Колымага семейного счастья - Дарья Донцова Страница 4

Степан встретил меня в Шереметьево и сразу поинтересовался:

– Как долетела?

– Нормально, – пробормотала я. – Правда, сначала попалась странная соседка, но потом ее пересадили в бизнес-салон.

– Вот и хорошо, – улыбнулся муж.

– Мне – да, – согласилась я. – А ей – не очень. Бедолаге стало плохо, вызвали вроде «Скорую помощь». Нас не сразу выпустили из лайнера. Но больше эту пассажирку не видела… В бизнесе, кроме нее, был еще один тип, он устроил скандал, пересел в эконом. Угадай, кто это. Подсказываю: противный мужик, и ты его знаешь.

– Обозначь степень противности, – попросил Степа, открывая дверь джипа. – Гаденыш, мерзкий, отвратительный, нерукопожатный…

– Все вместе, – рассмеялась я.

– Федоров? – прищурился Степан. – Пафосный бывший пиар-директор «Элефанта»?

– Ты что, видел, как он вышел из автобуса, на котором нас в здание аэровокзала привезли?

– Нет-нет! – с самым честным видом ответил муж и рассмеялся.

Глава третья

На следующий день меня вырвал из сна телефонный звонок. Не открывая глаз, я пошарила ладонью по тумбочке, нащупала трубку, приложила ее к голове и пробормотала:

– Кто там?

Ответа не последовало. Я села, открыла глаза, поняла, что держу в ладони будильник, поменяла его на телефон и услышала голос Зарецкого:

– Разбудил тебя?

– Нет, – быстро соврала я и посмотрела на часы, которые вернула на тумбочку.

Ну и ну! Обычно я встаю намного раньше.

– Можешь приехать в «Элефант»? – продолжал Иван.

Я села на кровати.

– Конечно.

– К двенадцати тридцати успеешь? Очень надо.

– Хорошо, – согласилась я, вернула трубку на тумбочку, и она снова зазвенела.

На экране высветился незнакомый номер.

– Слушаю вас, – произнесла я.

– Добрый день! – пропел приятный женский голос.

Я рассердилась на себя. Уж сколько раз Степан предупреждал меня:

– Не отвечай на вызовы с номеров, которых нет у тебя в контактах. Скорее всего, тебе начнут предлагать товары и услуги, или нарвешься на мошенников.

– А вдруг это кто-то из «Элефанта» или меня ищет телевидение? – возразила я как-то раз.

– Если ты не откликнулась, а у Ивана нечто срочное, он звякнет мне на личный номер, который он прекрасно знает, а остальные напишут сообщение, – отмахнулся муж. – Не отвечай, если трезвонят те, кого нет в твоих контактах.

– Не буду, – пообещала я, но все равно хватаю трубку.

«Вот и сейчас я, вероятно, услышу рекламу», – подумала я. Но события начали развиваться иначе.

– Сообщите, пожалуйста, своим хозяевам, – продолжало сопрано, – что госпожа Юлия Сретенская прибудет для осмотра квартиры в оговоренное время. Информацию сообщила ее фрейлина Анна Вырубова. Подтвердите ее получение.

Я опешила. Фрейлина Анна Вырубова? Близкая подруга последней русской императрицы Александры Федоровны? Женщина, хорошо знакомая с Григорием Распутиным? Но, если мои знания верны, она скончалась в шестидесятых годах двадцатого века, якобы успев написать воспоминания, подлинность которых – под большим сомнением.

Женщина не умолкала:

– Госпожа Сретенская не ест и не пьет у незнакомых людей, не следует предлагать ей чай и кофе. Просьба открыть дверь прилично одетой, не в халате.

В ухо полетели гудки. Лишь сейчас я окончательно проснулась и с большим запозданием сообразила: мы же продаем наши московские апартаменты!

Те, кто хорошо знаком со мной, знают, что ни я, ни Степан не собирались расставаться со своей любимой квартирой. Дом, в котором мы жили, стоит не в центре столицы. Вокруг просторный двор, где за каждым жителем было закреплено парковочное место. Все соседи были приличными людьми, никто не гадил в лифте и не рисовал на стенах. Вход в дом стерегли по очереди улыбчивые лифтерши. Нашей семье вполне хватало жилплощади, летом мы с мужем любили порой посидеть на лоджии, посмотреть на лес, зеленеющий неподалеку. Но время шло, радовавшие глаз деревья вырубили, на их месте возникла толпа мрачных многоэтажных башен. Однажды, глядя на скопище этих монстров, я спросила у Степы:

– Почему сейчас многие новостройки коричневого, темно-серого или другого какого-то мрачного цвета? Москва издавна славилась светлыми зданиями, и когда в городе начали возводить панельные и блочные дома, они тоже были светлыми снаружи. А раньше использовался кирпич оттенка сухого крымского песка. По какой причине сейчас новые районы – да и кое-где и центр столицы – делают угрюмыми?

– Не знаю, – ответил Степан. – Но мне тоже это не нравится.

Вид с балкона перестал нас радовать. Прежние соседи, с которыми мы дружили, переехали в область. Уволились бабули-лифтерши. В подъезде появился плохой запах и стало грязно. Новые хозяева квартир начали парковать свои машины как попало, игнорируя таблички с номерами. Да и автомобилей появилось море.

Один раз мы с мужем зашли в лифт и увидели на полу зловонную лужу.

– Пойдем пешком, – предложил Степа.

Мы молча пошагали вверх. Подойдя к нашей двери, я тихо проговорила:

– Может, и нам перебраться за город? Я вчера говорила с Аней. Она до Москвы едет двадцать минут по многополосному шоссе. Правда, утром и вечером пробки, но сейчас они повсюду.

– Сам хотел это же предложить! – обрадовался Степан.

Я начала узнавать у своего редактора, у ребят из пиар-отдела и у пресс-службы, не знают ли они какое-нибудь хорошее место недалеко от столицы, где можно купить дом за вменяемые деньги. Через пару дней мне написала Оля Аверина, что в местечке под смешным названием Киндза продается особнячок, который мне может понравиться.

Мы отправились смотреть дом, о котором шла речь, и сразу поняли, что он нас полностью устраивает. На покупку особняка ушли все наши финансовые запасы, но мы не нервничали – еще заработаем!

Я опасалась, что наши животные – кот Цезарь, кошка Клеопатра и ее котята Леонид и Роман[3] – выйдут в сад, и потом мы их больше не увидим. Особую тревогу вызывал белый котик. Он глухой. Цезарь не услышит шума машины, и случится беда. Мы надели на ребят светящиеся в темноте ошейники с медальонами, на которых указаны номера наших телефонов, чипировали всех, но коты пока побаиваются выглядывать из особняка, чему мы очень рады.

Но как поступить с городской квартирой? Сначала пришло в голову ее сдавать, но потом та же Аня, которая уже прошла путь переселения из города в область, посоветовала посчитать, сколько денег апартаменты принесут за год, и какое количество средств придется тратить каждый раз при смене жильцов.

– Ребята, поверьте, большинство съемщиков – неаккуратные, – объясняла Аня. – Им плевать на ваш ремонт, сантехнику, электроприборы. Испортят холодильник, загадят его так, что не отмоете, уделают вусмерть кондиционеры, телевизоры, кокнут ванну, раковину, унитаз, зальют соседей и тихо съедут.