Неуловимая звезда Сен-Жермена - Артур Гедеон Страница 49

Ракша низко поклонился, и все последовали его примеру. Брахман сложил руки на груди, ладонь к ладони, и с коротким поклоном произнес:

– Намаскар, друзья мои! И намасте каждому в отдельности. Божественное во мне приветствует и соединяется с божественным в каждом из вас. Но перейдем на ваш язык. Каждому из вас я рад. – Его взгляд был в первую очередь устремлен на Зою Осокину. – А тебе я рад вдвойне, о удивительная! О дочь Вселенной!

– Я – дочь Вселенной? – затрепетала Зоя.

Тем не менее все уставились на нее.

– Ты «дочь Вселенной»? – поморщился Крымов.

– Видимо, так, – ответила Зоя и не преминула так же сложить руки на груди, ладонь к ладони, и поклониться еще раз.

– Как же ты похожа на свою мать! – воскликнул брахман Сумати.

– Я знаю это, – ответила путешественница.

– Я могу идти, Учитель? – спросил Ракша.

– Да, мой друг, отправляйся домой. Когда ты понадобишься, я призову тебя.

Проводник поклонился брахману, затем своим недавним пассажирам, сказав: «Удачи вам!» – и так, с поклонами, скрылся в кустарнике на каменистой дороге, откуда они только что вынырнули все вместе.

– Где мы? – напрямую спросил Крымов. – Мы хотим это знать.

– Скоро ты все узнаешь, воин, – ответил брахман.

– Почему вы назвали меня воином?

Сумати усмехнулся:

– Потому что ты – воин. И ты охраняешь нашу жрицу.

– Я – жрица? – спросила Зоя.

– Разумеется. И с вами два мудреца, один из которых только хочет казаться старым весельчаком, а на самом деле он – посланник звезд.

Долгополов и Рудин переглянулись.

– О ком это он? – с вызовом спросил Антон Антонович.

– О вас, конечно, – пожал плечами Рудин. – О ком же еще? Куда мне до посланника звезд! Я просто граф Сен-Жермен, у меня есть волшебное зеркало, я знаю тайну взращивания драгоценных камней, и живу я очень долго. Проще не придумаешь.

– То-то же.

– Скажите честно, – попросил Лев Рудин у хозяина этих мест. – Ракша рассказал нам о «молниях Агни». Мы на подступах к Шамбале?

– А сами вы как думаете? – спросил стоящий на возвышении брахман Сумати.

– Да что тут думать! – раздраженный тайнами и недомолвками, воскликнул Антон Антонович. – Если вы хотите уберечь свою крепость, построите стену и ров с водой, а в бойницы натыкаете пушек и поставите лучников. Разумеется, тут все одно к одному! Это своеобразные капканы на подступах к Шамбале! Чтобы чужаки не подошли. Или, брахман, скажете, что я неправ?

– Все так, веселый брахман, – с улыбкой кивнул черный от загара старик с белыми длинными волосами и в белой одежде, с горящими глазами-агатами.

– Я – «веселый брахман»? – удивился Долгополов.

– О да!

– Ладно, новое погоняло.

– Так мы и впрямь уже перед Шамбалой? – спросил Крымов. – Вот прямо перед ней? Перед самым загадочным местом на планете?

– Пока нет, но очень скоро будем, – ответил брахман. – Идемте же за мной.

И он повернулся и направился в сумрак обширной пещеры. И все, прихватив вещи, как послушные овечки, двинулись за величественным стариком, хранителем здешних мест. Впрочем, они были туристами, а он – их гидом. Вторым по счету. Даже Антон Антонович, новоиспеченный «веселый брахман», не нашел повода для шутки. Хотя Лев Рудин шепнул ему:

– Ну, весельчак, где же ваш острый язык? Проглотили?

– Если вернемся, граф, я вам припомню эту реплику.

– Если вернемся, – откликнулся Рудин.

– Страшно? – спросил у подруги Крымов.

– Немного, – ответила та. – Но любопытства в миллион раз больше. И азарта, и отваги. Веришь?

– Еще как, – ответил детектив.

Странной была эта пещера. Они не сразу отметили ее необычность. На первый взгляд она казалась замкнутым пространством, холодные серые камни были преградой любому движению.

Рудин коснулся одного из камней:

– Он холоден, – сказал академик.

– Коснитесь другого, – посоветовал брахман.

Рудин коснулся другого – соседнего.

– Теплый! Но почему?

И все стали пробовать камни на ощупь.

– Потому что один уже готов к превращению, а другой пока нет, – ответил брахман.

– К превращению? – спросил Антон Антонович. – Кажется, я начинаю догадываться…

– Ну вы же избранный, – улыбнулся старик. – Как без этого?

– А этот горячий, – заметил Крымов. – А этот, о боже! – Он отдернул руку. – Он превращается в воздух!

Зоя подошла и смело дотронулась до того же камня – и рука ее провалилась в него.

– Осторожно! – Андрей перехватил ее руку и выдернул из ставшего воздушным камня.

– Все верно, одни камни превращаются в воздух и открывают нам путь, – сказал брахман. – А другие становятся несокрушимым оплотом. Главное – знать, в каком сочетании прикасаться к ним, какие слова при этом говорить, что думать и чувствовать. Если все сделаете правильно, вы пройдете, а если нет, Агни остановит чудо и замурует вас в стене, тогда вы станете сами частью этих стен. Сколько желавших проникнуть в Шамбалу, в ее тайны и чудеса, людей корыстных, недобрых, превратилось тут в камни! Но вы другой природы – мне это известно, поэтому смело идите за мной.

Брахман вел их через гору – буквально раздвигая камни руками, при этом одни превращались в воздух, другие становились твердью; Сумати пролагал коридор, и четверо путешественников с предельной осторожностью шли за ним. И только Зоя, кажется, ничего не страшилась. Она готова была идти вперед упрямо и смело – ее поддерживала несокрушимая вера во что-то куда большее, чем тот материальный мир, в котором она жила прежде. Какое-то время Крымов все еще боялся за нее, но потом решил, что не стоит. Она была жрицей этих мест – не вся их мужская компания, даже включая всезнайку Долгополова, «посланника звезд», а она была первопроходцем этих пещер. И ждали тут именно ее.

Они шли долго – преодолели целый тоннель. Коридор в сотни шагов! Они прошли через гору. Последние камни стали исчезать под руками брахмана, а потом впереди засиял свет – пронзительный, изумрудно-золотистый, фантастический, манящий…

– Это свет Шамбалы, – сказал Антон Антонович. – Мы прошли не через гору, мы вошли в иное измерение, не так ли, брахман?

– Именно так, посвященный, – ответил тот.

И вскоре они вышли у подножия пещеры, но все тут было другим, чем в прежнем мире, и в первую очередь благодаря этому пронзительно-яркому, фантастическому, манящему золотисто-изумрудному свету.

– Теперь все ясно, – сказала Зоя. – В своих снах я летала не просто над вершинами гор, над Гималаями, я летала сюда, в Шамбалу, и тут я увидела свою мать и говорила с ней.

– И мы летали вместе с вами, деточка, – заметил Долгополов. – Я горжусь этим – небывалое путешествие. У меня как будто крылья выросли. Я не шучу, Крымов, – зыркнул он в сторону коллеги.

– А я что-то сказал? – спросил детектив.