Контрольный выстрел - Ю. Несбё Страница 14

— Если он задолжал много и был готов на всё ради семьи, мог ли он организовать собственное убийство?

— Нет, — ответила она без страха и так быстро, что Харри понял: сама уже думала об этом. — Не дома, когда я и дети рядом. Никогда. Он не мог знать наверняка, что мы будем в подвале.

— Но вы не исключаете, что он мог обдумывать самоубийство, чтобы обеспечить вас?

Она устало улыбнулась.

— Вы через многое прошли, Харри. Это заметно. Я права?

Он помедлил и кивнул.

— Я тоже. Поэтому мы ничего не исключаем, правда?

— Пожалуй, нет. А значит, я должен задать следующий вопрос. — Он увидел, как она внутренне напряглась: она знала, какой вопрос сейчас прозвучит. — Вы убили своего мужа?

Она сглотнула.

— Нет.

Харри вдохнул.

— Вы готовы подписать соглашение о проверке на детекторе лжи и ответить в том числе на этот вопрос? Имейте в виду: если тест покажет, что вы лжёте об этом или о чём-то ещё, одного результата будет недостаточно, чтобы компания отказала в выплате. Но если он покажет, что вы говорите правду, велика вероятность, что компания перестанет тратить силы на проверку этой версии.

Он видел, что она размышляет. Основательно.

— Думаю, правильнее будет отказаться, — сказала она. — Наверное, всё сказанное вами правда, но ваша работа — сделать всё, чтобы не платить.

— Не всё, — ответил Харри. — Но вы правы. Возможно, стоит посоветоваться с адвокатом.

— Не нужно. Я согласна.

— Вот как?

— Да. По трём причинам. Дети испугаются, если поймут, что вы и полиция подозреваете маму. Даже если тест ошибётся и скажет, что я лгу, я не боюсь того, что вы найдёте, проверяя меня. И третье: я хочу, чтобы вы и полиция направили все силы на поиски убийцы Биргера. Давайте соглашение.

— У меня его с собой нет.

Она долго смотрела на него. Между бровями появилась складка.

— Скажите, Харри, может, детектор нужен вам?

— М-м. Правда в том, что компания вообще не может предложить вам такой тест. Но мой тест вы только что прошли. — Харри улыбнулся и с усилием поднялся. — Спасибо за ответы, госпожа Неслунд.

— Ламай.

— Спасибо, Ламай.

— Я ошибаюсь, полагая, что вы новичок, Харри?

— Нет. Только начал.

Она кивнула.

— Вы напряжены и вам нужен массаж. Вижу, правая сторона совсем одеревенела. Я снова работаю вместе с сестрой в салоне на Майорстувейен. Могу вас размять. Без счастливого конца.

— Спасибо, но я… — Харри искал слова, но находил только неподходящие.

— Не любите, когда вас касаются чужие? — Ламай коротко рассмеялась, увидев выражение его лица.

Когда он обувался у входной двери, к нему подошёл эрдельтерьер и обнюхал. Харри выдержал проверку: пёс лизнул его руку и завилял хвостом.

— Вот видите. Вам нужна собака, Харри.

— Откуда вы знаете, что её нет?

— По глазам. Вы одиноки.

Из детской донёсся смех.

— Они… — начал он.

— Да, смеются, когда играют. И плачут, когда я укладываю их, а папы нет.

— А вы?

— Я утешаю их. А когда они засыпают, горюю. — Впервые он услышал, как плач дёрнул её голосовые связки. Она прочистила горло. — Будь моя семья здесь, всё было бы иначе. Но я одна и не могу позволить себе долго плакать.

Харри тоже кашлянул.

— Понимаю. Похоже, вам нечего скрывать, Ламай. Тогда почему вы отказались от допроса в полиции?

— Я сказала: пока отказываюсь. Сначала нужно найти адвоката, которому доверяю. Мне не нравится тот, которым пользовался Биргер. Думаю, он выманивал деньги из фирмы. И полиции я тоже не доверяю. — Заметив вопрос на лице Харри, она продолжила: — Вы были в Сой-Ковбой. Моя сестра работала там год перед нашим отъездом. Тамошняя полиция… — Она скорчила гримасу, сделав дальнейшие объяснения лишними. — Может, здесь немного лучше. Но всё же. Когда некоторые мужчины получают удостоверение со словом «полиция»…

— М-м. Но со мной вы согласились говорить без адвоката.

— Да. Вы ведь Харри Холе.

Он поднял бровь.

— Что вы имеете в виду?

— Я не собиралась говорить. — Она устало улыбнулась. — Сестра рассказывала о норвежском полицейском, который был тогда в Бангкоке. Там расследовали убийство, и вы допрашивали её подругу, танцевавшую в том же гоу-гоу-баре. Она говорила, что человек по имени Харри был к ней добр и добился, чтобы её отпустили. Полиция Сой-Ковбой никогда так не поступила бы. Потом я читала о вас в газетах. И поняла: если кто и способен поймать убийцу Биргера, то вы.

Харри перекатился с пятки на носок.

— Боюсь, моё поручение не распространяется на поимку убийцы.

— Поручение начальницы — нет, — сказала она. — Но внутри нас есть нечто, что распоряжается нами сильнее, чем начальники в конторах. Правда, Харри?

— Может быть. — Он открыл дверь. — Всего доброго.

— Скажите, если передумаете.

Он вопросительно посмотрел на неё.

Ламай улыбнулась.

— Насчёт правой стороны.

ГЛАВА 15.

Харри слушал, как его шаги отдаются эхом в подъезде. Снятая им квартира находилась на семнадцатом этаже. А он боялся лифтов.

Столе Ауне объяснял: у большинства людей это разновидность общей клаустрофобии, но в случае Харри страх мог быть связан с детской травмой. Он едва вступил в подростковый возраст, когда они с младшей сестрой Сёс спускались на лифте после посещения смертельно больной матери. Волосы Сёс зажало между кабиной и стеной шахты, и её подняло в воздух. Вместо того чтобы спасти сестру, Харри оцепенел. Он был уверен, что она тоже умрёт и что, как, по его убеждению, и в случае с матерью, виноват в этом будет он.

Столе называл это простой фобией и предлагал экспозиционную терапию, которая помогала в семидесяти пяти процентах случаев. Что ж, либо Харри относился к оставшимся двадцати пяти, либо причина лежала глубже.

Столе рассказывал о сочетании пяти компонентов страха, лежащих в основе всех фобий. Главным для Харри он считал смерть эго — чувство вины и страх утраты целостности. А наименее важным — самосохранение, боязнь перестать существовать: Столе подозревал, что Харри скорее жаждет этого, чем боится.

Вероятно, сказанное описывало не только боязнь лифта. С другой стороны, возможно, всё было одним и тем же. Харри интересовали загадки, но, как ни странно, не собственная. К тому же физически изнурительный, монотонный подъём на семнадцать этажей на время освобождал его от круговорота мыслей. Это была одна из причин, почему он согласился снять квартиру, которую нашёл Эйстейн. Вторая — вид. Дом стоял у самой Акерсэльвы: когда Харри сидел на маленьком балконе и курил, слева лежал восток города, справа — запад, а прямо перед ним — фьорд.

Была ли третья