Каменный леопард (ЛП) - Форбс Колин Страница 33

В два часа дня Ноэль Берже вышла из виллы одна, хорошо закутавшись в шубу, и прошла несколько шагов, ведущих к вокзалу, оставив Роберта Филипа одного в доме. «Ситроен», припаркованный напротив дома № 8, давно исчез, и единственным человеком в поле зрения был худощавый человек с костлявым лицом, который стоял, глядя в витрину магазина. Ноэлли вошла на вокзал и купила обратный билет до Страсбурга, не обратив внимания на мужчину, который подошел к ней сзади и, в свою очередь, купил билет до того же города.

Инструкции Ванека Лански были просты. — Я не думаю, что она его жена — она выглядела слишком юной и небрежной. Если она выйдет, следуй за ней, если только у нее нет чемодана, в таком случае она уходит, так что забудь ее…

Ноэль Берже решила съездить за рождественскими покупками в Страсбург, чтобы дать Филиппу время прийти в себя.

Пусть варится в собственном соку, рассуждала она, и тогда он будет рад видеть меня сегодня вечером. В Страсбурге магазины открылись в два — чтобы привлечь больше покупателей, так как было так близко к Рождеству, — и Ноэль потратила довольно много денег Филипа на улице Гранд Аркад. Что, черт возьми, хорошо ему послужит, сказала она себе. Позже она уступила и купила ему ярко-желтый жилет. Однажды кто-то чуть не сбил ее под колеса автобуса, когда она ждала на людной обочине, но, обернувшись, увидела позади себя только толстую женщину. В конце дня, нагруженная покупками, она направилась в тихий район, известный как Маленькая Франция, на берегу реки. Она решила выпить чашку чая с подругой, прежде чем сесть на поезд обратно в Кольмар.

На краю уединенной площади Биньямина Жиа река Иль разделяется на три разных участка, прежде чем снова соединиться ниже, и здесь реку пересекает запутанная сеть пешеходных дорожек. Есть шлюз, загороженный канал, где вода с ревом проходит через горлышко бутылки, и шлюзы, вытекающие из-под здания за его пределами. Шум бурлящей реки оглушает. Сократив путь, Ноэль вышла на тротуар, насколько ей было известно, совсем одна. Она была на полпути, она ничего не слышала из-за рокота воды, когда что-то заставило ее обернуться. Лански был на шаг позади нее, обе руки подняты. Она недоверчиво смотрела, как руки достигли ее и толкнули. Она была на полпути вниз, прежде чем закричала, и ее крики затерялись в кипящих шлюзах, которые утащили ее под воду, а затем на скорости понесли к набережной Бателье. Покачиваясь на поверхности гоночного потока, ее рождественские покупки выглядели причудливо, празднично, включая ярко-желтый жилет, который вырвался из обертки.

Через двадцать минут Лански садился в турбопоезд, который должен был вернуть его в Кольмар к семи вечера. С двумя людьми в доме слишком сложно инсценировать убедительную двойную «несчастный случай».

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вечером в воскресенье, 19 декабря, Грелль ждал в своем кабинете возвращения Буассо из Страсбурга, но часы тикали, а префект полиции не бездельничал. Добрую часть дня он был занят усилением мер безопасности для президентского кортежа, направлявшегося в аэропорт имени Шарля де Голля — или Руасси, как его часто называли, — утром 23 декабря, когда Флориан отбыл в Россию.

Марк Грелль стал экспертом по смерти путем убийства — по используемым методам, по людям, которые их применяли. Он подробно изучил тридцать одну попытку убийства генерала де Голля, причины, по которым они могли увенчаться успехом, и причины, по которым они потерпели неудачу. Список используемых техник был внушительным.

Уничтожение дистанционным подрывом зарядов взрывчатого вещества под движущимся транспортным средством; убийство снайпером, вооруженным винтовкой и оптическим прицелом; убийство с близкого расстояния — ножевым ранением, расстрелом; убийство путем обмана — с использованием украденной военной или полицейской формы; убийство мотоциклистом, подъехавшим к президентскому автомобилю; убийство в результате самоубийственного столкновения в воздухе — один самолет врезался в другой, на борту которого находился президент; убийство нелепо экзотическими методами — с помощью фотоаппарата, с помощью собак со взрывчаткой, обученных бежать к определенному месту, где должен был выступать президент; и убийство из моторизованной засады.

