Полное собрание рассказов - Майкл Коннелли Страница 2

— Работает один?

— Зависит от задания.

Босх достал из кармана пару латексных перчаток, надул их, как воздушные шарики, чтобы они лучше сидели, и надел. Он скорректировал свое положение и попытался немного покрутить тело, чтобы проверить, нет ли ран и отсутствующей перчатки. Он ничего не увидел, но не хотел полностью переворачивать тело до тех пор, пока не будут сделаны фотографии и следователи судмедэкспертизы не осмотрят место происшествия.

— Так как же этот парень умер?

Вопрос был риторическим, но в тот момент, когда он его произнес, он посмотрел на Сервана. Казалось, это застало владельца магазина врасплох, как будто его в чем-то обвинили. Серван развел руками и покачал головой.

— Я этого не знаю, — сказал он. — Я пришел в магазин, отпираю, а он лежит мертвый, прямо здесь.

Босх кивнул и оглядел прилавок. Он заметил, что Эдгара там больше нет. Он посмотрел на Брэкстона.

— Брэкс, почему бы тебе не отвести мистера Сервана в одну из патрульных машин, чтобы мы могли поработать здесь.

Пока Брэкстон выводил Сервана на улицу, Босх вернулся к телу и продолжил осмотр. Он поднял голую руку и изучил ее, пытаясь понять, почему на ней нет перчатки. Он заметил пятно на подушечке большого пальца. Коричневато-желтая линия. Такая же линия была и на указательном пальце. Взяв обе руки, он соединил большой и указательный пальцы, совместив два следа. Создавалось впечатление, что рука — правая рука — держала ручку или какой-то другой тонкий инструмент, когда были сделаны эти отметки.

Босх осторожно положил руку на пол и двинулся вниз по телу к ногам. Он снял правый ботинок — черную кожаную спортивную обувь с черной резиновой подошвой — и спустил черный носок. На ступне мертвеца было круглое пятно, коричневое в центре и сужающееся кнаружи до желтого цвета.

— Что у тебя, Гарри?

Босх поднял глаза. Это был Брэкстон.

— Я еще не уверен. Видишь перчатку? У парня нет перчатки.

— Сюда.

Это был Эдгар. Он стоял за другой витриной на другой стороне магазина. Босх встал и подошел к нему. Эдгар присел и указал под витрину.

— Под витриной лежит черная кожаная перчатка. Не знаю, подходит ли она, но это перчатка.

Босх встал на колени, чтобы заглянуть под витрину. Он потянулся и вытащил перчатку.

— Выглядит так же, — сказал он.

— Если она не подходит, ты должен оправдать его, — сказал Эдгар.

Босх посмотрел на него.

— Джонни Кокран, — сказал Эдгар. — Ну, знаешь, перчатки О. Джея[1].

— Точно.

Босх встал. При этом одно из его колен издало хлюпающий звук. Он заглянул в кейс. В нем было две полки, освещенные изнутри. На полках лежали неювелирные предметы, судя по всему, высокой ценности. Здесь были монеты и небольшие нефритовые скульптуры, золотые и серебряные шкатулки, портсигары и другие богато украшенные безделушки. Это были дорогие вещи. Большинство монет, как заметил Босх, были русскими.

Босх отошел от витрины и осмотрел магазин. Кроме двух витрин, здесь был в основном хлам, собственность отчаявшихся в финансовом отношении людей, готовых расстаться почти со всем в обмен на наличные.

— Брэкс, — сказал Босх. — Где вход?

Брэкстон показал ему на заднюю дверь и повел за собой. Босх и Эдгар последовали за ним. Они пришли в заднюю комнату, которая использовалась как офис и склад. На полу были разбросаны гравий и другие обломки. Они подняли глаза. В потолке была грубо вырезана дыра. Она была шириной в два фута, а над ней виднелось голубое небо.

— Это композитная крыша, — сказал Брэкстон. — Ничего особенного. Может, полчаса.

— Было бы шумно, — сказал Эдгар. — Кто-нибудь знает, когда закрывается порнодворец?

— Я помню, что проверял в одном из других случаев, когда это место подверглось нападению, — сказал Брэкстон. — Он закрывается в четыре, а открывается в восемь. Четырехчасовое окно.

— Крыша была точкой входа в трех других случаях? — спросил Босх.

Брэкстон покачал головой.

— Первые два раза он бил в заднюю дверь, а потом в крышу. Это второй раз через крышу.

— Думаешь, все три раза до этого был Монти?

— Не сомневаюсь. Это то, что делают эти парни. Бьют по одним и тем же местам снова и снова. После того, как во второй раз использовали заднюю дверь, мистер Серван принял меры предосторожности. Добавил больше стальной арматуры. Поэтому парень поднялся на крышу.

— Почему именно это место так много раз? — спросил Эдгар.

— Сюда приезжает много иммигрантов. Русские, корейцы, со всего мира. Они закладывают вещи, которые привезли с собой с родины. Нефрит. Золото. Монеты. Мелкие, дорогие вещи. Грабители любят это дерьмо, чувак. Тот кейс, где ты нашел перчатку? Там все. Вот за чем пришел парень. Не знаю, почему он оказался за кейсом с драгоценностями.

— А как обстоят дела с тремя предыдущими? — спросил Босх.

— В среднем, наверное, от сорока до пятидесяти тысяч за кражу, — сказал Брэкстон. — Это очень много для ломбарда. Вот почему на этого парня постоянно нападали.

Патрульный зашел в заднюю комнату и сообщил детективам, что прибыли судмедэксперты.

Трое детективов еще немного посидели, обсуждая первые впечатления и теорию Босха о том, что случилось со взломщиком, и намечая стратегию расследования. Было решено, что Эдгар останется на месте преступления и при необходимости будет оказывать помощь группам медэкспертов и специалистов по отпечаткам. Босх и Брэкстон займутся Серваном и оповещением родственников.

Как только следователь судмедэкспертизы снял отпечатки с обнаженной руки грабителя, Босх и Брэкстон вместе с Николаем Серваном отправились обратно в Голливудский участок.

Босх отсканировал отпечатки в компьютер и отправил их в центр города в лабораторию отпечатков в Паркер-центре. Затем он провел с Серваном официальный допрос, записанный на пленку.