Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн Страница 186

Но я же видела дыру у нее во лбу! Ее голубые глаза вылезли из орбит!

Может, патроны были старыми? Пуля врезалась в череп, но не пробила его, вызвав в мозгу повреждений не больше, чем у меня мое кровоизлияние?

Газеты сообщили, что она умерла. Я сама видела ее имя в списке жертв.

Впрочем, ведь там присутствовало и мое имя.

Рядом с постелью загудел один из мониторов, предупреждая о чрезмерной нагрузке на мой организм. Усилием воли я умерила одышку и сердцебиение. Гудки прекратились.

Выражение лица Джастина за эти несколько секунд не изменилось и в трепещущем пламени свечи по-прежнему напоминало лик бесенка. Он уселся в кожаное кресло, которое так любил мой папа, и скрестил ноги на сиденье.

– Расскажи мне о Вилли, – попросила я через него.

– Он жив, – ответила негритянка.

– Этого не может быть. Его самолет разбился, и все пассажиры погибли.

– Все, за исключением Вилли и двух его помощников, – усмехнулась она. – Они покинули самолет до того, как он взлетел.

– Зачем же ты напала на меня, если знала, что твой замысел с Вилли провалился? – вырвалось у меня.

– Я не имею к самолету отношения, – призналась она после паузы.

У меня началась бешеная тахикардия, так что осциллограф залил комнату пульсирующим ярким светом.

– Кто же это сделал?

– Другие, – равнодушным тоном отозвалась она.

– Кто они?

Девица глубоко вздохнула:

– Есть группа лиц, обладающих нашей силой. Тайная группировка…

– Нашей силой? – перебила ее я. – Ты имеешь в виду Способность?

– Да.

– Глупости. Мы никогда не встречали кого-либо даже с намеком на Способность. – Я заставила Калли поднять в темноте руки. Ее худенькая прямая шейка торчала из ворота темного свитера. Калли мог переломить ее запросто, как сухую ветку.

– А эти люди обладают ею, – уверенно произнесла негритянка. – Они пытались убить Вилли. Они пытались убить тебя. Неужели ты не задумалась, кто устроил все это в Джермантауне? Стрельба? Свалившийся в реку вертолет?

Откуда Нина может знать? Откуда вообще кто-то может знать?

– Ты вполне могла быть одной из них, – уклончиво ответила я.

Девица невозмутимо кивнула:

– Да, но в таком случае разве я стала бы предупреждать тебя? Я пыталась сделать это в Джермантауне, но ты не захотела слушать.

Я попробовала вспомнить. Предупреждала ли негритянка меня о чем-нибудь? Шепотки тогда уже звучали очень громко, и сосредоточиться было трудно.

– Ты и шериф приходили, чтобы убить меня, – возразила я.

– Нет. – Голова девушки медленно шевельнулась, как у заржавевшей марионетки. Нинина компаньонка Баррет Крамер двигалась именно так. – Шерифа прислал Вилли. Он тоже хотел предупредить тебя.

– А кто эти другие? – осведомилась я.

– Известные люди, очень могущественные. Барент, Кеплер, Саттер, Хэрод…

– Мне эти имена ничего не говорят. – Я вдруг поймала себя на том, что визжу голосом шестилетнего Джастина. – Ты лжешь! Ты не Нина! Ты умерла! Откуда ты знаешь про этих людей?

Девица помедлила, словно прикидывая, говорить или нет.

– Я познакомилась кое с кем из них в Нью-Йорке, – наконец ответила она. – И они уговорили меня сделать то, что я сделала.

Наступила такая мертвая и продолжительная тишина, что через все свои восемь источников я могла слышать, как на карнизе эркера воркуют голуби. Мисс Сьюэлл бесшумно удалилась на кухню и теперь стояла в тени дверного проема, держа тесак в складках бежевой юбки. Калли переступил с ноги на ногу, и я ощутила отголосок обостренной готовности Винсента в его кровожадном нетерпении.

– Они убедили тебя уничтожить меня, – сказала я, – и пообещали расправиться с Вилли, пока ты занимаешься мною?

– Да, – ответила она.

– Но им так же ничего не удалось, как и тебе.

– Да.

– Зачем ты рассказываешь мне это, Нина? – поинтересовалась я. – Ведь этим ты только вызываешь еще большую ненависть к себе.