Последний метод был самым любимым, и Грелль понимал, почему. Моторизованная засада была наиболее смертоносной, потому что в ней участвовали хорошо обученные головорезы с близкого расстояния, люди, которые могли среагировать в последнюю долю секунды в зависимости от обстоятельств. Фактически, де Голль чуть не погиб, когда его кортеж попал в засаду других автомобилей. Имея в голове этот список покушений, Грелль с помощью неутомимого Буассо решил противостоять каждому из них. Он все еще работал над проблемой, когда его заместитель вернулся из Страсбурга.

Было девять часов вечера, и Буассо, который ничего не ел с обеда, послал в угловую пивную за едой. Он ел за столом префекта, продолжая рассказывать о поездке в Страсбург. — Видите ли, — продолжал он, — самоубийство Жувеля технически обосновано, в этом нет никаких сомнений, и немногие люди могут инсценировать подобную смерть. Как вы знаете, они упускали из виду некоторые детали…

«Если только мы не столкнемся с профессиональным убийцей? Что повлечет за собой всевозможные неприятные последствия…

— Что мне не нравится, — заметил Буассо, отхлебывая подливку с куска хлеба, — так это те двое мужчин, которые навестили шлюху и задали ей — совершенно независимо — почти одни и те же вопросы о Жувеле. И это при том, что Жувелю обычно никто не звонил и даже не интересовался им. Так кто же были те двое незнакомцев, не говоря уже о человеке с зонтом, которого никто из жильцов не узнал?

«Примите это к сведению, — посоветовал Грелль, — Жувель вполне мог покончить жизнь самоубийством, а эти другие люди, вероятно, не имеют значения. В этом плане мы еще ни к чему не пришли — ни Роже Данчин, ни Ален Блан не вступали в контакт с каким-либо известным советским звеном. Мы находимся на том этапе, с которым сталкивались во многих случаях, когда все оказывается в тупике. Надо ждать развития событий, указки… — Он вынул из запертого ящика список свидетелей, составленный полковником Лассалем, еще раз взглянув на него. Насколько нам известно, ключом ко всему может быть человек, за которым мы даже не можем установить наблюдение, — Дитер Воль из Фрайбурга.

«Вы могли бы позвонить Питеру Ланцу из BND», — предложил Буассо. «Он всегда очень помогает…

«Когда даже здесь, на нашем домашнем участке, нам приходится соблюдать секретность, которая свойственна заговорщикам? Я не смею распространять это за границу». Грелль потянулся и зевнул. «Боже, я устал. Нет, мы должны ждать и надеяться на указатель.

В двухэтажном доме на окраине Фрайбурга, университетского городка на окраине Шварцвальда, бывший офицер абвера Дитер Воль стоял у окна своей затемненной спальни, глядя через поля на запад, на Францию. Всего в нескольких милях за Рейном. Он вспоминал.

Крупному, хорошо сложенному мужчине с сильным подбородком Волю был шестьдесят один год. Когда его проницательные голубые глаза смотрели на Эльзас, его губы скривились в легкой улыбке. Все это было так давно, так бесполезно. Теперь, слава богу, по обеим сторонам Рейна был мир; по крайней мере, он дожил до этого. Отставной полицейский и вдовец, Дитер Воль имел достаточно времени, чтобы подумать о прошлом.

Одиннадцатый день назад в газете «Франкфуртер альгемайне цайтунг» впервые всколыхнули воспоминания статьи о покушении на президента Франции. Шокирующее дело. Что заинтриговало Воль, так это имя женщины, предпринявшей попытку, Люси Дево. Любопытный. Так звали женщину, которая погибла в затонувшей машине, когда «Леопард» упал в реку. Может ли быть какая-то связь, подумал он?

Прочитав статью в газете, Воль вытащил из-за стола один из своих старых военных дневников. Воинскими уставами строго запрещалось вести дневник, но многие солдаты нарушали устав; даже генералы и фельдмаршалы, которые позже заработали кучу денег на написании своих мемуаров. Имея в руках все время мира, Воль прочел весь дневник за 1944 год. Пока он читал, все вспомнилось ему.