Чертово колесо - Андрей Васильевич Саломатов Страница 87

Рассеянно глядя на яркую выставку разнокалиберных импортных бутылок, Скоробогатов задумался. Последние несколько дней были так наполнены необыкновенными событиями, что Антон уже и не мог сразу вспомнить, когда он уехал из Москвы. Та, старая жизнь мелкого неудачливого бизнесмена-пройдохи, который чаще зарабатывал разного рода махинациями, осталась так далеко позади, что Скоробогатов даже засомневался: "А было ли это?". В носках у него было спрятано целое состояние, во внутреннем кармане куртки лежал пистолет, а впереди его ожидала дорога к новой, обеспеченной жизни, и он её страшился, как-будто точно знал, что никакой "другой" жизни не существует, а есть только короткая дистанция, на которой ни в коем случае нельзя спотыкаться, потому что всякая задержка может обернуться для него пожизненным заключением или пулей. От этих грустных мыслей и нехорошего предчувствия Антону стало пронзительно жаль себя, но это состояние продлилось не долго. Скоробогатов опрокинул в себя водку, сунул в рот лимон и в этот момент кто-то хлопнул его по плечу. Это произошло так невовремя и неожиданно, что Антон едва не подавился лимоном и сунул руку за пазуху.

- Привет, - услышал он голос Владика.

- Ффу, - с облегчением выдохнул Скоробогатов, но обернулся не сразу надо было убрать с лица испуганное выражение.

- Повтори, командир, водочки, - устраиваясь на соседнем табурете, заказал Владик. - Три раза. И три бутерброда с красной икрой.

- А я уже собирался уходить, - наконец проговорил Антон и взглянул на часы.

- Да мы здесь рядом были, - усмехнулся Владик и протянул руку за рюмкой. Он передал её теперь уже бывшему владельцу "ауди", который так и остался стоять за спиной у Скоробогатова, взял вторую и произнес тост: Ну, давай за успех нашего безнадежного предприятия. Все путем.

Все трое выпили, Владик быстро сжевал бутерброд, оценивающе оглядел бильярдную и вдруг заторопился:

- Пойдем, прогуляемся, - деловым тоном сказал он. - У нас ещё дел по горло.

Появление Владика в таком хорошем расположении духа могло означать только одно - он выполнил заказ и желает получить свой гонорар. Антона, который уже смирился с тем, что ему придется дожидаться десяти вечера, это страшно обрадовало, и он сразу позабыл обо всех трудностях и о том, что не собирался пить.

- А где тачка? - спросил Скоробогатов, имея в виду купленную "ауди".

- Во дворе, - ответил Владик. Он покопался в кармане, достал ключи от машины и отдал новому хозяину. - Пойдем, пойдем, меня ещё в двух местах ждут.

Они вышли из бильярдной, бывший владелец "ауди" уверенно дошел по дверей ближайшего подъезда и раскрыл их.

- На чердаке расчитаемся, - пояснил Владик. - Мы видели, как ты здесь колбасил. Вон там сидели. - Он показал на соседний скверик и вошел в дом.

- А я рядышком полчаса в кустах проторчал. Так это вы хотели посмотреть, как меня будут брать? - последовав за ним, рассмеялся Антон.

- А на кой мне это? - резонно ответил Владик. - За такие бабки рисковать... Я, между прочим, даже за документами не пошел. Позвонил ему, сам принес.

В лифте они поднялись на последний этаж, затем по ступенькам забрались на чердак, и Владик достал из кейса полиэтиленовый пакет.

- Как меня теперь зовут? - принимая бумаги, спросил Скоробогатов и сразу раскрыл паспорт. - Нечипоренко Александр Львович. Получше фамилию не нашли? Надо запомнить.

- Потом налюбуешься, - прервал его Владик. - Все настоящее, можешь не волноваться.

Антон достал слегка похудевшую пачку долларов, отсчитал обещанную сумму Владику, и тот, не проверяя, убрал её в карман. Затем Скоробогатов расчитался за машину, немного помешкав, вручил каждому по стодолларовой бумажке и сказал:

- Выпейте за меня сегодня. А завтра я сам за себя выпью.

- Это будь спокоен, погуляем так, что у тебя колеса отвалятся, ответил Владик. - Ну все, передавай привет Петуху. Если устроишься, позвони, может в гости приеду. Я дальше Финляндии нигде не был. Надо бы съездить, отметиться.

- Запросто, - ответил Антон и пошел к выходу.

- Подожди здесь минутку, - попросил Владик. - Мы свое дело сделали. Дай нам оторваться, а потом иди куда хочешь.

Скоробогатов вначале удивился, но затем на радостях решил уступить и лишь ответил:

- Если бы что, нас бы перед подъездом взяли со всеми нашими бумажками. Ладно, подожду.

Они ушли, и Антон распихал документы по карманам. Теперь он снова ощущал себя абсолютно свободным человеком, который может позволить себе махнуть в любую часть света. Оставалось только сесть в машину, сунуть ключ в замок зажигания и нажать на акселератор. Все скверные предчувствия остались где-то там, в прокуренной бильярдной, зато появилось какое-то зудящее нетерпение, и Скоробогатов заторопился. Он быстро спустился на последний этаж, вызвал лифт, но вспомнил, что в доме всего пять этажей, и пошел пешком. По пути он решил, что парик и усы нацепит в машине перед зеркалом, потому как его вполне могут остановить ещё в городе, либо на выезде из него.

На улице Антон остановился и окинул взглядом безлюдный переулок. На душе у него было подстать погоде - тепло и тихо, и он пожалел, что Владик с другом так быстро ушли - хотелось с кем-нибудь похохмить, поделиться радостью и просто поболтать. У него даже мелькнула мысль отложить отъезд до завтрашнего утра, а вечером заявиться в "Посейдон" и покутить с приятелями Владика, но благоразумие все же победило, и он отправился во двор, где стояло его приобретение - одноразовый драндулет. По дороге Скоробогатов едва удержался от соблазна зайти в бильярдную и выпить ещё рюмку водки. Он лишь замедлил шаг, но затем махнул рукой и почти побежал во двор.

Свою темно-синюю "ауди" Антон заметил издалека и достал ключи. Машина стояла, уткнувшись передком в стену, в противоположном конце двора прямо под окнами. Справа от неё находился выезд на улицу, слева - раскрытый подъезд и несколько чахлых кустов сирени, которые просматривались насквозь. Народу во дворе было много: в песочнице, под наблюдением сразу нескольких старушек, лепили куличи двое малышей, пожилая чета с сумками возвращалась из магазина, навстречу Скоробогатову шла хорошенькая девушка, в общем, картина была вполне мирной, и ничто не предвещало неприятностей.

"Надо купить что-нибудь заесть, - на ходу