денни. Карлос подходит с чашкой чёрного кофе.

— Тебе не нужно было так наряжаться ради меня, — говорит он.

— Нравится прикид? Это из линии Кельвина Кляйна «Книга откровений».

— Хрустящая чёрная рука — довольно мило, даже при том, что у меня