Ушма - Алексей Наумов Страница 37

Чтобы удостовериться, что все его наблюдения верны, Олег, в качестве тренировки, отправился в соседнее садовое товарищество и провёл целый день, купаясь и загорая на их озере, и понял, что был абсолютно прав — всюду было одно и то же. Теперь нужно было лишь найти участки, где дорога к реке или озеру, куда ходят купаться дачники, пролегала бы через лес, пусть даже совсем маленький и редкий. В таких местах обычно всегда росла густая, высокая трава, в которой легко можно было спрятаться и быть неразличимым даже с близкого расстояния. Именно тут он вспомнил, как его в своё время поразила книга о тиграх-людоедах, которые воровал людей, преимущественно женщин, ясным днём, прямо с поля, на котором бок о бок работали десятки человек. Они уносили их прочь, часто ещё живых, затем срывали с них одежду, и, обнажённых, несли дальше, в укромное место, где и поедали. Это было поразительно и жутко, и теперь он понимал, что ему всегда хотелось быть похожим на тех тигров.

«Всё дело в страхе… — повторял он себе. — Когда они далеко от дома, они бояться, но когда их дом близок, они доверчивы… Они думают, что если они слышат кого-то, то кто-то услышит их, но это не так… Мне не нужно бояться… Всё пройдёт гладко… Как у тех тигров…»

Также, он, поначалу с неохотой, но затем с всё большим азартом, начал старательно вспоминать тот случай в лесу, во время пионерской Зарницы, который до этого он пытался стереть из своей памяти. Олег скрупулёзно восстанавливал все мелочи, вплоть до отблеска солнца в верхушках деревьев и сытного грибного запаха леса. Он хотел понять, в чём была его ошибка, чтобы не повторить её вновь и когда понял, тихонько рассмеялся.

«Она не должна вырываться и отбиваться… Она должна лежать тихо и покорно, ничком, как и положено… Она не должна мешать мне быть с нею… Я должен полностью контролировать её… Полностью… Я не могу полагаться только на её страх… Нужно кое-что ещё, что-то надёжное как клыки тигра… Им больше не удастся унизить меня… Никому… Никогда…»

Первой его мысль была о ноже, но он не хотел, чтобы на теле было много крови. К тому же, одного удара как правило никогда не хватало, чтобы обездвижить жертву. Об этом он тоже читал, и потому, в конце концов, Олег остановил свой выбор на кастете. Перерыв сарай, он отыскал небольшую медную пластину, толщиной чуть более сантиметра и за несколько вечеров, смастерил себе из неё отменное оружие. Жене он сказал, что вытачивает деталь для автомобильного прицепа, но она особо и не интересовалась. Она привыкла к тому, что Олег много времени проводит за верстаком, и не лезла в его дела.

Осталось приучить Людмилу к своим регулярным отъездам, но и это он уже продумал. В детстве он любил рыбачить и теперь, он решил возродить эту традицию. Он купил несколько лёгких удилищ, кое-какие снасти и начал регулярно ходить на небольшую речку, что змеилась вдоль кромки болот, в десяти минутах ходьбы от его дома. Ему нужно было просто выйти из калитки, свернуть налево и неспешно идти прямо по узкой лесной тропинке, в конце которой появлялось черное зеркало воды с россыпью белоснежных кувшинок в том месте, где некогда был мост.

Людмила не удивилась его новой страсти. Многие мужики на дачах ловили рыбу или охотились. К тому же, Олег регулярно приносил домой свежую рыбу, которая вносила приятное разнообразие в их рацион. Правда он вечно жаловался, что рыбы становится всё меньше и ему вскоре придётся искать другие места для ловли. Так и случилось. Всё чаще и чаще он начал отлучаться на рыбалку по выходным, покуда, его еже субботнее отсутствие в ясные дни, порой до утра воскресенья, не стало нормой. Он объяснял это тем, что путь до озер, где пока ещё водилась рыба, был неблизким и ему нужно выезжать рано утром, чтобы застать утренний клёв. В оставшееся же время, дабы не ездить по нескольку раз, он исследовал новые места, и лишь потом возвращался обратно.

Из таких поездок Олег всегда привозил отличные трофеи. Он покупал их за гроши в местном рыбхозе или у местных рынках. Людмила ни в чём ему не перечила. В конце концов, он не требовал слишком много и в остальные дни всегда был рядом и трудился по дому не покладая рук. Вечерами он подолгу корпел над подробной картой области, делая на ней какие-то пометки, вблизи озёр и рек, будто бы отмечая места удобные места для рыбалки. Это выглядело вполне естественно, и скоро Людмила привыкла, что во все погожие выходные дни, с мая по сентябрь, мужа часто не бывает дома.

Олег регулярно упражнялся со своим кастетом на толстой доске, пытаясь рассчитать силу удара, чтобы не убить девочку, а только как следует её оглушить. Он понимал, что всё придёт с опытом, но всё же продолжал тренировки, подпиливая и подтачивая своё оружие, пока кастет не стал продолжением его руки и не ложился в ладонь идеально. Он называл его «перстнем» и представлял себе, что он будет венчальным кольцом для него и для его очередной «невесты»…

Его единственной проблемой отныне оставалась собака. Раньше он постоянно брал Свифта с собой на рыбалку, но теперь он становился помехой. Олегу пришлось придумать историю о том, что он начала себя плохо вести на рыбалке: лаять, норовить влезть в воду и вообще всячески шуметь и пугать рыбу. Словно в подтверждение его слов, Свифт, будто чувствуя неладное, каждый раз с лаем бросался вслед за хозяином, когда тот собирался уезжать, а когда его запирали в доме, скребся и отчаянно выл, что прежде за ним никогда не водилось. Людмиле приходилось надевать на него тесный намордник, но и в нём Свифт всё равно подвывал ещё некоторое время, так протяжно и тоскливо, словно по покойнику, что Людмила вечно пугалась, не случилась ли с мужем по дороге авария.

— Ты только не гони, — постоянно напутствовала она Олега ещё с вечера. — А то вдруг что…

— Не волнуйся, — успокаивал он её. — Я буду очень, очень осторожен… Мне некуда спешить…

Заботы о Свифте, напомнили ему о том, что по его следу могут пустить собак, и он сделал себе заметку всегда иметь с собой нюхательный табак, чтобы сбить всевозможных ищеек со следа. Он хотел предусмотреть всё.

Однажды вечером, Олег заметил на своём участке чью-то кошку. Свифт уже был в доме,