– Они обманули меня, – тихо прошептала девушка. – Когда ты пришла за мной, они меня бросили. И я хочу с ними поквитаться.

Я заставила Джастина чуть склониться вперед.

– Поговори со мной, Нина, – попросила я тихо. – Расскажи мне о нашей юности.

Она покачала головой:

– На это нет времени, Мелани.

Я улыбнулась, чувствуя, как слюна увлажнила молочные зубы Джастина.

– Где мы познакомились, Нина? На чьем балу мы впервые сравнили свои карточки с ангажементами?

Негритянка слегка задрожала и поднесла ко лбу руку:

– Моя память, Мелани… После травмы образовались провалы…

– По-моему, несколько секунд назад они тебя не тревожили, – ехидно заметила я. – Кто ездил с нами на пикники на остров Дэниел, Нина, милая? Неужели ты не помнишь его? Наших кавалеров в то далекое-далекое лето?

Девица качнулась, не отводя руку от виска:

– Мелани, прошу тебя, я вспоминаю, а потом забываю… боль…

Мисс Сьюэлл подошла к ней сзади. Ее сестринские туфли на резиновой подошве не издавали ни малейшего шума.

– Кого мы выбрали первым для нашей Игры в то лето в Бад-Ишле? – осведомилась я лишь для того, чтобы дать возможность мисс Сьюэлл сделать два последних шага.

Я знала, что цветная самозванка не сможет ответить на эти вопросы. Посмотрим, сможет ли она изображать Нину, когда голова ее скатится на пол. Может, Джастину будет интересно поиграть с таким «футбольным мячом»?

– Первой была танцовщица из Берлина, – вдруг сказала негритянка, – по фамилии Майер, кажется. Подробностей я не помню, но мы, как всегда, обратили на нее внимание, когда сидели в кондитерской «Цаунер».

– Что? – ошарашенно воскликнула я.

– А на следующий день… нет, это было через два дня, в среду… такой смешной мороженщик. Мы оставили его труп в морозильной камере на железном крюке… Мелани, мне больно. Я то вспоминаю, то забываю! – Девушка начала плакать.

Джастин сполз с кресла, обошел чайный столик и похлопал ее по плечу.

– Нина, – прошептала я, – прости меня. Прости.

Мисс Сьюэлл приготовила чай и подала его в моем лучшем веджвудском фарфоре. Калли принес свечи. Доктор Хартман и сестра Олдсмит поднялись проведать меня, в то время как Говард, Нэнси и остальные устроились в гостиной. Негр остался стоять у парадной двери.

– А где же Вилли? – спросила я через Джастина. – Как он?

– С ним все в порядке, – ответила Нина, – но я не знаю точно, где он. Ему, бедняге, приходится скрываться.

– От этих людей, которых ты упомянула?

– Да.

– Почему они желают нам зла, Нина, милая?

– Они боятся нас, Мелани.

– Почему? Мы же не сделали им ничего дурного.

– Они боятся этой нашей… нашей Способности. И еще того, что могут быть разоблачены из-за… эксцессов Вилли.

Маленький Джастин кивнул:

– Вилли тоже знал о них?

– Да, – ответила Нина. – Сначала он хотел вступить в их… в их клуб. Теперь он просто хочет остаться в живых.

– Клуб? – переспросила я.

– У них есть что-то вроде тайной организации, – пояснила Нина. – Место, где они встречаются каждый год и охотятся на заранее выбранных жертв…

– Я понимаю, почему Вилли хотел присоединиться к ним… А сейчас мы можем ему доверять?

– Думаю, да, – ответила негритянка после паузы. – Как бы то ни было, нам троим, из соображений самозащиты, лучше держаться вместе, пока эта угроза не миновала.

– Расскажи мне подробнее об этих людях, – попросила я.

– В следующий раз, Мелани. Я… быстро устаю…

Джастин расплылся в своей самой ангельской улыбке:

– Нина, милая, расскажи мне, где ты сейчас. Позволь, я приду к тебе, помогу.

Девица улыбнулась, но промолчала.

– Ну ладно. Не хочешь – не говори. Скажи, я еще увижусь с Вилли?

– Возможно, – ответила Нина. – Но даже если не увидишься, мы должны действовать с ним заодно до назначенного времени.

– Назначенного времени?

– Через месяц. На острове. – Она снова провела рукой по лбу, и я увидела, что рука ее дрожит.